Вернуть истинную

Глава 29

Хьюго

Но я держусь. Держусь изо всех сил, чтобы она не переживала, чтобы смогла хоть немного успокоиться.

Что весь этот год, несмотря на всё, что произошло, она любила. И теперь, своими словами, она словно уничтожила меня ещё раз, напомнив о том, что я почти потерял.

Сглотнув, я начал соображать, что делать, где искать. Но одно я знал точно: найти обязан. Обязан, чтобы мой сын был цел.Встретился глазами с Логаном. Он сжимает кулаки, кивая мне в знак согласия.

Наклонился к мышке вновь, взяв её лицо в ладони. Она дрожит, её глаза полны слёз. Я осторожно стёр их с её лица, стараясь передать ей хоть каплю своей уверенности.

— Иди с Сереной в мои покои, сказал я, мой голос был серьёзным, но тихим.

— Закройтесь там, чтобы не выходили. Поняла? Я вижу, как её глаза округляются от страха. Она трясется, хватается за меня, словно боясь отпустит

— Сэм! — крикнул я ему, не отрывая от неё своего взгляда. Тот тут же прибежал ко мне, его преданные глаза встретились с моими.

— Да, Альфа, ответил он, я усмехнулся, когда заметил, как глаза мышки с волнением смотрят на меня

— Охраняешь Мэди и Серену, приказал я ему, оскалившись.

— Смотри в оба. Мысль о том, что я должен оставить их, душила меня. Но я должен найти сына. Должен.

Чувство беспомощности сдавило грудь. Я взъерошил свои волосы, пытаясь собраться с мыслями, с силами.

— Всё проверили, Альфа, горько оскалившись, процедил он.

— Нашли ход в воротах, который незаметен отсюда. Его слова эхом отразились в моей голове, вызывая новый приступ ярости. Черт возьми! Его украли прямо из-под моего носа!

Я закрыл глаза, пытаясь совладать с бушующими внутри меня эмоциями, стараясь не дать гневу поглотить меня целиком.

Нужно сосредоточиться. Нужно понять, куда идти. Вся моя сущность кричала о мести, но разум требовал холодного расчёта.

Сглотнув, я повернулся вновь к мышке. Она смотрит на меня с замиранием сердца, её взгляд словно выворачивает мою душу наизнанку. Я не должен её огорчить. Не должен подвести. А должен найти нашего сына во что бы то ни стало.

— Усилить охрану вдвое! — громко прорычал я, подавляя всех своей аурой, которая стала в два раза сильнее, не щадя никого.

— Проверить ещё раз! В моей стае предатель! Живо найти его! Мои слова, наполненные первобытной силой, заставили всех вокруг напрячься, ощущая всю тяжесть моей ярости.

— Несколько крепких волков ко мне, остальные на посты, приказал я.

— Скажи мне, что всё будет хорошо, проговорил я, пристально глядя ему в глаза. — Скажи, что мой сын жив. Я сделал шаг к нему, требуя подтверждения, требуя надежды.

— Твой сын жив, сказал он, его голос был спокойным, но твёрдым.

— Я чувствую его силу. Ты и сам её ощущаешь. Я сглотнул, прислушиваясь к себе, к той тонкой ниточке связи, которая всё ещё соединяла меня с моим малышом. И да, я почувствовал её – слабую, но живую. Надежда пробилась сквозь толщу моего отчаяния.

— Ваша связь с ним приведёт тебя к нему, сказал Захарий, его голос был спокойным, но в нём звучала настоятельная просьба.

— Только поспеши. Опасность, я чувствую её, но ничего не могу сделать. Не понимаю, откуда она идёт.

— Охранять их во что бы то ни стало, прорычал я, наклоняясь к Захарию, чтобы он только слышал моих слов.

— Я не хочу, чтобы с ней что-то случилось, признался я, чувствуя, как эти слова вырываются из глубины моей души.

— Я рад, что ты наконец понял, чего ты хочешь для себя, сказал Захарий, его глаза светились мудростью.

— Рад, что ты осознал и принял свои чувства. Я не ошибся в тебе Хьюго,теперь можно и закончить. А теперь иди. Он сглотнул, приклонив ко мне колено в знак уважения.

— Я благословляю тебя, Альфа Хьюго.

— Береги их, прошу, береги, сказал я последнее, прежде чем отвернуться. Я уже был готов перевоплотиться в волка, когда внезапный голос мышки остановил меня.

— Хьюго! —я резко развернулся, видя, как мышка внезапно вырвалась из объятий Серены и подбежала ко мне. Она стала обнимать меня, касаться моих рук, жаться ко мне всем телом.

— Прошу, будь осторожен, прошептала она, прижимаясь ко мне. Её голос дрожал.

— Ты только оправился от раны, береги себя, продолжала она шептать, её слова были полны искренней заботы.

Я сжал её в своих руках, совершенно не беспокоясь о том, что это видят все стоящие поблизости. Мне было плевать. Сейчас она была единственным, что имело значение. Её тепло, её дрожь, её страх – всё это было моим.

Она плакала. Я поцеловал её в лоб, осознавая, что готов порвать за неё всех, весь мир готов положить к её ногам, лишь бы не видеть её слёз. Её боль стала моей болью, её страх – моим страхом. И я знал, что найду Ника.

Не только ради сына, но и ради неё.

— Буду ради вас, слышишь, прошептал я, мой голос был хриплым от переполнявших меня чувств. Мышка вскинула голову, её глаза, полные надежды, встретились с моими.

Слабая улыбка тронула её губы.

Моё сердце разрывалось от желания остаться, прижать ее ещё раз, наконец почувствовать её тепло, но долг звал меня.

Логан подошёл ко мне, с волнением смотря на меня. Его братский взгляд пытался утешить, но не смог пробиться сквозь завесу моей ярости и отчаяния.

— Всё будет хорошо, брат, пытался он подбодрить меня. Но я не мог поверить в это. Прислушавшись к себе вновь, я ощутил нашу связь с сыном. Есть, чувствую её. Не сильно, но ощутимо. Это была моя единственная ниточка надежды.

— Я должен его найти, повернулся я к нему, мой голос был твёрдым, как камень. Логан поджал губы, молча кивая мне. Он знал, что никакие слова не смогут меня остановить.

— Куда направляемся? — обрывки мыслей метались в моей голове.

— Мы даже не знаем, где искать. Я сам это понимаю, сам осознаю, но плевать!

— Я чувствую его, брат, сказал я, указывая на сердце.

— Здесь. Тянет, режет, гложет. Я ощущаю его. Волк Ника поможет, добавил я, чувствуя, как древний инстинкт пробуждается во мне.

— Знай, что я с тобой до конца, сказал Логан, повернув голову в сторону Серены, которая стояла рядом с мышкой, её лицо было полно тревоги.

— Вижу, что ты волнуешься за неё, заметил я.

— Я не могу вновь потерять, он взъерошил свои волосы, его голос был напряжён.

— Ты помнишь, что было? И твои слова о том, что её ищет Верховная.

— Я смогу пойти и один, Логан, сказал я, пытаясь облегчить его ношу.

— Можешь остаться. Так мне тоже будет спокойнее.

— Нет, я иду с тобой, усмехнулся он, кивая мне в ответ.

— Не оставлю тебя. Благодарно улыбнулся ему, понимая, что с ним мне будет легче и спокойнее.

Я перевоплотился в волка. Все мои чувства обострились сильнее, мир вокруг стал ярче, запахи – резче, звуки – отчётливее. Я зажмурился, оскалившись.

Мой волк был готов рвать глотки всем, кто посмел забрать его детёныша. Его волчонка. Ярость бурлила в моей крови, превращаясь в неукротимую силу, готовую смести всё на своём пути.

Ворота распахнулись, открывая путь в неизвестность. Я не останавливаясь, рванул вперёд, мой рык сливался с воем ветра, уносящим меня прочь, туда, где, я знал, находился мой сын.

Земля под моими лапами мелькала с невероятной скоростью. Я чувствую, как связь с сыном становится сильнее, как его зов ведёт меня сквозь дикую местность. Ярость в моей груди смешивалась с надеждой, подталкивая меня вперёд, не давая остановиться.

Единственная мысль о сыне заставляла меня бежать, что есть силы. Плохие мысли так и норовили захватить моё сознание, шепча о худшем. Я отгонял их, стараясь не причинять себе лишней боли.

Я только встретил его. Только он появился в моей жизни. Наш сын. Ребёнок от любимой женщины, которого я должен спасти любой ценой. Знаю, что мышонок не сможет оправиться, если с ним что-то случится.

Я сам не смогу. Не получится. Мой первенец.

Хотел угомониться, совладать с собой, с этой дикой, всепоглощающей тревогой.

Остановился, пытаясь привести дыхание в порядок. Моё внимание привлёк странный предмет на земле.

Подойдя ближе, я замер. Чепчик. Чепчик Ника, который связала мышонок. Он был здесь, совсем рядом. Значит, он недалеко отсюда. Надежда, затеплилась в моей душе.

Я хотел броситься вперёд, но внезапно остановился. На нашем пути встали ведуны, их фигуры казались зловещими тенями в ночном лесу. Я зарычал, понимая – это дело рук Верховной. Это она украла Ника.

— Так-так-так, волки, как давно мы вас ждали, проговорил один из них, выходя вперёд. В тот же миг я почувствовал дикую, давящую боль в груди, такую сильную, что едва не упал на колени.

— Попались на нашу приманку, засмеялся второй, подходя ближе. Я насторожился, переглянувшись с Логаном, который уже был готов к бою.

— Сын Мэдисон у нас, он помахал простынёй, и моё сердце замерло. Я стал лихорадочно осматривать их, но Ника нигде не было.

— И тебе лучше не знать, волк, что с ним сделает Верховная, когда он попадёт в её руки, продолжал ведун, его голос был полон издевательства.

— Она не примет его волчью сущность.

Ярость затмила разум, превращаясь в первобытный инстинкт. Я был готов сражаться до последнего вздоха, чтобы вернуть своего сына.

— Стоять! — мысленно приказал своим людям, направляя их энергию, чтобы они не поддавались на провокации.

— Вы не сможете пройти мимо нас, прошипел ведун, чем вывел меня из себя ещё сильнее.

Я накинулся на него, не жалея сил. Он явно не ожидал такой стремительной атаки, ведь не успел ничего предпринять.

Его люди начали колдовать, насылая заклинания, но ничто не трогало меня. Я не чувствовал боли, совсем.

Другая боль разрывала мою грудь, но я держался. Я буду держаться, чтобы покончить с ними раз и навсегда.

— Никого не жалеть! — приказал я, мой голос был полон звериной мощи, а сам я добивал главного из шайки ведунов.

— Думаешь, что Мэдисон в безопасности? Ошибаешься, зашипел он, когда я склонился над ним.

— Наш человек всё ещё у тебя. И лучше бы ты поспешил, пока её там не убили.

Его слова резанули по самому больному, обнажив рану, которая кровоточила сильнее всего. Я добил его, как и всех остальных, не оставляя им ни единого шанса.

Повернулся к Логану, который тяжело дышал, его взгляд был прикован ко мне.

— Мэдисон — одно слово вырвалось у меня, и Логан сглотнул.

— Она в опасности, Логан, произнёс я, и тяжесть мира обрушилась на мои плечи.

— Логан, беги обратно! Дальше я сам! — приказал я, но он отрицательно качал головой.

— Это приказ, брат! Ты не можешь меня ослушаться! — моя аура, моя волчья сущность, заставила его прогнуться, но подчиниться.

— Сделаю всё возможное, Хьюго, кивнул он, его голос был полон решимости.

Мы разделились. Я побежал дальше, чувствуя, как ледяной страх окутывает меня, подгоняя бежать быстрее, чтобы защитить сына.

Каждый удар сердца отдавался эхом в моих ушах, смешиваясь с мысленным зовом: "Мышонок".

Злость захлёбывала меня – злость на то, что всё это произошло, что моя мышка тоже в опасности. Ярость и отчаяние сплетались в один клубок.