(Не)любимая попаданка дракона

Глава 30

Я слегка напрягаюсь и медленно освобождаюсь из его хватки. Машинально поправляю платье и оглядываюсь.

— Прошлый раз, когда вам вздумалось поболтать, закончился тем, что вас побили. Может, для начала вернемся домой?

Леонард мрачно щурится.

— Нет, дезер'ра, нам нужно кое-что прояснить до того, как мы переступим порог моего дома.

Я складываю руки на груди. Взгляд невольно скользит по его разбитой губе. В темноте не разглядеть, но прилетело ему прилично. Что ж, если он хочет испытывать судьбу, пусть. Только если амбалы Бовуа вернутся, пусть пеняет на себя.

Леонард замечает мой взгляд и странно хмыкает.

— Дезер'ра, — начинает он важно, — я понимаю, что ты испытываешь чувства…

— Чувства? — непонимающе уточняю я.

— Можешь не отпираться. Я знаю, что нравлюсь тебе.

Я задыхаюсь от возмущения.

— В каком смысле «нравитесь»? Вы о чем, Леонард?

— Не строй из себя глупышку, дезер'ра. Всё твое поведение об этом кричит. Ты с первого дня пытаешься привлечь мое внимание. Дерзишь, разгуливаешь по дому в одном полотенце. Пришла за мной на бал, потом на свидание. Целоваться полезла. Будешь отпираться?

У меня отвисает челюсть.

— Да вы, — вспыхиваю от возмущения. — Что вы себе навыдумывали? Это вы меня поцеловали.

— Я не знал, что это ты. Но ты-то знала, кто я. И все равно полезла целоваться. Да еще и с больши́м удовольствием.

— Суб'баи! — топаю ногой. — Не выдавайте свои фантазии за реальность. Я просто растерялась. Вы так внезапно налетели.

Леонард усмехается. В его глазах читается явное неверие.

— Я тебя понимаю. Влюбилась, не ты первая, не ты последняя. Но, — он поднимает палец, не давая мне возразить, — красть артефакт было глупо. Видишь, к чему привело твое безрассудство? А если бы я тебя не нашел?

Леонард сурово хмурится.

— А вы искали меня, чтобы отчитать? — вздергиваю подбородок.

— Не дерзи.

— Правда же, Леонард, зачем вы меня по всему городу разыскивали? Оставили бы у этой Бовуа. А вы еще и в драку за меня полезли. Зачем, а?

Я щурюсь, глядя в его наглые глаза. Надо же такое придумать, будто я в него влюблена! Сам-то за леди Виндор весь вечер бегал. Это он обсудить не хочет?

— Потому что это моя работа, — мрачно отвечает Леонард. — Я должен присматривать за дезер'рой, пока на ней мои путы.

— Ах, ну да. Вы всегда прикрываетесь своей работой. Суб'баи должен то, суб'баи должен сё. Только вот человеческие отношения не регламентируются вашими протоколами, господин суб'баи!

Я разворачиваюсь и иду вдоль улицы. Внутри всё кипит от негодования.

— Дезер'ра, — слышится недовольный окрик. — И куда ты? Вернись немедленно.

Игнорируя его, ускоряю шаг.

— Опять на те же грабли, дезер'ра? Мало тебе было приключений? Еще захотелось?

— Я иду в замок. Уверена, у принцессы Элизабет найдется для меня лишняя комната. С вами мы всё равно не уживемся.

За спиной раздается тяжелый вздох.

— Ну что за упрямица. Дезер'ра!

— Виктория! Я не буду отзываться на «дезер'ру». Хватит. Ваше хамство перешло все границы. Мое терпение тоже не безграничное, знаете ли.

Я мрачно топаю во дворец. За спиной царит подозрительная тишина. Ни шагов, ни ворчания не слышно. Неужели он ушел?

Хочется оглянуться, но я сдерживаюсь. Раз ушла, так ушла.

— Ладно, Виктория, — вдруг раздается позади.

Сердце екает, но я не сбавляю шаг.

— Признаю: я тот еще… — он ругается словом из моего мира.

Я останавливаюсь и оборачиваюсь. Леонард стоит в десяти метрах, но, встретив мой взгляд, медленно подходит.

— Откуда вы знаете это слово?

— Я много дезер'р… — он задумчиво подбирает слово, — переловил.

— И со всеми вели себя так ужасно?

Леонард останавливается рядом, глядя на меня сверху вниз.

— Видимо, да. Извини. Я не должен был кричать и выгонять тебя из дома.

— Вы правда сожалеете? — недоверчиво уточняю.

Не знаю, учат ли суб'баи играть нужные эмоции, но он выглядит раскаивающимся.

— Да. Мне жаль. Я вспылил. Ты не виновата, что влюбилась. Хотя методы привлечения внимания у тебя странные.

— Леонард! — снова возмущаюсь. — Вы опять? Я не влюблена, сколько раз мне это повторить?

— Ладно. Я уже понял, что ты не признаешься. Закрыли тему. — Он протягивает мне руку. — Пойдем домой?

Я с сомнением смотрю на его ладонь. Вернуться к Леонарду? Снова? С другой стороны, идти мне некуда. Вряд ли в замке меня сильно ждут. Да и Леонард вроде понял свои ошибки.

— А вы больше не будете кричать? — строго спрашиваю я.

— Не буду.

— И запрещать мне выходить из дома?

— Возможно, — нехотя отвечает он.

— Возможно?

— Верни артефакт, и можешь ходить куда захочешь.

— Правда? — нащупываю в кармане подвеску, но не отдаю. — И в замок? И в город разрешите?

— Да. Так я хотя бы смогу тебя найти, если тебя снова украдут. — Леонард видит мое сомнение и добавляет: — Слово суб'баи. Я не буду тебе запрещать выходы из дома.

— Что ж, — достаю артефакт и протягиваю ему. — Вы дали слово.

— Суб'баи всегда держит слово, дезер'ра. Идем. — Он берет меня за руку и крепко сжимает ее.

— Виктория, — поправляю я, следуя за ним. — Вы обещали вести себя хорошо.

Леонард усмехается:

— Обещал. Но про имя никаких обещаний не помню.

— Но…

— Никаких «но», дезер'ра. Условия договора нужно обсуждать до его заключения, а не после.

Я недовольно поджимаю губы. Вот ведь хитрый гусь.

До дома мы добираемся в тишине. Леонард молчит, я тоже не решаюсь заговорить. Свет в окнах не горит, видимо, Камалия уже спит. В полной темноте мы проходим в прихожую. Леонард зажигает свечу, и я вскрикиваю.

Он недоуменно поднимает бровь.

— Ваше лицо, — шепчу я.

Помимо разбитой губы, на его скуле красуется большая ссадина, а под глазом — фингал.

— Вам больно? Надо приложить лед, — бросаюсь на кухню.

— Успокойся, — Леонард идет за мной и ставит свечу на стол. — Не суетись.

— Да как же не суетиться? Вам лицо разбили. Надо приложить холод, — открываю шкафчики в поисках чего-нибудь для компресса.

— Не надо, — Леонард устало садится на стул. — Завтра схожу к Целителю. Он всё поправит.

— Как же не надо? Рану нужно обработать. Где антисептик?

— С тобой бесполезно спорить, да? — усмехается он и кивает на верхний шкафчик.

Я достаю темный флакон, беру чистое полотенце и подхожу к Леонарду. Он поднимает на меня уставшие глаза, в которых играют блики от света свечи.

— Может щипать, — осторожно прикасаюсь полотенцем с антисептиком к ссадине. — Больно?

— Нет, — ворчит он, хотя сам морщится.

— Вам сильно досталось, — качаю головой. — Вот надо было вам там стоять и разговаривать…

— Не начинай, дезер'ра.

— Послушайте, нужно проверить и другие места. Возможно, там тоже ссадины. Где-то еще болит?

Перевожу взгляд с раны на его глаза и смущаюсь. Он смотрит пристально и разглядывает мое лицо. От этого взгляда становится не по себе.

— Откуда это у тебя? — он кивает на мой шрам на глазу.

Я теряюсь от такой бестактности, но виду не подаю.

— Нелепая случайность, — бормочу я.

Он продолжает смотреть на меня, и я, вздохнув, добавляю:

— Мой бывший парень поставил мне его. — Брови Леонарда удивленно дергаются. — Случайно.

— Случайно? — хмурится Леонард.

— Он увлекался фехтованием. Решил потренироваться. Ну и вот, — указываю на свой глаз.

— Идиот, — тихо говорит он.

Мне хочется отвернуться. Под его пристальным взглядом неловко. Я, конечно, привыкла, что на шрам многие пялятся, но ведь не так откровенно и нагло.

— Прекратите, — бормочу я, переводя взгляд на его скулу.

— Что?

— Так смотреть. — Я прикладываю полотенце к его ране, — Это бестактно, в конце концов.

В ответ на мою коленку ложится его горячая ладонь. Я замираю от неожиданности.

Леонард

— Вы… вы что делаете? — испуганно спрашивает дезер'ра.

Даже глаза расширила и смотрит на него так странно, совсем не так, как влюбленная девушка.

Да, не такой реакции он ждал. Но теперь уже поздно отступать — его рука уже сжимает ее коленку. И бес его дернул это сделать. Просто она стоит слишком близко: теплая, заботливая. Когда дезер'ра не дерзит, она выглядит такой милой.

А он после тяжелого дня, побитый и уставший, потерял бдительность, позволил холодному разуму ослабить контроль над эмоциями. Так он объясняет себе этот странный порыв прикоснуться к ней.

— Леонард? — она поджимает губы и прищуривает глаза, но не отстраняется.

Так и стоит рядом с ним, чего-то ждет. А он не понимает ее. Совсем. Сама же бросилась обрабатывать его раны, хлопочет вокруг. Всё ее поведение говорит о том, что он ей не безразличен. Но стоит ему сделать шаг, как она тут же включает снежную леди. Ох, уж эти женщины. А эта конкретная дезер'ра так совсем настоящая головоломка.

— Мне показалось, ты хромала, когда шла, — выдает он первое, что приходит в голову. — Ушибла ногу?

Дезер'ра приподнимает бровь. И снова непонятная эмоция в ее глазах — разочарование?

— Нет, всё в порядке.

Леонард мысленно ругается.

Да ей не угодишь: погладил ногу — не нравится, сделал вид, что проявил заботу — опять недовольна.

Леонард мрачно убирает руку и поднимается на ноги. Хватит с него на сегодня дезер'р, лучше пойти и выспаться. А дезер'ра… пусть делает что хочет. Он не собирается играть в ее игры «ближе-дальше». Нашла развлечение: сама сначала подманивает, а потом отталкивает.

— Леонард, вы куда? — раздается у него за спиной, когда он уже выходит из кухни.

— А как же холодный компресс?

Он оборачивается и окидывает ее суровым взглядом. Она быстро смачивает полотенце в холодной воде и подбегает к нему.

— Вот, приложите к лицу, а то отек будет.

И ведь хлопает глазами так наивно. А у самой дыхание прерывистое от волнения, глаза блестят, губы приоткрыты.

— Ну, Леонард, — она приподнимается на цыпочки и сама кладет на его ноющую скулу полотенце. Он машинально хватает ее за запястье и замечает, как розовеют ее щеки.

Леонард усмехается.

— Дезер'ра, я, конечно, понимаю, что ты не хочешь меня отпускать, но мне всё же хочется отдохнуть.

— Леонард, — возмущается она и тут же отскакивает от него, как ужаленная. Надувает губы и смешно смотрит на него исподлобья. — Да идите вы, куда хотите. Я, вообще-то, помочь хотела. Но вижу, вы и без меня прекрасно справитесь. Тогда спокойной ночи.

Она проходит мимо, задрав подбородок. Леонард сдерживает смешок. Гордая. Своенравная. Строит из себя не пойми кого, но глаза всё выдают. Глядя, как она удаляется в свою комнату, Леонард даже думает, а не пойти ли следом? Его вдруг начинает забавлять эта странная игра. Интересно, что она сделает, если он заявится к ней в спальню? Будет и дальше строить из себя снежную королеву?

Он раздумывает над этой нелепой затеей с улыбкой на губах. Конечно, он не собирается трогать дезер'ру, но ее реакцию посмотреть очень любопытно.

Леонард почти решается, как вдруг во входную дверь раздается громкий, нетерпеливый стук.