(Не)любимая попаданка дракона

Глава 33

Незнакомка тянется к Леонарду, явно собираясь его поцеловать. К моему удивлению, мой суровый суб'баи подхватывает ее за талию обеими руками, но не чтобы ответить на поцелуй, а чтобы снять с себя это наглое тело.

Леонард ставит девушку на пол и отстраняется.

— Катрин? — произносит он.

Я с удивлением смотрю на девушку. Та самая дезер'ра Катрин? Жутко влюбленная в Леонарда девушка? Что она здесь делает?

— Вижу, ты тоже рад меня видеть, — воркует она и, шурша юбкой, проходит на кухню.

Леонард следует за ней и садится за стол, наблюдая, как Катрин раскладывает на столе пирог и конфеты. Камалия спешно наливает чай. А я, чувствуя себя лишней, растерянно стою у двери.

— Я привезла гостинцы. Специально для тебя, Леонард, — Катрин очаровательно улыбается и протягивает ему кусок пирога. — Твой любимый, яблочный.

— Что ты здесь делаешь, Катрин? — хмуро спрашивает Леонард.

— Соскучилась, — она проводит пальцами по его плечу. — Вот думаю, может, нам съехаться, а?

Леонард давится пирогом и кашляет. Камалия чуть не роняет чашку, а я изумленно застываю на пороге. Какая прыткая девица.

— Правда, здесь ремонт нужно будет сделать, — Катрин хлопает Леонарда по спине и оглядывает кухню. — Такой дизайн уже давно не в моде. Но ты не волнуйся, я сама этим займусь. У меня как раз есть хороший дизайнер интерьера, тоже из дезер'ров, большой профессионал своего дела.

Камалия подает чашки, сверкнув на Катрин темными глазами.

— О, спасибо, Камалия, вы всегда были само очарование, — Катрин садится рядом с Леонардом и отпивает чай.

— И ты совсем не изменилась, — улыбается Камалия. — Всё такая же шустрая.

Катрин смеется, как истинная кокетка.

— А что скажет твой муж на твое решение сюда переехать? — спрашивает Камалия.

— Муж? О, не беспокойтесь за него, — Катрин небрежно машет рукой, — овдовела я. Так что теперь ничто не помешает нам с Леонардом быть вместе.

Она бросает томный взгляд на Леонарда и водит пальцем по его напряженному плечу. Но он не реагирует, потому что смотрит на меня. Просто прожигает холодом синих глаз.

— Садись, — говорит он мне.

От растерянности я подхожу и опускаюсь на стул напротив этой троицы.

— О, как это благородно с твоей стороны, Леонард, — воркует Катрин, даже не глядя на меня. Все ее внимание направлено на моего суб'баи. — Пустить за общий стол служанку, твоя доброта не знает границ.

— Какую служанку? — спрашивает Леонард, не отрывая от меня глаз.

Катрин бросает на меня беглый взгляд. У меня внутри всё переворачивается от возмущения. Я открываю рот, чтобы возразить, но девушка продолжает:

— А где же Тиша? Ты ее уволил? — отпивает чай. — А я говорила, что давно надо было. Никогда она мне не нравилась. Наглая и невоспитанная.

— Виктория не служанка, — говорит Леонард.

Катрин удивленно поднимает тонкие брови.

— Да? А кто же? Домработница? Кстати, я сразу заметила ее грубые руки. Видно, что человек трудится и днем, и ночью.

Я шумно вдыхаю и выдыхаю, считая до десяти, и опускаю глаза на свои руки. Грубые? В каком месте? Да, на среднем пальце есть небольшая мозоль, появившаяся еще в студенческие годы из-за сотни написанных конспектов, но руки у меня вовсе не грубые. Бабушка даже говорила, что мне стоило стать пианисткой, потому что пальцы длинные и тонкие.

— Нет, не домработница, — поясняет Леонард.

Камалия переводит напряженный взгляд то на сына, то на гостью, но в разговор не вмешивается.

— Нет? — разочарованно тянет Катрин.

И впервые смотрит на меня внимательно и оценивающе. Проходится цепким взглядом по волосам, платью, шраму и хмыкает.

Я тоже в долгу не остаюсь: поднимаю подбородок и смотрю на нее с вызовом. Пусть смотрит, раз хочет. Меня этими взглядами высокомерными не напугать.

— А кто тогда? — неуверенно спрашивает Катрин.

— Виктория — моя невеста, — спокойно говорит Леонард.

На кухне воцаряется тишина.

Я чуть не роняю ложку, Камалия расширяет глаза и смотрит то на сына, то на меня. Катрин ошеломленно уставляется на Леонарда. А сам виновник всеобщего шока улыбается и как ни в чем не бывало отпивает чай.

— Не… веста? — неверяще повторяет Катрин, затем нервно смеется. — Да ты шутник, Леонард. Решил меня разыграть, да? Я почти поверила. Ну какая из нее невеста?

Леонард откидывается на спинку стула и медленно, наслаждаясь произведенным эффектом, произносит:

— А я не шучу.

Смех Катрин резко обрывается. Она поворачивается ко мне и снова ошеломленно оглядывает.

— Это? — тычет в меня пальцем, — твоя невеста?

— Да, — внезапно восклицает Камалия, встает и подходит ко мне. Кладет руки мне на плечи и добавляет: — Виктория невеста Леонарда. И у них скоро свадьба. Так что приютить тебя мы не сможем. Сама понимаешь, Катрин, третий лишний.

Катрин изумленно открывает рот, нервно мнет салфетку и залпом допивает чай.

— Так, значит, — стараясь говорить спокойно, произносит она, — свадьба скоро. А давно вы вместе? — Катрин сверкает на меня глазами, а я вопросительно смотрю на своего наглого суб'баи.

Катрин, конечно, дамочка своеобразная и сделала всё, чтобы мне не понравиться. Но помогать Леонарду во вранье я не собираюсь. Значит, когда нужно избавиться от навязчивой поклонницы, то «Виктория, помоги!». Причем помощь добровольно-принудительная. А когда проблемы свои решать не надо, то «несносная дезер'ра, не мешайся под ногами»? Вот так, да?

Я скрещиваю руки на груди и улыбаюсь. Леонард поднимает бровь и, не дождавшись моего ответа, говорит:

— Недавно. С тех пор как я поймал ее в сети.

— Поймал? — удивляется Катрин. — Она дезер'ра? — ее голос срывается на фальцет. Кажется, это был удар ниже пояса.

— О да. Дезер'ра, да еще какая. — Леонард нагло подмигивает мне. — Сроду таких не видел. Это была любовь с первого взгляда. Мы как увидели друг друга, так между нами сразу искра пробежала.

Он говорит это, глядя мне прямо в глаза, и улыбается, как кот. Его забавляет моя злость.

— Искра? — дрожащим голосом повторяет Катрин. — Какая искра, Леонард? А как же наши ночи?

— Ночи? — с интересом подхватываю я, сцепляю пальцы под подбородком и уставляюсь на эту парочку. — Что за ночи, мой милый Леонард? Ой…

Я слегка подскакиваю на стуле, потому что Камалия щиплет меня за плечо, а затем с невозмутимым лицом начинает убирать со стола чашки.

— Да! Ночи, — с вызовом заявляет Катрин. — Самые лучшие, горячие…

— Прошедшие, — резко обрывает Леонард. — Они давно в прошлом.

— Но у нас могут быть новые, — не унимается Катрин, и мне на мгновение становится жаль эту наивную дурочку.

Видно, что Леонарду она не нужна, но бедняжка отчаянно за него цепляется.

— Неужели эта рыжая жаба лучше меня? — Катрин тычет в меня пальцем, и все мое сострадание к ней улетучивается вмиг.

Нет уж, пусть разбираются сами, без меня. Некогда мне в чужих ссорах участвовать. Нужно раздобыть артефакт, открыть портал с Робертом, свести Отиса с принцессой, в конце концов. Дел и так немеряно.

Я медленно встаю, и эта парочка замолкает. Даже Камалия, молча моющая посуду, настороженно оглядывается.

— Спасибо, что зашли, Катрин, — говорю я. — Уверена, Леонард был рад вас видеть. — Улыбаюсь, а Леонард хмурится. — Прошу меня простить, но я устала и пойду к себе. Мне нужно отдохнуть. А вы продолжайте свою беседу. Уверена, вам есть о чем поговорить с Леонардом. Правда ведь, мой дорогой суб'баи?

Под мрачнеющим взглядом Леонарда я выхожу из-за стола и направляюсь к себе.

— Любимая, — раздается за спиной. — Ты что же, ляжешь без меня сегодня?

Я резко оборачиваюсь. Леонард медленно подходит ко мне. Сжимает мою ладонь, подносит к губам и… целует, глядя мне прямо в глаза. От горящих на кухне свечей в его взгляде пляшут огоньки.

У меня перехватывает дыхание. И, кажется, не только у меня. Катрин прожигает меня ревнивым взглядом.

— Катрин, — говорит Леонард, обнимая и притягивая меня к себе. — Спасибо, что заглянула, но думаю, тебе пора.

— Да, милая, — подхватывает Камалия, — уже поздно. В какой гостинице ты остановилась?

— Ни в какой, — растерянно мямлит Катрин и смотрит в окно, за которым солнце уже клонится к закату.

— Как же так? — Камалия всплескивает руками. — Ну что же ты, Катрин?

Катрин поднимается, вскидывает подбородок и говорит с обидой:

— Я ехала к Леонарду. Думала, остановлюсь у вас. Я же не думала, что мой любимый суб'баи станет жертвой чужого коварства.

— Какого еще коварства? — настораживается Леонард.

— Это же очевидно, — продолжает Катрин. — Тебя приворожили. Ты не мог меня так быстро забыть. Меня вообще невозможно забыть. Значит, на тебе просто колдовство. И его нужно снять. У меня тут есть знакомая бабка, живет на окраине города. Тебя срочно нужно ей показать.

Я не сдерживаюсь и смеюсь.

— Что за чушь, Катрин? — раздраженно бросает Леонард.

Судя по его уставшему виду, он хочет отдыхать, а не возиться с надоедливой дезер'рой.

— Это не чушь, — Катрин шагает к Леонарду, игнорируя, что он стоит со мной в обнимку.

— Слушайте, ребятки, — я сбрасываю с себя руку Леонарда, — разбирайтесь сами. А я пойду к себе.

Я спешу уйти, пока меня снова не поймали в объятия.

За спиной слышатся голоса.

— Ну, пожалуйста, Леонард, — умоляет Катрин, — давай съездим к этой бабке. Она ворожея и поможет нам воссоединиться.

— Только этого мне не хватало, — ворчит Леонард. — Катрин, я уже сказал, тебе пора.

— Но мне некуда идти.

— У тебя целое поместье от мужа осталось.

— Но туда ехать сутки, — не сдается Катрин. — А я только с дороги. Я так устала. Можно я останусь на ночь?

— На ночь? — слышится голос Камалии.

— Всего одну ночь, Камалия. Вы же не выгоните девушку в ночь? Ночью в городе так опасно. Вы ведь не бессердечные?

Раздается чей-то тяжелый вздох.

— Ладно, — обреченно говорит Леонард. — Можешь остаться до утра. Но только одна ночь. Матушка, приготовь ей комнату для гостей.

Камалия выходит из кухни и уходит в свое крыло.

Я переступаю порог своей комнаты, но голоса из кухни заставляют замереть и прислушаться.

— Милый, зачем мне комната для гостей? — горячо шепчет Катрин. — Я могу переночевать у тебя. Разве ты не скучал по мне? Сделаю тебе массаж, как ты любишь.

— Катрин… — тихо произносит Леонард.

Я не слышу, согласился он или отказался. Скрипит пол, и я закрываюсь в комнате. Льну ухом к двери: слышатся шаги, потом стихают.

Так он все-таки согласился? Вот так просто? Ох уж эти мужчины! Всего несколько минут назад он хотел ее выгнать, а тут она его пальчиком поманила, массаж обещала, и он как миленький поплелся за ней?

Переодевшись в сорочку, я плюхаюсь на кровать и возмущенно начинаю расчесывать волосы. Сама не понимаю, почему злюсь. Подумаешь, Леонард встретил свою бывшую. И что с того? Не ревную же я его?

Я фыркаю. Нет, конечно. Ревновать Леонарда? Это наглого самоуверенного суб'баи? С какой стати?

Закинув расческу в комод, я решаю сходить на кухню. Нет, совсем не для того, чтобы разведать обстановку. А просто попить воды. Это ведь не запрещено. Просто пить очень хочется.

Распахиваю дверь и налетаю на Леонарда. Он сгребает меня в охапку и ласково произносит в ухо:

— Любимая, что ты здесь делаешь? Наша спальня в другой стороне.