Запретное притяжение Альфы

Глава 33

Мишель

Я замерла, вцепившись в дверной косяк так сильно, что колышки врезались в ладонь, но этой боли я не чувствовала. Всё моё существо было сосредоточено на мужчине, сидевшем в центре комнаты.

Вальтер. Могучий, несокрушимый Альфа, который казался мне воплощением первобытной силы, сейчас выглядел пугающе уязвимым. Его дыхание было тяжелым, рваным, каждый выдох сопровождался едва слышным хрипом. Челюсти сжаты так, что на скулах гуляли желваки, а по виску стекала капля пота, блестя в тусклом свете ламп.

Я не могла отвести взгляда от обломка стрелы, торчащего из его плеча. Дерево казалось чужеродным, омерзительным в его плоти. Кожа вокруг раны начала темнеть, покрываясь сеточкой вздувшихся вен — яд действовал быстро, отравляя его благородную кровь.

Когда он выругался, этот низкий, рокочущий звук прошил меня насквозь, заставляя внутренности сжаться в тугой узел.

В груди поднялась странная, тягучая боль. Это не была моя физическая рана, это было что-то другое — эхо его страданий, которое отозвалось во мне вопреки всякой логике.

Я должна была злиться на него, должна была держаться подальше, но моё сердце предательски ныло от этого вида.

Сглотнув, продолжаю в упор смотреть на этого мужчину, который странно влияет на меня. Вальтер грязно выругался откинувшись на спинку стал, раскинув свои широкие ноги.

Майк действовал быстро и грубо. Треск разрываемой ткани прозвучал в тишине слишком резко. Ошметки рубашки упали на пол, обнажая широкую грудь Вальтера, покрытую старыми шрамами и свежей, дымящейся кровью.

— Черт— выдохнул Майк, и в этом коротком слове было столько тревоги, что у меня перехватило дыхание.

Делия металась у печи, гремя тазами. Эдгар, бросился за чистыми тряпками. А я всё стояла, пригвожденная к месту собственным оцепенением. Морок окутал мой разум: я видела его силу и его падение одновременно, и это зрелище ломало что-то внутри меня.

И тут он поднял голову. Наши взгляды встретились. В его глазах, затуманенных болью и лихорадкой, всё равно горел тот самый неистовый огонь.

— Удивлена? — его голос, хриплый и надтреснутый, разрезал тишину, заставив меня вздрогнуть всем телом. В этом вопросе была и горечь, и вызов, и какая-то скрытая надежда, которую я побоялась разгадать.

Я заставила себя выпрямиться, хотя каждый вдох отдавался в моем собственном раненом боку небольшой болью .

Ладонь, прижатая к животу дрожала. Я совсем не ожидала его здесь увидеть.

Шаг, еще один. Я подошла к столу, стараясь не смотреть Вальтеру в лицо, но его взгляд — тяжелый, обжигающий, буквально пригвождал меня к полу.

Почему он так смотрит? В этом взгляде не было мольбы о помощи, только какая-то дикая, первобытная жажда разгадать меня, пока его собственная жизнь медленно вытекала вместе с темной кровью. Мои пальцы, когда я коснулась края таза с водой, мелко дрожали, и я сжала их в кулаки, пряча свою слабость.

— Как это случилось? — мой голос прозвучал удивительно ровно, почти отстраненно, хотя внутри всё вибрировало от его близости. Воздух вокруг него казался напряженным, густым от запаха мускуса и железа.

Вальтер не ответил. Он лишь сильнее сжал кулаки, и я увидела, как под его кожей перекатываются мощные узлы мышц. Он зажмурился, и на мгновение мне показалось, что я вижу тень агонии на его лице, но он тут же стер её, не показывая своей слабости.

– Дедушка, можешь позвать Карен, извинись перед ней, что ночь, но скажи, чтобы срочно пришла.

Когда Эдгар ушел за Карен, в комнате стало невыносимо тесно. Делия грела воду, я же поджала губы.

Майк сделал шаг ко мне, и я вопросительно вскинула голову.

— Мишель, мне нужна твоя помощь.

Сердце подпрыгнуло к самому горлу.

— Я не умею лечить, выпалила я сразу, надеясь, что он отступит.

Но Майк лишь криво усмехнулся.

— Лечить не нужно. Я хочу достать стрелу. Мне нужно, чтобы кто-то держал его.

Я посмотрела на свои тонкие пальцы, потом на огромные плечи Вальтера. Это было безумие.

— Ты видел меня? Я слабая. Как я удержу его? Ты видел эту груду мышц— я кивнула на Вальтера, который в этот момент открыл глаза. Прикусила губу, ведь я оговорилась.

— Спасибо за комплимент, ледышка, прохрипел Вальтер. Это слово должно было меня разозлить, но оно лишь обожгло.

В его голосе была такая невыносимая смесь боли и иронии, что у меня перехватило дыхание. Он страдал, он буквально сгорал изнутри, но его сила всё еще была выше этого яда.

— Тут сил не нужно, Мишель, Майк перешел на настойчивый шепот, наклоняясь ко мне.

— Просто держи его руку. Чтобы не дернулась. Яд, понимаешь? Мы не можем ждать Карен!

— Нужно подождать! — вскрикнула я, ощущая, как паника начинает заливать сознание.

— Вы его просто убьете!

— Я это делал уже тысячи раз, Вальтер не даст соврать — взревел Майк, теряя терпение. Его крик ударил по ушам, но я даже не вздрогнула от его гнева.

Вместо этого комнату заполнил другой звук. Низкий, вибрирующий рык, от которого по спине побежали ледяные мурашки. Это был зверь, пробудившийся внутри раненого мужчины. Вальтер дернулся, его глаза вспыхнули недобрым янтарным светом.

— Майк полегче— прорычал он, и в этом единственном слове была такая угроза, что Майк невольно отступил. Вальтер защищал меня? Даже сейчас, находясь в шаге от бездны, он не позволял никому повышать на меня голос.

Мои глаза встретились с его глазами. В них была не только боль, но и какая-то странная, пугающая близость.

Сквозь страх, я поняла: мне придется это сделать. Придется коснуться его.

Я зажмурилась на мгновение, пытаясь отгородиться от реальности. Сделав глубокий вдох, я заставила себя шагнуть в его личное пространство — туда, где воздух казался густым и обжигающим. Я встала за его спиной, и меня тут же накрыло волной его жара.

Шрамы на широкой спине. Грубые, рваные, тонкие как нити — каждый след рассказывал о битве, из которой он вышел победителем. Я невольно засмотрелась, чувствуя странный трепет: сколько раз смерть дышала ему в затылок? Сколько раз он терпел эту боль.

Пока я разглядывала его кожу, Майк вновь усмехнулся, и этот звук привел меня в чувство.

Взяв себя в руки, я протянула ладони. Мои пальцы, казавшиеся совсем крошечными на фоне его мощных мышц, осторожно сомкнулись на его предплечье. Вальтер вздрогнул.

Этот короткий, резкий импульс прошел сквозь меня, заставляя внутренности сжаться. Внутри меня бушевал настоящий шторм: страх, жалость и какое-то пугающее влечение боролись за первенство, но я стиснула зубы, стараясь сохранить маску спокойствия.

— Держи крепче, Мишель, я постараюсь быстро, Майк кивнул, его лицо стало предельно серьезным.

Я усилила хватку, чувствуя, как под пальцами перекатываются твердые, как камень, мышцы.

— Она не удержит, голос Вальтера прозвучал низко, с хрипотцой, которая заставила волоски на моих руках встать дыбом. Он не смотрел на меня, но я кожей чувствовала его сомнение.

— Это мы еще посмотрим, бросила я ему в затылок, вкладывая в эти слова всю свою упрямую гордость.

— Посмотрим, выдержишь ли ты, парировал он. Я скривилась, понимая, что он говорит не о физической силе, а о том, что мне придется увидеть и почувствовать сейчас.

— Значит, у вас еще есть силы указывать мне? — язвительно спросила я. Мы не замечали никого вокруг, на мгновение забыв о Майке, который уже занес инструмент над раной.

— Я еще даже не начинал, ледышка, его рык провибрировал у меня под ладонями, заставляя сердце пропустить удар. В этом «ледышка» было столько скрытого смысла, что у меня пересохло в горле.

— И не начинайте. Сил не хватит на меня, я попыталась вложить в голос максимум уверенности, хотя колени предательски подгибались.

Вальтер медленно повернул голову, и я увидела его профиль — хищный, волевой, искаженный судорогой боли.

— Сил во мне много, ледышка. На тебя точно хватит, можешь не сомневаться, — его глаза на секунду вспыхнули опасным огнем, обещающим что угодно, но только не покой.

В этот момент Майк сделал резкое движение, и вся комната словно взорвалась от напряжения.

Воздух в комнате, и без того тяжелый, казалось, окончательно застыл, когда утробный, разрывающий легкие рык Вальтера огласил тишину. Этот звук не был человеческим — в нем слышалась мощь раненого зверя, которого посмели осквернить сталью. Я инстинктивно вцепилась в его предплечье, пальцы побелели от напряжения, а ногти, кажется, едва не впились в его кожу.

На удивление, мне удалось удержать его. Вальтер держался. Он рычал сквозь плотно сжатые зубы, так что на его шее вздулись толстые полосы вен, но не дернулся, позволяя Майку завершить свою кровавую работу. Его голова резко откинулась назад, едва не коснувшись моего плеча, и он зажмурился.

Я замерла, не в силах отвести взгляд. Передо мной был не просто враг, а воплощение необузданной, страдающей силы. Его губы, обычно искривленные в издевке, теперь были сжаты в тонкую бледную линию, челюсти сведены до хруста, а на лбу и висках выступила крупная испарина. Капли пота медленно стекали по его вискам, теряясь в густых волосах.

Что-то необъяснимое, какая-то невидимая нить потянула меня ближе. Я сделала полшага вперед, оказываясь почти вплотную к его спине. От него исходил жар, как от раскаленной печи, и запах — дикий, медовый, смешанный с запахом крови и сосновой смолы. «Какой он огромный...» — пронеслось в голове. Моя хрупкость рядом с ним казалась почти комичной, но именно эта разница заставляла сердце биться в горле.

Вальтер резко открыл глаза. Янтарный огонь в них еще не погас, и этот взгляд буквально пригвождал меня к месту. Внезапно я остро, до покалывания в кончиках пальцев, осознала, как я выгляжу. На мне было простое домашнее платье, едва прикрытое накинутым халатом, а волосы рассыпались по плечам непослушными волнами. Я чувствовала себя почти обнаженной под этим изучающим, тяжелым взором.

Я хотела отвернуться, сбежать, спрятаться за привычной маской холода, но тело не слушалось. Мы смотрели друг на друга, изучая каждую черточку, каждое изменение в зрачках. В тишине комнаты мой собственный вдох казался слишком громким.

Слова Карен о том, что я приглянулась Альфе, вспыхнули в сознании ослепительной вспышкой. «Нет, это безумие», — твердила я себе.

Он — волк. Существо, которое должно вызывать у меня только ужас. Мой самый главный враг, олицетворение опасности. Ведь он ищет меня, настоящую меня. Ведьму. Вспомнились его слова, в которых было столько ненависти , когда он говорил о том, что я приношу вред.

Но почему тогда каждая наша стычка, каждое его слово, каждое случайное касание заставляли меня не просто дрожать, а жить? Словно до встречи с этим монстром я была лишь бледной тенью самой себя, а теперь кровь в моих жилах превратилась в жидкий огонь.