У меня сейчас мозг взорвётся. Мне надо срочно решать вопрос и увести отсюда делегацию нашего спонсора. Всё это похоже на хорошо спланированную подставу. Может, прошлый ректор решил так маму проучить? Но голова напрочь отказывается соображать, ведь это он. Его улыбка сбивает с толку. Хочется пялиться на него и глупо улыбаться в ответ.
Судьба — та ещё проказница. Всё лето я верила и надеялась, что смогу его найти и увидеть вновь. Тысячи просмотренных профилей, бесконечное обновление ленты, посещение похожих мероприятий — и всё тщетно. И только я смогла смириться, принять тот факт, что он просто свалил, не желая продолжения, я его встречаю при таких обстоятельствах. Подруги в жизни не поверят!
Шок от увиденного и удивление от внезапной встречи сменяется жуткой обидой и дикой ревностью. Хочется кинуться на этого полуголого мерзавца и расцарапать ему его довольную физиономию. Неприлично счастливую и красивую физиономию. Пока я страдала, копалась в себе, он наслаждался жизнью и явно обо мне не вспоминал. Открыла душу, а он меня даже не помнит. В его взгляде даже ни намёка на узнавание. Это обиднее всего.
Кажется, ему абсолютно всё равно, что на него глазеют посторонние люди, он всё продолжает лыбиться. Вся эта ситуация его забавляет, и он явно от обнаружения в восторге. И вот этому я доверилась? И его я оправдывала?
— Это какое-то глупое недоразумение. Я сейчас вызову охрану, — бормочу Анне и включаю рацию, которую мне дали. Я намереваюсь вызвать подкрепление, чтобы онлифанщиков вывели и освободили зал.
— Это ни к чему, — нагло вырывает у меня из рук рацию девушка и отдаёт одному из охранников. — Даниссимус, ты охуел? — Обращается к парню.
Я раскрываю рот в изумлении. Я не одна здесь с обманутым сердцем? Она явно разозлена не меньше моего.
— Ха-ха-ха, — театрально ржёт бесстыжий гадёныш. — И тебя с днём рождения, бро! Нам третий десяток, АЕ!
Нам?! Перевожу взгляд на девушку, закатывающую глаза и корчащую брезгливую гримасу, и узнаю знакомые черты. Эта блатная цаца — его сестра? Двойняшка? Ё-маё!
Парень показывает всем пис и наконец изъявляет желание одеться и медленно тянется за своими брюками, а я понимаю, что всё это время то и дело смотрела на своего давнего знакомого, упакованного в жёлтый латекс, и явно это не осталось незамеченным.
Событий так много, и они разворачиваются настолько стремительно, что у меня ощущение, что я сейчас перегреюсь и отключусь.
Ему хочется крикнуть: «Эй, ты меня вообще не узнаешь?». А его вероятной сестре: «Отдай мою рацию, цаца! Какого лешего вообще?», но вместо этого я просто стою и изумлённо наблюдаю за происходящим и пытаюсь понять, что делать дальше. Почему на меня всегда выпадает самая жесть? Это могло произойти с кем-нибудь другим? За что?! А самое главное — как выкручиваться?
— Никого не выпускать, — приказывает девушка своей службе безопасности и поворачивает голову на меня. — А нам с вами надо поговорить.
Выходим в коридор, пары уже начались, и никого нет. За нами следуют шесть охранников и берут в кольцо. Чувствую, ничего хорошего данный разговор мне не сулит.
Я как загнанный зверь. Почему я сейчас себя чувствую виноватой? Это не я снимала порнушку в стенах Академии. Я здесь жертва, а на меня ещё и давят. Мама утром даже представить не могла, во что выльется данное мероприятие.
— А это обязательно? — Обвожу охранников взглядом. Они жёстко нагнетают атмосферу.
— Что именно? — Девушка из милой, собранной, хоть и строгой, превратилась в хищницу и готовится к нападению на меня.
— Вот это! Мне некомфортно! — Пытаюсь отстоять свои границы.
— Зато мне комфортно, — совершенно нагло заявляет цаца. — Итак, лучше будет, если все сделают вид, что ничего не было.
А, ну супер. Всего-то порнушку сняли и потрахались в конференц-зале. Подумаешь. Ага. Сейчас! Я с ним в одних стенах учиться не буду!
— Лучше для вашего брата? Вы проучились здесь три года и так и не поняли, что это Академия Государственной службы, а не порноконтента? Лучше будет всё-таки очистить наш гос. аппарат от таких чиновников и исключить троицу. Без вариантов.
— Ха-ха-ха, — смеётся девушка точь-в-точь, как и её брат, только зловеще. — Милая, тебе действительно лучше сделать вид, что ты ничего не видела. Разумеется, это просто шалость. Никакого порноконтента там не было. Ты только представь, какой скандал разразится, когда общественность узнает, что творится при новом ректоре. И кому будет хуже? Этим троим? Сомневаюсь. Наша уважаемая Луиза Александровна даже не успела показать себя на новом посту, и такое. Будет обидно.
Я судорожно пытаюсь прикинуть, права она или нет. Доля здравого смысла в её словах есть. Но закрыть на такую выходку глаза, учитывая, кто участники этой шалости, как она выразилась, для мамы ещё хуже. И самым верным решением будет признать эпизод и отчислить этих студентов. Не удивлюсь, если они ещё и бюджетные места занимают.
Наши налоги платятся, чтобы вот такие получали образование? Ну уж нет, я не согласна. Единственное, надо с мамой посоветоваться, возможно, она и не захочет огласки. Просто тихое отчисление за дисциплинарное нарушение. Уж тишину её Игорёша сможет обеспечить со своей медиа-группой. У него всё схвачено. Вот и плюс в карму противному олигарху.
— А это уже не вам решать, — ставлю на место выскочку и намеренно продолжаю выкать, пока она целенаправленно подчёркивает своё неуважение ко мне.
Пытаюсь выбраться из оцепления, но амбалы стоят как вкопанные. Мда.
— Решать, конечно, не мне. Но ты даже не успеешь дойти до кабинета своей мамочки, телеграм взорвётся от этой новости. А дальше её подхватят СМИ. И осветят в абсолютно невыгодном для неё свете. Начнут выяснять, что за ректор, что за дочь, столько грязи может выльется. Потеряем такого хорошего преподавателя. Жалко будет.
Мама была права. Её Игорь хотел нарыть что-то на эту семейку, а они, видимо, роют на него и прекрасно знают, чья она протеже.
— Вы мне угрожаете?
— Я? Угрожаю? — Выгибает девушка густую бровь. — Просто делюсь опытом.
Я не понимаю её логику. Чего она добивается? Сгорел сарай, гори и хата? Её же брату достанется в любом случае. Уж я ему это так точно не оставлю.
— Думаешь, ты здесь самая крутая? — Спрашиваю в лоб.
— Я не думаю, — усмехается девушка. По ней всё понятно. Она всем видом транслирует, что так оно и есть.
— Что здесь происходит? — Слышу мамин голос. Наверное, никогда в жизни я так не радовалась ему.
Эта девица меня вымораживает. Да вся их семейка. Отбитые! А братец вообще полоумный. И по нему я убивалась три месяца?!