Loveлас

27. Даня

— Дань, прокатишься? — предлагает Влад проехаться на своей тачке. Каждый мальчик, наверное, мечтал о Dodge Ram в детстве, а уж TRX, как у Влада, вообще разъёб, но мне похуй. Абсолютно.

— Брателло, давай в другой раз.

— О господи! — Вздыхает Аня. — Ты серьёзно расстроился из-за своей ректорской дочки? Даня, что с тобой? Я тебя не узнаю!

— Бро! — Одним взглядом пытаюсь ей передать, чтобы не напрягала меня.

— В мире столько детей страдает, а Даня расклеился из-за девушки.

— Бро, я тебя обожаю! — Озаряет меня. — Это всё хуйня! Ты меня накрутила!

Делаю глоток воды и ликую. Вот же дурак.

— Да она вообще змея лютая! — Смеётся Влад.

— Ничего Дана с Дорошенко не мутит. Луиза наша беременна от него. Дана вчера мне очень трогательно призналась, что у них пополнение в семье, — вслух произношу, вспоминаю её ангельское лицо, и даже стыдно становится. Повёлся на Анчелловские провокации.

— О, реально? Вот это инсайды у нас. Плюс один наследник у Рустала. Кайф, — радуется Влад.

— Дань, ты уверен? — Сразу оживает Аня.

— Да. Она сказала, что у неё исполнилась мечта всей жизни, мама родит ей брата или сестру.

— Мммм, — тянет сестра, — мило. Коть, прикинь, мы с Дорохом породнимся, если Даня замутит с Даной этой?

Если… Улыбаюсь, как дурак, этому «если».

Захожу в «Тэгэ» и думаю, что ей написать. Даже если какой-то чел заряженный и пробивается к ней, у меня всё равно шансов больше. Я её первый и точно пока единственный. Да бля, я такую планку задал, хуй он меня скинет с неё. Так, надо мозги проветрить.

— Дос, — окликаю зятя, как только он съезжает на М-3, — пустишь за руль?

— Ооо, ожил наш Ромео, — Влад резко тормозит за остановкой и выпрыгивает из тачки. — Зай, пойдём со мной на заднее.

— Котязаичеллы, только не смущайте меня, — довольный устраиваюсь за рулём. Пиздец мощная тачка. Чувствую себя Халком каким-то в этой махине.

Решаю газануть с лаунча, зажимаю педали, отпускаю тормоз, и у меня аж привстаёт от звука и разгона.

Ощущение скорости на «Раме» кардинально отличается, и от прежней хандры не остаётся и следа.

— Брателла, штрафы сам платить будешь, — нудит буржуй.

— Анчелла за меня расплатилась с тобой на век вперёд, — отмахиваюсь и топлю дальше. — Бля, Влад, охуенная тачка!

— У меня всё охуенное!

— Особенно шурин, — щёлкаю по носу нарца, одновременно заезжаясь с M5-ой.

Долетаем до дома минут за пятнадцать, и я с сожалением паркуюсь у дома.

— Влад! Какая приятная неожиданность, — кричит мама с балкона на втором этаже. Нас с Аней с такой улыбкой не встречает. Походу, у кого-то новый любимый сыночек.

Пока все обнимаются и целуются, постоянно чекаю трубу, жду от сладкой сообщения. Впервые я в конкретном затупе и не знаю, что писать.

Мама зовёт всех обедать и за столом опять начинает петь дифирамбы Владу. Переглядываемся с Аней и угараем.

— Вы едете в эти выходные на Волгу? У меня уже заканчиваются судаки. Весь август Пашу им кормила, и холестерин снизился. Представляете? Такой рыбы нет ни в Ла маре, ни на Усачёвском. А Даня в прошлый раз нам сделал карпаччо, это было что-то, — наконец мама вспомнила и обо мне.

Улыбаюсь ей и нехотя ем салат.

— Дань, ну погнали с нами в деревню на выходные. Только без самогона, — лыбится Влад, — будем ловить.

— Даня не может, — мама не даёт мне ответить, — он будет косить на выходных. Это его новая обязанность.

Закатываю глаза и обламываюсь капитально.

— Мам, отправь мне видео потом, хочу на это посмотреть, — ржёт бро.

— Да что тут косить-то? Дань, встань пораньше, покоси перед парами и погнали с нами на выходные.

— Нет, — вклинивается мама. — Здесь косить можно только с десяти утра.

— Так в десять уже росы никакой нет, — продолжает отстаивать меня Влад.

— Ну и отлично. Как раз трава просохнет, — снова обламывает мама.

— А… Вы газонокосилкой что ли косите? Я думал косой, — выдаёт очередной перл Буржуй. — Меня дед в деревне в четыре утра будил и на сенокос. Пока гектара два не скошу, никакого отдыха.

— Что? — У меня аж котлета в горле встаёт, — ты что, как крестьянин в дореволюционные времена косил у себя в деревне поля?

— Ну да, — будто это в порядке вещей выдаёт Влад.

— Пиздец, я в ахуе, — шёпотом произношу, чтобы мама меня не треснула за мат. — То есть тебя привозили на вертушке к деду на каникулы и ты там батрачил?

— Просто помогал. А что?

— Ну, мы с Даней чиллили летом на Лазурке или в Италии, для нас такие каникулы диковинны, — поясняет Аня.

— И этот человек меня ещё буржуем называет, — смеётся Влад.

— Дааа, закончились наши времена в Сен-Тропе и в Форте, — вздыхает мама, потому что Ананьевский запретил папе гонять в Европу. — А помните, мы каждый июль в Юрмалу ездили, а теперь Латвия вообще россиян не впускает.

— Что? Юрмала — это Латвия? Я думал, это Калининградская область, — удивляюсь.

— Даня! Там же евро были, ты вообще что ли? А как тебя полиция загребла? Забыл? Тебя там папин сокурсник, местный банкир, вытаскивал, — напоминает мне Аня.

Охренеть. Вот я сейчас Вейде и удивлю.

— Мам, а у тебя есть какие-нибудь фотки из Юрмалы? Скинешь мне?

— Поищу вечером.

— Не, мам, сейчас!

— А в чём такая спешка? — удивляется мама.

— Елена Андреевна, Даня влюбился в латышку. Ищет пути соприкосновения, — палит меня Влад.

— Дааааа? — Мама выпучивает глаза и довольная пялится на меня. — И кто она? Когда познакомишь? Вечно узнаю всё последняя.

— Она падчерица Дорошенко, — опережает меня Аня. О, я сегодня создал инфоповод.

— Игоря Дорошенко? Ничего себе! Как интересно… Это вы их познакомили, Влад? — Мама пребывает в шоке.

— Нет, она учится с нами. Дочка нового ректора.

— Ооооо, — продолжает мама удивляться в свойственной ей манере.

— Так всё, — меня напрягают эти охи-вздохи и обсуждения меня в третьем лице, — я пошёл к себе. Мама, жду фотки. Сейчас, а не вечером!

Скидываю шмот и иду в душ. Мама не подводит и скидывает десятки фоток. Быстро листаю, нахожу себя мелкого на пляже и отправляю Дане со словами: «Угадай где?»

Сладкая не отвечает. Мокну под душем с трубой и жду от неё ответа. Да бля…

Откидываю айфон, облокачиваюсь о стену и думаю, вздрочнуть или нет. Член бодрится и говорит вздрочнуть, а сам не хочу. Хочу её. Пиздец. Включаю холодную воду и пытаюсь себя остудить.

Замёрзнув, как цуцик, выхожу из душа, смотрю на себя в зеркало, проверяю телефон и решаю скинуть сладкой нюдсик. Ну в самом деле, в двенадцать я был дристоганом. На что я рассчитывал? Что она потечёт и скинет свою нежно-розовую киску? Болван. Совсем мозг отупел.

Иду снова под душ, чтобы намокнуть и кинуть ей охуенную фотку, и фотографируюсь, как идиот, сорок минут.

Отправляю и сразу выхожу из приложения.

Ложусь на кровать и постоянно пялюсь на дисплей. Но он не загорается. Курю на балконе и спускаюсь вниз за мороженым. Аня с буржуем уже уехали, и мама меня пасёт, чтобы устроить допрос.

Сливаю её, сославшись на курсовую, и сваливаю.

Проверяю трубу и вижу заветные сообщения. Бля, радуюсь, как пацан, которому никто не даёт.

— В Булдури? Серьёзно?????? Офигееееть, — отправляет мне кружочек мой ангел, и у меня окончательно пропадают все сомнения. Она влюблена в меня. Не успеваю ей ответить, как приходит второй. — Дань, можешь приехать ко мне? На ночь?