Loveлас

49. Дана

Просыпаюсь с чугунной головой. Станция «Алиса» показывает 15:33. Во рту будто кто-то сдох, пошевелиться не могу.

— А-а-а-а-а! — Кричу в пустую квартиру от мук.

И зачем я так напилась с Машей и Олегом? Божечки! Я сейчас помру! Наверное, весь эффект от своих капельниц стёрла! Лежу минут пятнадцать и пытаюсь настроиться на поход за водой и таблеткой.

Когда головная боль становится абсолютно нестерпимой, беру телефон с тумбочки и медленно, стараясь не трясти головой, пробираюсь на кухню.

Выпиваю таблетку и заглядываю в холодильник. Пусто. Абсолютно. В морозилке нахожу стратегический запас маминого мороженого и прикладываю холодную банку ко лбу. Кайф!

Голова начинает постепенно отходить, и я завтракаю этим же мороженым.

Захожу в телеграм и пересматриваю свои сторис, дабы восстановить картину вчерашней ночи. Жесткий отрыв. О, фоточка в обнимку с Олегом. Проверяю список посмотревших, и везде Даня один из первых. Ну супер. Пусть знает, что я не убивалась в страданиях. Хотя… Я так отчаянно изображала веселье, что ему очевидно, что убивалась и ещё как. Разве что царицу не исполнила.

Откладываю телефон и принимаюсь доедать мороженое. Несколько ложек, и руки начинают чесаться. Нет, я посмотрю, как у них там вечеринка закончилась.

Перехожу по геолокации этой базы и старательно выискиваю Даню на фотографиях. Он только до концерта Фары отрывался. Да ещё как! Мои сторис просто детский сад. Смотрю на его танцы с шампанским и какие-то дебильные конкурсы и придушить готова. С диджейкой-блондинкой обнимался и играл с ней за пультом. Но вроде прям откровенных подкатов и нет.

Набираюсь смелости и захожу в наши паблики. Там уж его точно сольют с потрохами. А то, что он встречается со мной, только прибавляет интереса сплетникам.

Листаю посты в «Подслушано». Все они о вечеринке, но о Дане пока ни слова. Это обнадёживает. Много постов с отзывами и пожеланием повторить на Хэллуин. Несмотря на злость и обиду, всё равно радуюсь за него. Это то, чего он и хотел. Значит, справился.

Натыкаюсь на какое-то видео, глаз выцепляет текст поста, что никто такую пару не ожидал, и с опаской включаю. Вижу розовый силуэт и натягиваюсь вся, но потом понимаю, что это не элегантный костюм, а спортивный и парень вообще лысый. Читаю пост и с облегчением выдыхаю. Фара снял какую-то первокурсницу из строгой религиозной семьи, и все в шоке. Даня не причём. Листаю дальше, и все новости про эту девушку. Травля какая-то начинается. Нехорошо.

Надо маме сказать. Пусть снесут эти посты, мне жаль девочку. Представляю, что она сейчас чувствует. Быстро долистываю до вчерашнего дня, убеждаюсь, что про Даню и меня ничего, и звоню маме.

Пока идут гудки, проникают мысли, что Дани нет на фотографиях позже двух, потому что он тоже кого-то снял. Нет! Если Фару спалили, то и Даню бы спалили! Мама не отвечает, и я начинаю читать все комментарии, может, в них за что-нибудь зацеплюсь. В них все последние сплетни, кто с кем и когда, но Даня в них не фигурирует.

Не могу справиться со своей манией и нахожу профиль этой Стаси, журналистки. А вдруг с ней всё-таки замутил? У неё вообще фотографии из деревни какой-то в Архангельской области. Отметается.

Пишу маме сообщение, описывая суть проблемы, и прошу посодействовать удалению постов с буллингом. На всякий случай пересылаю Свете и иду в душ. Головную боль как рукой сняло.

Как бы я ни занимала свою руки делом, высыпая на своё тело тонны энзимной пудры, мозг, как назло, врубает всю свою многозадачность и одновременно накручивает меня и подкидывает воспоминания из душа. Даня всегда шутил, что надо экономить воду, и в душ меня одну не отпускал. Задираю голову к лейке, даю струям смыть с себя слёзы и хнычу в голос. Хочу к нему! Ну почему он не приехал? Я же ждала…

Плюхаюсь на попу и колочу ногами по плитке. Вот как мне теперь выкручиваться? Да я без него и пары часов не могу. Дура!

Из душа выползаю никакая. Вода разморила ещё больше, волосы сушить лень. А если не высушу, будет мочалка.

Пододвигаю себе пуфик к раковине, плюхаюсь на него и кое-как сушу волосы. Жидкий шёлк вывезет, пофиг!

Думаю уже напасть на вторую банку мороженого, как начинает звонить телефон.

— Да, привет, маммите! Прочла моё сообщение? Удалите посты?

— Привет, котик, нет, не вникала ещё. Света разберётся. Ты у нас дома?

— Да, а откуда ты знаешь?

— Твои сторис. Даже не спрашиваю, — вздыхает мама. — Дан, тебе надо подъехать сейчас на Смоленку срочно. Дело есть.

— Какое еще дело?

— Не могу говорить, — переходит мама на латышский, — он рядом. Всё поймёшь. Только оденься прилично. Тебя встретят, я пришлю адрес.

— Это связано с финансами?

— Да! — Оживлённо подтверждает мама.

— А обязательно сегодня? Я хотела сходить к бабушке, Лайму навестить.

— Котик, обязательно прямо сейчас! Давай, поторапливайся. Серёжу прислать не могу, такси вызови.

— Ладно, — соглашаюсь. Всё лучше, чем убиваться дома.

Макияж наносить лень, довожу до ума волосы, надеваю брюки с водолазкой и думаю, что это вполне прилично до встречи с консультантом или что там придумала мама.

Таксист задаёт дурацкие вопросы, хоть я поставила отметку, что разговаривать не хочу. Не понимаю, как водитель с именем Халис услышал мой акцент, и рассказываю ему про Латвию. В конце даже жалуюсь, что меня не впускают и я не могу туда поехать. Снова ругаю себя за Даню и решаюсь поехать к нему после этой встречи. Мальчики дарят девочкам цветы, а я что подарю в качестве извинений? Попадалово.

Выхожу из машины, смотрю на себя в витрину и прикидываю, достаточно ли у меня красивое пальто. Может, приехать только в нём? И зайти в квартиру со словами из мема: «Уж лето наступило, а я так ни к кому и не заявилась в пальто на голое тело?» Ему должно понравиться.

Звоню некому Егору, чей контакт мне мама прислала, и захожу в сталинку. Меня встречает молодой парень в спортивках, который совсем не похож на финансового консультанта.

— Здравствуйте! Дана!

— Ага, привет! — Неформально отвечает Егор. — Лифт или лестница?

— Лифт, — отвечаю и не понимаю, что за приколы?

Поднимаемся на последний этаж, парень забирается по лестнице, видимо, к выходу на крышу, и зовёт меня за собой. Я не понимаю. Мама пентхаус купила? Хотя какой пентхаус в Сталинке? На этаже все двери разные. Забираюсь за молодым человеком на крышу и выхожу на улицу.

— Какой красивый вид! — Любуюсь сумеречной Москвой. Прям подо мной Москва-река, здание правительства, гостиница «Украина», Москва-сити, набережная Тараса Шевченко, всё как на ладони.

— Да! Чётко! Вот посиди здесь, — парень указывает на кресло почти у края крыши и разворачивается к выходу.

— А мне что делать? — Растерянно спрашиваю. — Вы скоро вернётесь?

— Сидеть, — пожимает плечами Егор. Какой-то он придурковатый.

Одной становится не по себе. Что мама задумала? Набираю ей, не отвечает. От делать нечего сажусь на это кресло, чуть отодвинув его подальше, и смотрю на вид.

“Вам тоже сегодня холодно?” Загорается надпись на мосту, и я понимаю, что тот знаменитый метромост со смешными надписями. Никогда не удавалось что-то смешное прочесть. Радуюсь ему, как ребёнок, и достаю наушники.

Парня всё нет и нет, и мне становится тревожно и холодно.

«Самый тяжёлый груз — это недоверие» пробегает строка на мосту, и я грустно усмехаюсь. Да, согласна. Теперь я это осознаю. А люди не шутили, что мост угадывает настроение.

Надпись пробегает три раза подряд, и я напрягаюсь. Крыша, стул, мамин подозрительный звонок. А что, если сейчас сюда заявится Дорошенко и скажет, что всё знает? Или сама мама?

«Доверие к другому человеку — это величайший подарок, который мы можем дать и принять» сменяется надпись. Сегодня международный День доверия что ли?

«Доверие — это строительный материал для создания мостов в отношениях» пробегает следующая цитата, и у меня рождается идея. Достаю телефон, вытаскиваю Даню из ЧС и снимаю видео, отправлю с извинениями минут за пять до приезда.

«Никакая любовь не возможна без уважения, а уважение невозможно без доверия»

«Любовь живёт доверием»

«Стекло и любовь легко разбиваются и с трудом склеиваются» киваю в согласии с мостом и думаю, как всё в тему. Надеюсь, Даня долго ломаться не будет. Всё, я понимаю, что накосячила. Нет, он, конечно, тоже. Но я больше. Осознаю. Зря свою Ольгу не послушала.

«Вейде, ты можешь мне доверять» пролетает надпись с поцелуйчиком в конце, и я смотрю на мост с недоверием. Это что? Я в себе вообще? Моргаю, но надпись так скоро исчезает, что я не могу себе ответить на вопрос, была ли она на самом деле или это галлюцинация.

«Мои глаза, слова, губы, язык, пальцы и член твои и только твои» проносится совсем быстро, я оборачиваюсь и вижу Даню, прислонившегося к стене. Вытаскиваю наушники и смотрю на него ошарашенно.

— Я тебе тут видео снимаю, извиниться хотела, — растерянно кричу. На крыше ветер разносит мои слова, и я не уверена, что он расслышал.

— Ну, извиняйся, — подходит ко мне и улыбается.

— Не могу. У меня слов нет! — Честно признаюсь. В голове такой сумбур. С моей скоростью мышления нельзя такое проворачивать! Улыбаюсь ему, как дурочка, и пытаюсь осознать, что это не случайность. Это спланированная акция.

— Ладно, я могу! Мудрый мужчина всегда подкаблучник, — смеётся Даня.

— А ты мудрый? — Слетает прежде, чем я успеваю подумать.

— Наимудрейший. Хакнутый. В двойном объёме. Ты же помнишь, что я подхимиченный?

— Что ты несёшь вообще? — Ржу и понять не могу. До меня начинает доходить смысл происходящего, и я взрываюсь от счастья. — Ты что, маму подговорил?

— А что мне оставалось делать? Я вчера успокоился, вернулся домой через двадцать минут, чтобы тебя забрать, а тебя нет. Уже опаздывал, поехал на посвят, и понял, как мне без тебя скучно. Федя выступил, и сразу помчался уже к тебе домой, а тебя нет. По твоим сторис поехал в «Кики», не нашёл. Ну, потом придумал это.

— Прости меня, пожалуйста! — Жалостливо мычу и бросаюсь в его объятия. — Я больше так не буду! Правда! Я тебе верю!

— Норм! Только не злоупотребляй, ведьма Вейде!

— Как ты это устроил?

— У Фила батя глава какого-то департамента в Минтрансе. Изи, Вейде!

— С ума сойти! — Прижимаюсь к нему и поверить не могу, что ради меня Даня такое устроил. Что он не только моё тело изуродованное принимает и боготворит, но и мою душу багнутую, как он сказал. Начинаю рыдать у него на груди от этого осознания и не могу успокоиться. Никогда в жизни у меня не было чувства, что мне всё можно, что меня любой любят. И плохую, и хорошую. И с проблемами, и с извращенным отчимом, который поджигает тачки и следит. Любую!

— Ну всё-всё, Вейде! Соседей затопишь, мы же на крыше! — Пытается Даня меня успокоить. — Поедем домой?

— Да! — Выдыхаю. — К тебе или ко мне?

— К нам! — Даня берёт меня за руку и ведёт к двери. Внизу лестницы стоит этот нелепый Егор, и я смеюсь сама над собой. Решила, что это мамин консультант. А он, видимо, проводник на крыши. Даня его благодарит и суёт почти незаметно купюры в карман.

К моему счастью, Даня без водителя с охраной, и мы прыгаем в такси. Не стесняясь водителя, накидываемся друг на друга и целуемся, как сумасшедшие. Словно год не виделись. Яростно, кусая друг другу губы и мыча от удовольствия.

Забегаем в лифт, Даня распахивает мне пальто, и я жалею, что не смогла провернуть свой фокус.

— Знаешь, какой сегодня день, — торможу его, придерживая за ворот.

— Не-а? Какой?

— Восьмой день с начала приёма противозачаточных.

— Что это значит?

— Что ты можешь сегодня кончить в меня, — улыбаюсь.

— Блядь, Вейде! А-а-а-а-а! — Вскрикивает Даня. — Моя мечта сбылась!