Loveлас

26. Даня

Хлопаю дверью в этот дефолтный ректорат и колочу по стене. Пиздец! Десять дней без секса из-за этой ведьмы нордической! У меня такой херни с девятого класса не было! Да она меня сглазила! Прокляла! Заворожила! Тупо кинула! Ну что ей не так?

Перед глазами стоит картина, как она у костра в своём веночке из ромашек меня гипнотизировала. Знал бы тогда, чем всё это закончится, на пушечный выстрел бы к ней не подошёл.

— О, Дань, здорова, чувачелла! — Приветствует меня Петя. — Чо, как сам?

— Здорова, Петруша! Да норм, а ты?

— Слу-у-у-у-шай, тема есть. Мы короче с Филом и Корсунчиком решили тему замутить. Не хочешь вписаться?

Блядь. Сейчас начнут опять херню про арбитражку гнать.

— Какую тему? Я на нуле, чувак. Никуда вписаться не могу. И когда лавэха появится вообще хрен знает, — сразу обламываю. Они все думают, раз у меня зять капитально заряженный, то и мне перепадает. Бесит.

— Да чел, от тебя вообще ничо не требуется, кроме тебя самого. Ну и твоих коннектов.

О, ещё лучше. Им не рубли Влада нужны, а связи. Заебись.

— Петруш, ты переоцениваешь мои коннекты. Вряд ли чем-то помогу.

— Данюсечка, — тянет Петя в своей манере, — да послушай ты, не спеши отказываться. Мы решили свой посвят организовать первокурсникам. У Фила у бати во Владимирской области свой дом отдыха. Ты прикинь, тема какая, на все выхи, у каждого свой номер, а ночью отвязные тусы. Это тебе не в Сохо потусить и не в актовом зале от студенческого совета. Лютый движ будет.

— Ну да, чётко.

— Нуууууу, — хлопает Петруша меня по спине, — а ты нам народ приведёшь. С девочкой Авербаха поговоришь, чтобы она первакурсников к нам отправляла, и найдёшь нам артиста. Тебе десять процентов с каждого билета и десять процентов от бука Фары. Его менеджер ни в какую, отказ даёт. Но он-то у тебя на днюхе был. Я так понимаю, вы более чем хорошо общаетесь.

— Фары? Вы хотите Фару позвать на посвят к первокурсникам? Чел, у него выступление пять лямов стоит.

— Да? Норм! Ходили слухи, что двенадцать.

О-ху-еть! И они мне хотели навалить сверху лям двести, если я их сведу с Фарой?

— А за сколько билеты хотите продавать? — Чешу подбородок и прикидываю, сколько смогу поднять.

— Полтос.

Заебись. Сто человек приведу, заработаю еще пятихатку. А там хэллоуин, новый год, окончание сессии. Бляяя, сколько можно тусовок замутить. Норм тема.

— Слушай, ну я не обещаю, Фара только из тура вернулся, он в отпуске, да и альбом писать будет.

— Короче, Дань, давай пересечемся после четвёртой и перетрём. Мож чо нам ещё подскажешь.

Прощаюсь с Петрушей и плетусь на выход. Перспектива поднять денег, конечно, радует, но не от всего сердца.

С-с-с-с-ука! Что-то я слишком серьёзно воспринимаю отказ. Даже поласкать толком не дала.

Без интереса смотрю на девочек и понимаю, что зацепила. Обычно меня это холодно-горячо только отталкивает. Терпеть не могу эти манипуляции. Всё должно быть обоюдно и на общем кайфе, но эта же… Взгляд кричит, как меня хочет, мои пальцы тонут, а она отталкивает.

— Даня джан, привет! — Раздаётся за спиной. Разворачиваюсь — Овсепян.

— Барев дзез, Каренчик! — Улыбаюсь и думаю, с каким удовольствием я бы ему все шины на его «Каллинане» спустил. А похуй! Сокращаю дистанцию и подхожу вплотную. Если что, Влад прикроет. — Слушай, Карен, такое дело. Вейде моя. Нехуй тебе туда лезть.

Обычно борзой Овсепян тушуется и явно пугается. Бля, нихуя я круто выдал.

— Дань, — хватает меня за грудки, — ты чо моросишь? Да я на ректоршу даже смотреть боюсь. А ты про лезть. Джан, я пас.

Бля-я-я-я. Это не он. Надеюсь, меня теперь не убьют.

— Извиняй, Каренчик! — Удаляюсь с поднятыми руками. Пиздец ведьма. До чего довела, если я на Овсепяна газую.

С кем же она ещё мутит? Врёт! Всё она знает, и я просто запасной вариант. Я запасной. Пиздец обидно. Нет, это не самолюбие. Это дурацкая ревность.

Какого-то мудилу она также благодарит, как вчера меня. На кого-то также смотрит и делится мечтами.

Ну и я конченый. То есть я думаю не о том, как её сиськи кто-то мацает, а как она улыбки разбазаривает? Этого ещё не хватало. Она динамит, Аня запрещает, плюс неудоволетворённость жёсткая, плюс вся эта загадочность, и получите распишитесь. Данечка влюбился. Пиздец.

— Дань! Бро! — Легка на помине…

Я хотел домой. Страдать, дрочить и играть в соньку. А… бля. С Петрушей надо поболтать. Нехотя плетусь к буржуям, которые заняли весь диван.

Показываю всем пис и падаю рядом с сестрой.

— Ты заболел что ли? — Прикладывает к моему лбу руку сестра. — Холодный вроде. Что с тобой?

— Ничего. Без настроения.

— Данюсик, ты чего? Кто тебя расстроил? — Начинает сюсюкать Ника, а мне на эти парочки влюблённые смотреть даже противно. Я, может, тоже хочу свою девочку обнимать, а не слоняться по коридорам с зудящими яйцами, как лох последний. Приятель, потерпи до дома. Мне так плохо, что даже лень кому-то писать.

— Всё нормально, — отвечаю грубее, чем обычно, и все начинают на меня палить с ещё большим вниманием. Все собрались ради Тохи, вот пусть на него и палят.

— Дань, от души за содействие, — благодарит меня Платон. — Я твой должник.

— А-ха, — салютую. — Обращайтесь.

— А я обращусь, — не даёт спокойно мне пострадать Платоша, — есть идеи по выслуживанию прощения?

— Тох, да у Дани один метод, — ржёт Влад и получает тут же в бочину от моей бро. Так ему.

— Увы, мои методы не работают, — растроенно тяну. — Твои, зятёк, кстати, тоже.

— Это какие? — Смеётся Влад.

— Купил вчера букет ранункулюсов за полтос, а меня отвергли, — с прискорбием сообщаю.

— И кому ты купил букет? — Сразу активизируется сестра. — А где деньги взял? А что с работой?

Бляяяяяя. Надо переводить тему.

— Тох, сыграй ей на рояле, — предлагаю и даже пропеваю. Зря что ли меня папа на хор водил. — Beggin, beggin you-u-u-u-u!

— Эй! Да вы заебали пиздить мои идеи, — возмущается зять.

— Господи, ты запатентовал что ли свои подкаты к бро? Пиздец ты нарц, Влад! — Ржу.

— Ты вообще у меня предложение спиздил, — вклинивается Авер.

— А ты спиздил у Фары, — заступаюсь. — Вот появится у него девочка, и не сможет ей у себя на концерте сделать предложение. Уже было!

— Пойдём, Платончик, — встаёт Ника. — Я сейчас договорюсь, тебя впустят к ним на пару. Там сымпровизируешь, и всё получится.

Ржу, когда эти придурки-буржуи встают в круг и, как перед матчем по американскому футболу, подбадривают Платона. Бесплатный цирк. И я в этом цирке принимаю участие…

— Платоша, отплатошь её! — Желаю удачи и встаю с дивана.

— Кому ты дарил цветы? — Наседает на меня сестра, как только Авербахи с Платоном уходят. — Имя, Даня!

— Ань, отстань!

— Дочке ректорши? — Упирает руки в бока. — Даня, клянусь, я тебя чувствую! Ты ей подарил! Влад! Он влюбился в падчерицу Дороха!

— Че, реально, брателла? — Спрашивает Влад.

Я опускаю глаза в пол. Пиздец какой-то. Чувствую себя провинившимся котёнком.

— Я же говорила! — Хватается артистично Аня за голову. — Всё пропало!

Как же бесит это её вечное накручивание.

— Ну влюбился, и хорошо. Нос целее будет, сифилис не подхватит, — ржет Влад. — Зай, чего ты кипишуешь?

— Так, я интересуюсь просто для протокола. Не то чтобы меня интересует ваше мнение, но всё же. Если чисто гипотетически влюбился, то? — Смотрю на Влада и жду вердикт.

— То совет да любовь.

— Влад! Нет! Только не это. Ты что, вообще не понимаешь всю катастрофу? — Не унимается сестра.

— Всё, зай, завязывай мне шурина терроризировать. Пойдём, — Влад берет возмущающуюся сестру за руку и уводит. — Дань, всё ок! Вперёд и с песней!

Ага! С песней запасного лузера.

— Я сегодня еду к родителям, — никак не может угомониться бро. — Мы ещё поговорим!

Вот же заноза в заднице…

Ухожу в кафе и набираю Фаре. Благодарю за вчерашнее и аккуратно зондирую почву на момент выступления. Чёткого ответа мне не даёт, и это хорошо. По крайней мере сразу не отказал. И обещал кинуть контакты диджея.

Пересекаюсь с Петрушей и Филлом, мы обговариваем всё ещё раз, и я загораюсь новой идеей. Мне всё нравится, я парням буду полезен и денег подниму. Знакомые кореша из МГИМО на подобной теме дохрена заработали и в итоге устраивают студенческие вечеринки всем топовым вузам. Пора чуваков потеснить. У них и близко не было таких хедлайнеров, как Фара, а значит, мы раскачаем народ намного мощнее.

К концу учебного дня созваниваюсь с сестрой и плетусь на парковку. Напрягает быть пассажиром и зависимым.

Выцепляю на парковке тачку Влада и сажусь на заднее.

— Вон твоя зазноба стоит, Дань. Что, подхватываем? — Угорает Влад и кивает в сторону Даны.

Заебали. Теперь будут каждый день мне напоминать.

— Тааааак, — Аня прилипает к лобовому и палит.

Влад глушит двигатель, и мы наблюдаем, как к ней какой-то скуфяра подходит и вручает пакет с конвертом.

— Что за тип? — Спрашивает Влад. — Водитель чей-то? Костюм базовый.

Ничего не отвечаю и внимательно за ней слежу. Какая-то она нервная. Ну ещё бы, я тоже кипишую, когда на пару фронтов отрабатываю. Бля, всё. Не хочу.

Достаю телефон и врубаю шортсики. В пизду всё!

— Он сел в «Ролс-Ройс», — комментирует всё Аня, как репортёр. — Коть, давай пробьём чей?

— Да мне и пробивать не надо. Это Дороха «Ролс». У него всегда номера 001. И буквы фсошные, — отвечает Влад.

— Дань, — заставляет сестра взглянуть на неё. — А что, если с Дорохом не Луиза мутит, а Дана? А мама просто для приличия и прикрытия.

— Ань, ты ебанулась? — Завожусь тут же. Меня нереально бесит эта её неприязнь к Дане. А сам вспоминаю вчерашний ужин и понимаю наконец, зачем мне триста штук чаевых отвалили. За молчание. Вот же я долбоёб…

— Так, всё, завязывайте, — строго говорит Влад. — Даня, с Аней базар свой фильтруй. А ты, зай, не нагнетай. У Игоря есть сын Олег. Ему сейчас года двадцать три. Может, у них там двойной союз. Да и вообще это просто пакет. Такие вы конспирологи, конечно.

Влад выезжает с парковки, бросаю провожающий взгляд на Дану, и в голове начинают складываться пиздец какие нехорошие пазлы. А если он её насилует и она себе режет? Бля…