Там, где цветёт багульник

Глава 23

Следующий день выдался довольно спокойным. Семён вместе с Гаврилой отправился в деревню на знакомство со старостой. Швея успела распороть оба платья и, сняв мерки, спросила, есть ли у меня какие-то особые пожелания к будущему наряду.

Я ответила, что полностью полагаюсь на неё, потому что платье мне понадобиться уже завтра после обеда. Кажется, мой ответ её удивил, видимо прежние заказчицы были более требовательны. Вот только я сама не очень разбираюсь в местной моде, дамские платья мне кажутся красивыми, но очень громоздкими и неудобными, хотя я уже стала к ним привыкать.

После завтрака позвала Машу гулять. Она всё ещё кашляла, но погода стояла почти по-летнему жаркой, да и солнышко будет ей только на пользу.

Малышке всё было интересно: и новый дом, и деловито копошащиеся во дворе куры, и целые поляны цветущих одуванчиков. Она с удовольствием бегала за яркими бабочками, но была ещё слишком слаба после болезни, поэтому вскоре вернулась ко мне. Забравшись на лавочку, села рядышком, сложила ладошки на коленях, и серьёзно заявила:

- Мне тут нравиться, будем жить!

- Будем! - улыбнулась я соглашаясь.

Непослушные рыжие волосы выбились из косы, обрамляя её разрумянившееся личико. Малышка была похожа на маленького ангелочка. Моё сердце сжалось от нежности. Как хорошо, что у меня теперь есть сестра!

А после обеда к нам приехал доктор, посмотрел Машеньку, обрадовал, что всё идёт хорошо, велел дальше пить травы и тёплое молоко с мёдом.

Я попросила Акулину подать нам чай на террасу, пригласив Тимофея Ивановича составить мне компанию. Он тут же согласился. Мы разговорились. Было видно, что ему не терпится узнать, как прошла наша сделка с Игнатовым. Я заверила, что всё хорошо и посетовала, что до сих пор не знаю границ своих новых владений, на что доктор посоветовал мне обратиться к председателю уездной земской управы.

- К тому же вам следует поставить в известность, что у усадьбы сменился хозяин, - советовал Тимофей Иванович и даже вызвался сопровождать.

Я была рада помощи, но меня начал беспокоить его чрезмерный интерес к моей персоне. Вдруг он решить, что я даю повод надеяться на большее? Хотя, может я просто себя накручиваю, вон Игнатов подтрунивал над доктором, называя закоренелым холостяком.

В силу своего опыта я не особо верила в дружбу мужчины и женщины хотя и такое случается, но очень редко. Быть обязанной тоже не хотелось, но у меня пока нет выбора, и я согласилась. Завтра у меня посиделки с местными дамами, а вот послезавтра я совершенно свободна.

Доктор обрадовался и вскоре отбыл, сославшись на дела в больнице. Проводив его, я вернулась на террасу, села в кресло, задумчиво постукивая пальцами по столешнице.

- Анна Афанасьевна! Вот вы где!

Я вздрогнула, повернув голову, рядом стоял Семён.

- Был я в Липках, - продолжил он, - познакомился с местным старостой. Тот ещё жук вертлявый. Я с ним на счёт податей поговорил, он божиться, что две недели назад всё молодому хозяину отправил. И как теперь проверить?

- Василий Климов уже два месяца как тут не хозяин. Пригрози судом да разбирательствами и посмотри, как староста себя поведёт. Если не сознается, значит, действительно деньги достались Климову и мы их уже не вернём.

Я вздохнула и посмотрела на запылившиеся сапоги Семёна. Он ведь ходил в деревню пешком.

- Ты обедал? Садись, я тебе чаю налью, правда, почти остыл. Садись, садись, в ногах правды нет. Привыкай к новому статусу. И ещё, послезавтра я собираюсь в земскую управу, хочу посмотреть границы наших земель. Поедешь со мной. Приоденься. У нас тут теперь белошвейка живёт, посмотри с ней вещи прежних хозяев, может, тебе что подойдёт.

Я налила Семёну чая, пододвинув ближе блюдо с остатками шанежек. Ещё некоторое время мы обсуждали дела. Рассказала ему о том, что вычитала в доходных книгах, рассчитывая, что это пойдёт нам на пользу.

Семён тоже поделился сведениями, добытыми от Герасима и жителей деревни. Раньше в усадьбе было своё большое хозяйство: лошади, коровы, козы, куры, утки. Помимо огорода, Климовы сажали целое поле картофеля и капусты, часть овощей потом продавалось на рынке. Но в этом году поле осталось нетронутым. Приказа от хозяина не поступало, а семенной материал был весь распродан.

За всем этим хозяйством присматривали жители Липок, заменяя подати барщиной. С деньгами в деревне было туго.

Вот это меня заинтересовало. Интересно, можно чем-то засеять поле или уже слишком поздно?

Стоило мне вернуться в дом, как Павлина позвала меня на очередную примерку. Мне кажется, она меня специально караулила. Новое платье было уже смётано, часть лифа и рукава остались прежними, швея только подогнала их под мой размер. Получалось довольно неплохо.

Освободившись, я поднялась в кабинет и взяла из книжного шкафа томик с советами по земледелию. Может, тут я найду сведения о сроках посадки картофеля? В огородничестве я, увы, была не сильна. Для меня овощи и фрукты ассоциировались исключительно с ящиками, в которых их привозили в нашу гостиницу, на этом мои познания благополучно заканчивались.

Полистав справочник, поняла, что знаний у меня отнюдь не прибавилось, и отправилась на кухню к Акулине, озадачив её вопросом:

- Можно что-то сажать на поле или уже поздно?

Стряпуха задумалась.

- Так, поле непаханое стоит, на это дня два уйдёт. А сажать, так это до самой Троицы можно. Ну, энто в Липках поспрашать нужно, мож у кого рассада лишняя осталась. У меня самой с дюжину кустов капусты на подсадку в тенёчке прикопано. Вот, только жарко уже, без полива не приживётся.

Я позвала Семёна, озадачив его этим вопросом. Акулина тут же перекинулась на него, сообщив, что капусники находятся недалеко от речки, можно на полив грядок ребятишек с вёдрами поставить.

Что до картошки, если припадут дожди, так вырастет, а уж если год засушливый выдастся, то урожая не видать.

- Разве что…

Акулина предложила лить воду в каждую картофельную ямку, и только потом закапывать высаженные клубни. Для это можно использовать водовозку: телегу с большими деревянными бочками, и такая в деревне есть.

Стряпуха сама вызвалась сходить в деревню и выяснить, у кого осталась рассада и другой посевной материал.

- Мож, ещё не всё скотине скормили!

Порадовавшись, что дело завертелось, я отправилась в детскую. Машенька немного покашливала, но в остальном чувствовала себя хорошо и я решила, что пора начинать учить её писать и читать. Заодно и сама освою перо и чернильницу.

Малышка приняла это как новую увлекательную игру, ей было всё интересно, особенно учить буквы, ведь ими были написаны её любимые сказки.

Теперь, когда Маше не требовалось постоянного внимания, Зоя занималась уборкой дома. Всё бы хорошо, но её вздорный характер никуда не делся и она уже успела переругаться с Акулиной. Служанки никак не могли поделить сферы своего влияния, пришлось вмешиваться.

За Зоей я закрепила уборку и стирку, за Акулиной – готовку и огород. Потап Иванович присматривал за Машей на прогулках и потихоньку ковырялся в саду. Мужчин я не трогала, рассудив, что Семён с этим справиться лучше меня.

А ещё я выдала всем по рублю жалования. Судя по всему, денег они давно не видели и радовались даже такой мелочи.

Вечером затопили баньку. Гаврила запарил в большой деревянной лохани веники: берёзовые и дубовые. Из золы Акулина приготовила щёлок, который заменял мыло и шампунь. В ковше она заварила цветки ромашки, чтобы ополаскивать волосы.

Первой мыться отправилась я, со мной пошла Акулина, чуть позже Зоя привела Машу. Девочка первый раз была в бане, да и мне всё это было в диковинку. Меня уложили на накрытую простынёй лавку и принялись хлестать веником, который отлично заменял и мыло, и мочалку. А вот с длинными волосами пришлось повозиться. Нужно было следить, чтобы щёлок не попал в глаза, а потом всё хорошенько выполоскать.

Напарилась так, что даже было лень шевелиться. Потом мы с Машей пили чай прямо в гостиной, возле растопленного камина и сушили волосы. Малышка очень быстро уснула и, взяв на руки, Зоя отнесла её в кровать.

Меня и саму вскоре потянуло на сон, я не стала противиться, и пошла отдыхать. Удивительно, но после бани и перина казалась мягче и сон крепче.

А утром я проснулась с чувством, что помолодела на пять лет, хотя, куда уж больше. Расчёсывая волосы, заметила, какими они стали мягкими и блестящими.

К обеду было готово моё новое платье. Сегодня мне предстоит первый выход в свет. Зоя помогла мне одеться и занялась причёской. Семён, тем временем, раздобыл коляску. Не знаю, как это он сделал, но экипаж ждал меня у крыльца.

Зоя тоже принарядилась, она едет со мной, как того требовал этикет. В зал с гостями её никто не пустит, но правила нужно соблюдать, хотя, я как глава рода могла себе позволить немного больше вольностей, чем простая дворянка.

Мы прибыли в центр города на улицу Дворянскую, коляска остановилась возле большого одноэтажного дома с мезонином и высокими белыми колоннами. Здесь проживала семья купца Боброва, именно его супруга организовала дамский салон, собирая у себя весь цвет общества. И от того, как меня тут примут, во многом зависит моя будущая жизнь.

Именно поэтому я решила впервые воспользоваться своим титулом. Сбросив на руки Зое свой плащ, я обратилась к дворецкому:

- Голубчик, доложи, что прибыла графиня Анна Афанасьевна Никитина!

Тот согнулся в глубоком поклоне, а после направился к дверям, я пошла следом.

Как и думала, мой титул произвёл настоящий фурор, ведь в городе проживали в основном помещики и мелкие дворяне. Пелагея Федоровна, хозяйка дома, встретила меня с доброй приветливой улыбкой. От доктора я знала, что помимо дамского салона Боброва была попечительницей и благотворительницей Кузнецкой женской гимназии. Её супруг на личные средства построил Никольскую церковь и постоянно занимался меценатством.

Доход им приносил стоящий напротив дома магазин, торгующий мануфактурой: от простого ситца, до дорогих тканей. Помимо всего, купец Бобров состоял в Кузнецком обществе взаимного кредита, знакомство с этой семьёй много для меня значило, если станет совсем туго, можно обратиться к ним за помощью. Но пока попробую обойтись своими силами.

Узнав, что я круглая сирота, Пелагея Фёдоровна тут же принялась опекать меня, отгоняя слишком назойливых дамочек, которых интересовали столичные новости и в первую очередь - мода.

Помимо дам, в салоне присутствовали и мужчины, правда, было их немного: сам хозяин и ещё два молодых человека: один сын местного фабриканта, второй учитель музыки в дамской гимназии. После чаепития он сел за рояль, а барышни по очереди принялись исполнять романсы.

Я чудесно провела время, завела новые знакомства и получила ещё несколько приглашений. Узнав о Маше, Пелагея Федоровна захотела познакомить её со своими внуками, чему я очень порадовалась, малышке очень не хватало общения со своими сверстниками.

Хозяйка лично вышла проводить меня, договорившись, что я навещу её в воскресенье, после службы в церкви, тут же поинтересовавшись, выбрала ли я для себя храм, куда буду ходить. Я тут же назвала Никольскую церковь, чему Пелагея Федоровна очень обрадовалась. А я сделала себе пометку, что посещение церковных служб является важной частью светской жизни города.