Там, где цветёт багульник

Глава 27

Это был он, Алексей Перовский, главный кредитор папеньки. Я видела его только раз, но отчего-то это лицо крепко засело в памяти. А ведь тогда я знать не знала, кто он такой.

Значит, дошла до него моя записка.

Но, как же не вовремя!

Если он сейчас потребует отдать долг, я даже не знаю, что буду делать. Аванса, полученного за аренду лесопилки, не хватит погасить даже третью часть нужной суммы. Одна надежда на отсрочку.

А если он не захочет ждать, даже не знаю что мне делать, остаётся одна дорога - в долговую тюрьму.

Я ведь даже продать ничего не могу, пока Маше не исполниться восемнадцать лет. Из-за завещания отца я попала в ловушку. Наверное, так он хотел обезопасить свою младшую дочь, но мне-то от этого не легче!

Дошло до того, Зоя в открытую намекала, что мне пора подыскать себе жениха, а если не получиться – богатого покровителя. Пойти в содержанки. И сегодня мне это уже не кажется таким уж абсурдом. Ради Маши я готова на многое.

Судорожно сжав края шали, я следила за каждым движением приближающегося ко мне мужчины.

- Доброго дня, Анна Афанасьевна, - он приветливо улыбнулся, - я тут намедни в газете вычитал, что вы сдаёте комнаты внаём, - он протянул мне сложенный в трубочку печатный листок.

Я мельком глянула на своё объявление и кивнула:

- Да, комнаты сдаются. За дополнительную плату обеды и завтраки.

Это вырвалось у меня само собой, сработала многолетняя привычка.

- Могу я взглянуть на комнату?

- Да, конечно, - кивнула я, а у самой в голове билась одна мысль: неужели он меня не узнал?

Забрав из коляски небольшой саквояж, Перовский вместе со мной поднялся на второй этаж.

- Сейчас обе комнаты свободны, вы можете выбрать любую.

Я открыла двери, он заглянул в каждую из комнат, потом подошёл к окну.

- Отсюда открывается отличный вид!

Он прав, окна этой комнаты смотрят на реку и город.

- Пожалуй, я выберу эту. С обедами и завтраками, - он снова улыбнулся.

- Вы даже не спросили, сколько это стоит.

- Меня устроит любая цена. Я задержусь в Кузнецке примерно на месяц.

Он поставил саквояж возле кровати, как бы обозначая свой выбор.

- Я не стану брать с вас денег, - качнула я головой.

- Отчего же? – удивился Перовский.

- Алексей Борисович, вы, наверное, меня не узнали, я Анна Никитина, дочь графа Афанасия Никитина. Папенька задолжал вам немалую сумму.

- Очень даже узнал, - он снова улыбнулся, неуловимо, лишь уголками губ, - вы произвели на меня неизгладимое впечатление в том игорном доме.

- Мне очень неловко за тот случай. Полина… она несколько не рассчитала свои силы…

- Вы хотите сказать, что ваша мачеха напилась и собиралась отправиться с гусарами в номера? – внезапно жёстко произнёс он. – Она приехала с вами?

- Нет, - я качнула головой. – Полина сбежала, оставила Машеньку и укатила с гусаром в Париж.

Наверное, со стороны кажется, словно я жалуюсь. Но раз он всё понимает, то мне нет смысла её выгораживать.

Он хмыкнул и снова выглянул в окно.

- Вижу, малышка немного подросла.

Я шагнула к окну, во дворе Зоя гуляла с Машей. От былой болезни не осталось и следа, теперь девочка много времени проводила на улице, и это явно шло ей на пользу.

Какое-то время мы оба наблюдали, как Машенька бегает по двору, собирая букет из одуванчиков. Потом, сделав над собой усилие, я отвела взгляд.

- Алексей Борисович и всё же я хотела поговорить с вами о долгах отца. Не могли бы вы дать мне отсрочку.

- Хорошо, как пожелаете!

И всё? Вот так просто?

- Но за комнату я всё же буду платить. Назначьте цену. А я пока велю извозчику привезти из города мои вещи. И ещё, - добавил он, когда мы уже подошли к лестнице, - я бы выпил чаю на вашей замечательной террасе.

Я отправилась на кухню, сказать Акулине, чтобы накрывала стол на террасе, всё ещё не до конца веря, что мне удалось получить отсрочку. Судя по всему, в деньгах Алексей Борисович не нуждается. Даже цену за комнату не спросил. В благодарность постараюсь сделать его проживание тут как можно комфортнее.

Я подняла глаза к небу и прошептала:

- Кто бы там ни был, спасибо тебе!

И пообещала, в это воскресение обязательно сходить в церковь. К тому мне нужно увидеться с Пелагеей Федоровной. Боброва знает всех дельцов Кузнецка, она и её супруг могут посоветовать, как выгодно сбыть сосновые брёвна. Может, у кого стройка намечается.

Я помогала Акулине накрывать стол на террасе. Там меня и нашёл Перовский. Он сказал, что кучер уже уехал, а потом попросил составить ему компанию.

- Выпейте со мной чаю, Анна Афанасьевна.

У меня было отличное настроение, и я согласилась.

Алексей Борисович тут же начал расспрашивать, как прошёл наш переезд. Как мы устроились. Не случалось ли каких проблем.

- Если не считать болезнь Машеньки, всё прошло очень даже хорошо. Люди в Кузнецке замечательные, отзывчивые. Нам очень повезло жить здесь.

- Впервые вижу барышню, которая радуется переезду из столицы в провинцию, - удивился Алексей Борисович.

- Ну как же, тут простор, свежий воздух, для ребёнка это очень полезно.

- Да, простора тут хватает, - согласился он.

С появлением в доме Перовского наш уклад жизни несколько изменился. Теперь завтрак подавали к строго определённому времени, затем Алексей Борисович отправлялся в город. Не знаю, чем он там занимался, но иногда приезжал в изрядно покрытой дорожной пылью одежде со своим извечным саквояжем в руках.

Возвращался он чаще всего к ужину, изредка – к обеду и сразу садился за бумаги. Я не раз видела, как он запечатывает пухлые конверты. Интересно, кому он пишет, ещё и каждый день?

Но не смотря на плотный график, Алексей Борисович находил время пообщаться со мной. Обычно это начиналось так:

- Анна Афанасьевна, а не выпить ли нам чаю на вашей замечательной террасе.

Мы много беседовали, дискутировали иногда даже спорили. Если накрапывал дождь, наши посиделки переносились в гостиную, ближе к камину. Иногда к нам присоединялась Машенька. И хотя тут не принято, чтобы дети мешали взрослым, я обычно сажала её к себе на колени, а Алексей Борисович разговаривал с ней как со взрослой. Он на полном серьёзе обсуждал с Машей персонажей сказок и даже пообещал привезти из города новую книгу.

Больше всех появлению мужчины в доме, пусть он даже временный жилец, радовалась Зоя. Кажется, она так до конца и не смирилась с тем, что я стала её хозяйкой. Зато гостю во всём потакала.

Заметив, что я каждый день хожу в конюшню, Алексей Борисович напросился со мной.

- Очень люблю лошадей, возможно, когда-нибудь, даже заведу свой конезавод, - говорил он.

Узнав, что наши лошади особой сагайской породы, Перовский пришёл в полный восторг. Он быстро нашёл общий язык с Каримом. На следующий день они уже вместе чистили лошадей щётками.

- Как жаль, что мы не можем с вами отправиться на конную прогулку! – сокрушался Алексей. – Возможно, вы сможете мне посоветовать, где можно взять лошадь внаём?

- Алексей Борисович, вы же знаете, что я сама живу тут не много дольше вашего, и не успела ещё обзавестись крепкими знакомствами.

А на следующий день в конюшне появилась гнедая кобылка. Буян сразу же проявил к новенькой интерес, а вот Гроза только презрительно фыркнула и ушла пастись в дальний угол загона.

- Теперь вы непременно должны составить мне компанию! – заявил Алексей Борисович.

Карим помог мне оседлать Буяна, Акулина приготовила корзину для пикника. Выехали мы, когда солнце уже стояло в зените, первые летние дни выдались особенно жаркими.

- Алексей Борисович, прошу вас, не гоните, я не так давно села в седло.

- Анна Афанасьевна, голубушка, простите великодушно, увлёкся!

Вырвавшийся вперёд Перовский вернулся ко мне и теперь ехал рядом. После недавних дождей трава заметно подросла. Всюду пестрели бутоны полевых цветов, их аромат смешивался с запахом дорожной пыли и солнца. Громко стрекотали кузнечики.

Мы ехали посреди цветущего луга, не разбирая дороги. Хотя, мне временами казалось, что Алексей специально забирает правее. Когда я было уже хотела предложить возвращаться назад, он указал на ближайший холм.

- Оттуда, наверное, всю округу видно!

Буян послушно следовал за кобылкой Алексея, взбираясь вверх по холму. Отсюда действительно открывался чудесный вид.

- Давайте, остановимся здесь, - предложила я.

С непривычки долгая езда давалась мне с трудом. К тому же сидеть верхом на коне в платье с длинной юбкой было очень неудобно.

Перовский вроде даже обрадовался моему предложению, привязал поводья своей лошадки к кусту и помог мне спуститься. Встав на ноги, я покачнулась.

- Ох! Это оказалось сложнее, чем я думала, - мне даже пришлось ухватиться за Алексея.

- Это моя вина, я не подумал, что прогулка может доставить вам неудобства.

- Полноте, Алексей Борисович, ваша вина лишь в том, что рядом с вами время пролетает незаметно.

- Анна Афанасьевна, голубушка, вы явно мне льстите, но ваши слова очень приятны! Признаюсь, в вашем обществе я и вовсе теряю счёт времени!

- А теперь, Алексей Борисович, когда мы обменялись любезностями, давайте перейдем к делу. Акулина собрала нам с собой перекусить, признаться, я нагуляла волчий аппетит.

Большой плетеный короб с едой был приторочен к боку лошади Перовского. С другой стороны висело скрученное валиком шерстяное одеяло. Мы постелили одеяло на землю, а сверху я принялась выкладывать хлеб и холодные закуски. Гаврила теперь регулярно ходил на охоту, и на столе у нас часто бывала дичь.

Сделав бутерброд, я предложила его Алексею. Тот аккуратно взял его, слегка касаясь пальцами моей руки, хотя в этом не было особой необходимости.

Я тут же смутилась, хоть никогда не отличалась особой скромностью.

Алексей и раньше оказывал мне знаки внимания. Но я отдавала себе отчёт, что вероятнее всего он решил приударить за мной от скуки, всё же ему, столичному жителю, предстоит целый месяц жить в глухой провинции.

Чтобы занять руки, я принялась нарезать ещё один бутерброд.

- Анна Афанасьевна, отдохните. Давайте, я сам, - он отобрал у меня нож, отложив его в сторону. – Смотрите, как тут красиво, просторы какие! Лугам конца-края нет!

Разговор зашёл о земле. Алексей расспрашивал меня, насколько велики мои угодья, как я собираюсь их использовать, не хочу ли продать.

- Может, вам делали выгодное предложение?

- Да какое там выгодное! Вот лесопилку в аренду сдала и то хлеб! А отчего вы интересуетесь? Может, производство, какое открыть желаете?

- Да какое производство, просто к слову пришлось. Земля-то пустует.

- Да она по большей части ни к чему не пригодна. Разве что скотину пасти. Ещё местные говорят, земляничники тут отменные.

Постепенно разговор перешел на другие темы, а там настала пора возвращаться. К своему стыду я не смогла сама забраться в седло, Алексею пришлось меня подсаживать. Обратный путь дался мне ещё сложнее, чувствую, будет завтра у меня походка пьяного матроса.