Авария, чуть прикусив нижнюю губу, сосредоточенно всматривалась в экран, перелистывая одну страницу за другой, где мелькали пушистые варежки, мягкие шерстяные носки, аккуратно связанные шарфы — тёплые, уютные вещи, от одного вида которых становилось как будто спокойнее и теплее.
Она задерживала взгляд на особенно удачных вариантах, иногда едва заметно улыбаясь, будто уже представляла, кому именно это подойдёт, кому будет приятно, кто искренне обрадуется.
Демид, заметив её увлечённость, подошёл ближе, наклонился к монитору, почти касаясь плечом её плеча, и негромко спросил:
— Что ты там так внимательно изучаешь?
Авария, не сразу отрывая взгляда от экрана, ответила:
— Подарки выбираю.
— Подарки? — он чуть приподнял бровь.
Она кивнула, наконец повернув к нему голову:
— Для сотрудников. Варежки, носки… что-то тёплое, уютное… — она мягко пожала плечами. — Они хорошие люди, правда… и маленький презент всегда поднимает настроение.
Демид на секунду задумался, а затем спокойно заметил:
— Я обычно просто выписываю всем премию.
Авария усмехнулась, покачав головой:
— Это ты… — она чуть прищурилась, — ты работодатель.
Она на мгновение задумалась, будто подбирая правильное слово, а затем вдруг рассмеялась, легко, искренне:
— А я… — она пожала плечами, — я просто лапочка.
Демид не сдержал улыбки, глядя на неё, и, чуть качнув головой, тихо произнёс:
— С этим сложно спорить.
Он на секунду помолчал, а затем, будто между делом, спросил:
— А ты сама что хочешь на Новый год?
Авария даже не задумалась.
— Домик для Коржика, — сразу ответила она, оживляясь. — Я такой классный присмотрела… мягкий, с бортиками… ему точно понравится.
Демид закатил глаза, не скрывая лёгкого недовольства, затем, не давая ей снова уткнуться в экран, повернул кресло так, чтобы она оказалась лицом к нему, и, чуть склонившись, глядя прямо в её глаза, более тихим, почти вкрадчивым тоном уточнил:
— А ты? Чего хочешь ты?
Авария на секунду замерла, будто вопрос застал её врасплох, а затем совершенно спокойно, даже легко, ответила:
— Ничего… у меня всё есть.
И в её голосе не было ни кокетства, ни попытки казаться лучше — только искренность, от которой у Демида внутри что-то болезненно сжалось.
Он тяжело вздохнул, откинувшись назад:
— Вот что мне с тобой делать… — пробормотал он. — Я могу купить тебе всё… абсолютно всё… а ты отказываешься.
Авария чуть наклонила голову, внимательно глядя на него, и тихо сказала:
— Ты же знаешь… я с тобой не из-за денег.
Он кивнул, медленно, будто соглашаясь не только с её словами, но и с тем, что давно уже чувствовал сам.
— Знаю… — ответил он. — Просто… я привык выражать свои чувства в денежном эквиваленте.
На мгновение повисла тишина. А потом Авария вдруг улыбнулась — мягко, чуть лукаво, словно ей только что пришла в голову мысль, которая её по-настоящему обрадовала.
— Тогда подари мне подарок, сделанный своими руками, — сказала она.
Демид чуть нахмурился, явно не ожидая такого поворота.
— Пусть это будет что-то совсем незначительное… — добавила она тише, — но для меня это будет бесценно.
Он посмотрел на неё внимательно, долго, словно пытаясь понять, как именно работает эта её логика, в которой простые вещи вдруг становились важнее всего остального.
— Хорошо, — наконец легко согласился он.
И тут же, не меняя интонации, но чуть прищурившись, добавил:
— Но тогда ты примешь и другой мой подарок.
Авария не стала спорить. Она просто наклонилась вперёд, мягко коснулась его губ коротким, тёплым поцелуем и, отстранившись, с лёгкой улыбкой кивнула:
— Договорились.
Демид, чуть помедлив, будто неохотно возвращаясь мыслями к реальности, в которой, помимо этого тёплого вечера, существовали ещё и бесконечные дела, негромко сказал:
— Завтра у меня будет напряжённый день… — он провёл ладонью по затылку. — Вернусь поздно, нужно в офисе решить несколько вопросов.
Авария кивнула, принимая это без лишних расспросов, и спокойно ответила:
— Я, кстати, тоже завтра поеду в офис.
Он сразу посмотрел на неё внимательнее, в его взгляде мелькнуло лёгкое удивление:
— Зачем?
— Мактавиш сказал, что у нас появился какой-то VIP-клиент, — пояснила она, чуть пожав плечами. — Нужно лично с ним переговорить, прежде чем браться за перевод… говорит, случай нестандартный.
Демид на секунду задумался, словно прокручивая в голове возможные варианты, а затем коротко кивнул:
— Хорошо… — и тут же добавил, уже более уверенно: — Водитель тебя отвезёт.
Авария чуть смутилась, её пальцы невольно сжались на краю стола, и она тихо, почти осторожно уточнила:
— Может… я сама доберусь?
Он посмотрел на неё, и в его взгляде мелькнула та самая хитрая искорка, которую она уже научилась узнавать.
— Нет, — с лёгкой улыбкой ответил он, даже не пытаясь это обсуждать.
Она закатила глаза, но в этом жесте было больше привычной мягкости, чем настоящего раздражения:
— Ты порой невыносим.
Демид чуть склонил голову набок, словно обдумывая её слова, а затем вдруг, без всякого предупреждения, резко подался вперёд.
В следующую секунду Авария уже оказалась у него на плече.
— Демид! — возмущённо выдохнула она, инстинктивно вцепившись в его спину.
Он даже не замедлил шага, направляясь в сторону спальни, и только усмехнулся:
— Все дела доделаем завтра… — его голос стал ниже, тише, с едва уловимой хрипотцой, — а сегодня…
Дверь спальни мягко закрылась за ними. Коржик, наблюдавший за этой сценой со своего места, лениво приподнял голову, проводил их внимательным взглядом, тихо мурлыкнул, будто полностью одобряя происходящее, и, свернувшись клубком на своём пледе, довольно зажмурился, погружаясь в сон.