Истинная декана. Дочь врага. Академия Лоренхейта

Глава 18

Дыхание перехватывает, и я боюсь повернуться. Надо, чтобы хотя бы не стоять спиной к куратору, но не могу. По телу пробегают колючие мурашки, когда я ощущаю дыхание Ругро на своей шее.

— Я… — сбиваюсь, пытаясь сосредоточиться. — Я всего лишь хотела найти Криса, потому что у меня закончилась бумага.

— И именно поэтому вы так долго стояли и читали мои бумаги? — говорит он, а в голосе звучит едва заметный рык.

— Я не читала, я… — сглатываю и все же оборачиваюсь, оказываясь практически лицом к лицу со своим куратором.

Ни разу не видела его так близко. Между нашими носами не больше десяти сантиметров, и я особенно четко вижу шрам на щеке Ругро, а еще… серебристые, словно ртутные вкрапления в его глазах.

На виске куратора нервно бьется жилка, а мышцы на шее напрягаются. Мы оба замираем так, словно между нами натянута звенящая струна. Я нервно облизываю губы, во рту пересыхает от волнения.

Меня бросает в жар, а в груди вообще как будто вспыхивает пожар. Особенно когда Ругро ставит вторую ладонь на стол с другой стороны от меня, а я оказываюсь в ловушке. Струна между нами натягивается еще сильнее, а все, что вокруг — теряет всякие очертания.

Он нависает надо мной, как грозовая туча… И пахнет так же… Грозовой свежестью и опасностью.

Но когда взгляд Ругро вопреки всякой логике опускается на мои губы, я шумно вдыхаю и, кажется, рву эту струну. Она, скручиваясь, отзывается трепетным испугом в груди, а Ругро делает шаг назад.

— Закладка… — я, оказывается, так и не выпустила из рук. — Она упала, и я подошла, чтобы поднять.

Сердце отбивает бешеный ритм в ушах, в груди и заставляет пальцы подрагивать, когда я показываю злосчастную закладку Ругро.

— Я не закончила еще с отработкой… Но у меня кончилась бумага, а Криса не было…

Ругро на краткое мгновение закрывает глаза, а, открыв, возвращается к образу привычно-хмурого куратора.

— Считай, что отработка закончена. Завтра утром на полигон, а вечером будет занятие в тренировочном зале, — твердо произносит он. — Помни про опоздания.

Дракон обходит меня, садится за стол и делает вид, что меня нет. Только теперь мне удается нормально вдохнуть: похоже, я все это время старалась не дышать.

Ухожу быстрым шагом, едва сдерживаясь от того, чтобы перейти на бег. Только в голове такой ворох мыслей, что я не понимаю, от чего бегу: от отработки, от Ругро или… от тех неправильных ощущений, что испытывала рядом с куратором.

Ненормальная. Я точно ненормальная.

Девчонки провожают меня удивленными взглядами, когда я вихрем влетаю в комнату и проношусь в душ. Мне надо срочно переодеться. Мне кажется, что вся одежда пропиталась запахом Ругро. Или он просто так глубоко засел в моих легких?

— Они опять прислали приглашения? — слышу я голос Эллы.

— Они идиоты, — отвечает ей Эмма. — Они же понимают, что против наших фамильяров некого выставить?

Я прислушиваюсь. Это же про то же самое, о чем тогда болтали девчонки в коридоре и на лестнице. Что там с фамильярами?

— Ты не поняла? Они хотят стравить наших, — чуть тише произносит блондинка.

— Тогда втройне идиоты… Если наши фамильяры разойдутся, тут пол-академии снесет…

Когда я выхожу в комнату, в ней пахнет жженой бумагой, а на столе догорает черный комок. Значит, не прочитаю, а жаль.

— Легче стало?

Я даже вздрагиваю, когда меня из раздумий выводит голос Эммы.

— В смысле?

— Да ты тут такой ураган устроила, что чуть нас не посносило, — шутит она. — Что случилось? Опять кто-то доставал?

— Ты скажи, мы же за словом в карман не полезем, — добавляет Элла.

Я растерянно на них смотрю и не знаю, что ответить. Не жаловаться же на то, что Ругро стоял слишком близко ко мне? И тем более на то, что мне это… понравилось? Бред. Мне просто надо раньше лечь спать и плевать на книжки. Разум важнее.

— Устала просто, — объясняю я. — Все тело болит. Сил нет. Ничего не успеваю, а завтра снова все по кругу…

Девчонки с сочувствием смотрят на меня.

— Так ты эликсир-то пила? — Элла кивает на пузырек.

Теперь я точно уверена, что его оставил Ругро. Тот самый почерк, его не спутаешь. Но эликсир ли внутри? Может… куратор решил так от меня избавиться? Или испытать? Ну не мог же он позаботиться? Хотя перенес же в кровать…

Я запуталась.

— Да, мне Курт сегодня давала, — киваю я в ответ.

Мы перебрасываемся еще парой фраз ни о чем, и я почти замертво падаю на кровать.

То ли благодаря эликсиру, то ли из-за того, что Ругро решает не сильно меня мучить, утренняя тренировка проходит быстро и без издевательств надо мной. Хотя чего это я… Он же наверняка оставил самое интересное на вечер, когда у нас будет занятие в зале.

В результате я и на завтрак успеваю, и на лекции, и даже не сильно собираю презрительные взгляды. Как будто после того, как я дала отпор подружке своей кузины в столовой, все решили поумерить свой пыл.

Ощущение, будто среди серых будней появился ясный погожий денек, и мне даже дышится легче.

Со второй лекции с обзором иностранных языков ближайших соседей, нас вообще отпускают раньше. Однокурсники быстрым потоком уносятся на улицу, где весеннее солнце играет в искрящихся брызгах фонтана, а я решаю сходить к преподавателю Флоффу.

С самого утра думаю, что же ему ответить насчет его предложения. С одной стороны, мне льстит и дает возможность общаться с фамильярами почаще. С другой — у меня и так со временем беда, куда мне еще и работа?

Поэтому освободившееся время решаю потратить на то, чтобы уточнить, что же и в каком объеме будет требоваться от меня, поэтому иду в вольер. Но на месте Флоффа не застаю. На всякий случай заглядываю в несколько загонов, вдруг, он там?

Когда я задерживаюсь ненадолго около старого знакомого льва, который даже подходит поластиться, слышу приближающиеся голоса.

— Не переживай, — этот противно-визгливый даже вполсилы голос я узнаю где угодно: Риделия. — Сама знаешь, что на занятиях иногда случается всякое. И на тренировках. Вы с подружкой отрабатывали плетение, произошел несчастный случай… Ну что ты так нервничаешь?

Я замерла, стараясь прислушаться и не двигаться с места, чтобы не заметили.

— Тебе легко говорить. Ты… — отвечает ей другая девчонка.

— Я? А что я? Ничего, поняла? — Риделия чуть ли не зашипела. — Вот и все. Мой Клаус тоже попадал в неприятности. Флофф помогал нам. И тебе поможет.

В ответ слышится всхлип. Шаги и голоса приближаются, и я решаю выйти, чтобы еще не подумали, что я подслушиваю.

— Что ты здесь делаешь? — пронзает меня взглядом и оглушает чуть ли не визгом кузина.

Но меня тревожит не это: на руках у девчонки, что пришла с ней, с глубокой раной лежит белка. Демоны! Как можно было «случайно» сотворить такое с фамильяром⁈

— Что здесь… — как раз в этот момент в вольер входит Флофф.

Он окидывает всех нас внимательным взглядом. Смотрит на белку и хмурится:

— Срочно несите фамильяра в лечебницу.

Он указывает на деревянную массивную дверь справа, там, где находится преподавательское место. Девчонка кивает и почти бегом отправляется туда. Флофф собирается пойти следом, но останавливается:

— Вы идете со мной.

Риделия поджимает губы, скрывая довольную улыбку и высокомерно глядя на меня, а потом делает шаг вперед.

— Нет, не вы, Риделия, — останавливает ее преподаватель. — Я остановил выбор на Кассандре.