Клянусь ненавидеть

Глава 73. Тая

Наказана?

Сказать, что я обалдеваю, – не сказать ничего.

Нет, Архипов, конечно, неадекват, хоть иногда и прикидывается нормальным, и выходка вполне в его стиле, только понять не могу, что ему в голову стукнуло?

За что наказана-то?

Если ему секс не понравился, то за такое вроде в угол не ставят…

Или психам по осени причины для рецидивов не нужны?

Наказана. Охренеть просто.

– Ты совсем спекся, что ли? Еще аспирина? Отдай! – пытаясь отобрать телефон у верзилы, подпрыгиваю с идиотским ощущением, что я комнатная болонка.

– Ага. Ща. Разбежался, – фыркает Вик.

Что у него за тяга к моему мобильнику?

Заслоняя от меня экран, он в наглую там что-то тыкает. Как пить дать, опять организовывает повод для шантажа. Что ему еще-то надо? Все уже. Галочку поставил же в списке побед.

Черт, у него больное воображение, чего стоит только игра в «Правда или действие». Это придумает, как отравить жизнь.

– Прекрати шариться! – взвываю я и от безнадеги тыкаю пальцами ему под ребра.

Неожиданно, работает. Архипов почти складывается пополам, и смотрит на меня круглыми глазами, будто я ему в борщ плюнула.

Ага, кто-то боится щекотки?

Я продолжаю подрывную работу, сначала Вик пятится, но потом вынужден сдаться и вернуть телефон.

– А ты у нас ревнивый, – подкалываю я.

– Ничего подобного, – огрызается он. – Это для слабаков, пускающих слюни на телок, или неуверенных в себе идиотах.

Проверяю, чего Архипов натворил. Смотрю, может, отправил себе опять фотки. Вроде нет, но уж больно у него рожа подозрительная.

– Что ты сделал?

– Ничего, оказал тебе услугу, – он сейчас лопнет от самодовольства.

Идиот. Что тут скажешь?

Ладно, он меня сегодня спас. Моя благодарность настолько велика, что я не буду рассказывать ему, что так себя ведут дети в младшей группе детского садика. Простим герою, некоторые недостатки…

Так, я хотела удалить номер Беснова, где он?

Э…

Поднимаю возмущенный взгляд на Вика.

– Ты… ты…

Да как он посмел чистить мою телефонную книжку! Нет контактов Саши и еще парочки парней из группы! Не много ли он на себя берет?

– Я! Я! – передразнивает меня Архипов. – Радуйся, в очередном приступе разжижения мозгов не позвонишь, кому не надо.

И руки так на груди складывает, что прям бесит.

– Ну тебе же я позвонила! А ты совсем рэдфлаг! Хорошо, что номер твой не сохраняла!

Вик снова отбирает у меня телефон. Я уже устала дергаться и поэтому смотрю пофигистично на то, как он забивает свой номер в память мобильника.

Закончив, Архипов поворачивает ко мне экран.

У меня челюсть отвисает до пола.

«Повелитель». И сердечко.

Ахтунг.

– Чего? – я выхватываю аппарат. – А ты меня как записал? Рабыня?

– Нет, – морду кирпичом делает.

Недолго думая, я набираю номер Вика и щемлюсь на звук рингтона, чтобы успеть увидеть. И успеваю.

«Кара Господня»?

Это я-то?

– Ну ты и… – высказываю я Архипову, убирающему телефон в задний карман.

Со зла переименовываю его контакт в «Повелитель придурков».

– Это ты зря, – серьезно говорит Вик. – Отягчающие обстоятельства. Наказание будет совсем суровым. У тебя все нормально с головой? Номерок чужого парня она хранит, а повелитель придурков я? Это плохая идея звонить Беснову, если тебе дороги твои волосы. Зарина их тебе выдерет, а я еще и по заднице всыплю.

– А если он мне сам позвонит? – елейно спрашиваю я, прикидывая, куда пнуть этот сгусток токсичного мачизма.

– Не позвонит, – рявкает Вик. – Я об этом позабочусь!

Смотрю на него во все глаза. Нет, вы поглядите, кто у нас мистер Умник! Энциклопедией его. Большой советской. Заботливый ты наш!

– Не зли меня, Лисицына. Ты есть хотела? Садись и жуй. Молча. Тебе пойдет.

Герой, которого я заслужила.

Ага.

Есть и правда хочется, но в коробочке из доставки я ковыряюсь медленно, потому что Архипов нависает надо мной в мамином стиле «пока не доешь, из-за стола не выйдешь».

– Это и есть твое наказание? – ворчу я. – Хочешь, чтоб я подавилась?

– Нет, хотя рот твой занять не помешает.

Тут-то у меня и впрямь кусок в горле застревает…

Подавившись, я надсадно кашляю.

– Фу, гадкая девчонка, – язвит Вик. – Кто бы мог подумать, что ты такая испорченная? Хотя, я же теперь знаю…

Ну ведь вел себя, как человек! Какая комета на него упала?

– А что я еще могу подумать, зная тебя? – продышавшись, сиплю я.

– Ты меня совсем не знаешь, Лисицына, – вкрадчиво говорит Архипов, и у меня от этого тона мурашки бегут. – Даже не представляешь, о чем я думаю…

Против воли я снова заливаюсь краской. Медленно так, от ключиц до макушки.

И если этот товарищ зарядит мне, что он сейчас про лепку из пластилина, я ему не поверю, потому что я уже знаю, что следует за тем, когда Вик вот так начинает на меня смотреть.

Эм… Но…

Он же не может опять хотеть этого самого?

Было же уже!

Разве не хватит?

Эта его штука, она всегда, что ли, готова?

Я бросаю взгляд на пах Архипова.

– Тая, а Тая… Меня ведь долго уговаривать не придется, – Вик делает медленный шаг ко мне, ширинка приближается, и я в лучших традициях пятилеток, ойкнув, зажмуриваюсь, да еще и ладонями закрываю глаза.

– Я ем! Ем я! – заскулила я.

– Ни фига ты не ешь. Врушка. Испорченная врушка, – продолжает дразнить меня Архипов. – И за это тоже тебя надо наказать.

– Я не хочу, – мотаю головой.

– Так и должно быть, – уверенно заявляет Вик. – Что ж это за наказание, если ты его хочешь?