Колючее счастье для дракона, или Инквизиции требуется цветовод

22. Предложение с многими нулями

— Тряпку и швабру, конечно. Мечта всей моей жизни — размазывать грязь в кабинете директора.

А вот тут-то дракон содрогнулся, вспомнив, видимо, результаты «уборки».

— Нет.

Соня остановилась. Что он может ей предложить? Возить навоз? Или есть тут работа похуже?

— Леонид мне тут успел доложить, что вы странным образом ладите с местной флорой и фауной. Самой… кхм, строптивой, причем даже опасной.

— Горгулий метис? Симпатичные, кстати, цветочки.

— Мы сейчас не о них. У «цветочков» как раз таки все благополучно. Цветут, прямо скажем, и пахнут. Чего не скажешь о вас.

Ах так⁈

Развернулась решительно и двинулась обратно к столу. Сильвер рассматривал карандаш так внимательно, как будто от тонкости грифеля сейчас зависела его жизнь.

— В вашей столовой кормят отвратительно! — она даже покраснела от праведного негодования. — Даже хлеб там ужасен. Помыть голову я не успела, потому что…

— Да, я помню. В столовой здесь не был, я не ужинал даже еще. Или уже.

Прозвучало печально. Но Соню не тронуло это признание.

— Так что вы хотели мне предложить, кроме тряпки и швабры? Навоз вывозить? Убирать пепелища?

— Договариваться с «цветочками». У вас как с цветоводством вообще дела обстоят? И еще одна важная есть вакансия. Но это, только если вы с первой сойдетесь характерами…

— Ничего не поняла, — честно призналась Соня.

Сильвер отложил, наконец, карандаш, тяжко вздохнул, щелкнул пальцами… и из-под стола с тихим шелестом выдвинулась табуретка. Забавная, больше похожая на резной пенек.

— Присаживайтесь. Давайте мы так поступим: вы меня молча выслушаете, не перебивая и не полыхая потоками праведного негодования. И ответите сразу же. Нет, у нас с вами нет времени на размышление.

Девушка молча кивнула. Выбора-то особо и не было.

Сильвер открыл свою папку, достал сложенный вчетверо большой лист, отодвинув прочие, среди которых Соня мельком заметила какие-то акварельные зарисовки. Развернул.

Карта. Большой остров, практический круглый, похожий на масленичный блин: с дырочками систем озер и прудов, тонкими линиями каналов и речек, неровными береговыми краями. Красиво. Ей сразу понравилось.

— Вот здесь, — Сильвер взял многострадальный карандаш, обведя тонким грифелем центр «блина», — находятся, собственно, все административные здания главного парка-дендрария. Видите эти четыре пруда?

Соня наклонилась к карте, вглядываясь в линии. И почувствовала горячее дыхание Сильвера прямо в макушку. Дернулась, шарахнув его в нос затылком, и едва не слетела с пенька. Дракон зашипел громко, как кот, которому придавили хвост дверью, нос ладонью зажал, но ругаться не стал.

— П-п-п-ростите, — выдавила Соня, вся покраснев. — Я что-то нервная очень.

— Вы простите, — он едва выговорил, все еще переводя дыхание и болезненно морщась. — Я тоже… увлекся. Так вот. Эти пруды, — карту опасливо ей пододвинул и ткнул карандашом в голубые овальные «дырочки» на «блине», — определяют границу карантинной территории. Сюда привозят растения со всей вселенной, тут они осваиваются, им подбирают оптимальную зону локации, режим ухода и изучают.

— Вы с ума сошли? Я не умею! — уверенно мотнула головой Соня. — Да бросьте, у меня дома только алоэ выживало. Я горожанка в пятом поколении! Я на огороде даже никогда не была и картошку видела только в супермаркете!

— Очень даже умеете, — мягко ей возразил дракон. Невзирая на стремительно опухающий нос, между прочим. — Вспомните лошадку.

Только теперь Соня окончательно вдруг поверила, что это не сон. И что этот Сильвер — тот же самый Андрис из санатория…

— Нет… Не смогу, и нам надо домой. И лошадь, она же не растение!

— От вас требуется желание обучаться и чуткость, — Эндрис, казалось, ее вообще не слышал. — Магические растения, оторванные от своего мира, из привычной среды обитания, беззащитнее даже, чем малые дети. Все растения чувствуют некую ауру человека. Есть люди, у которых могут завять даже кактусы, — Соня тут вспомнила кактус покойный из кабинета директора. — А есть те, у которых впервые за почти сотню лет распустились горрулий митисы. Да-да.

Знал, гад, на что давить. И невинные глазки дракона это лишь подтверждали. Соня заколебалась, прикусила губу, растерянно стиснула руки.

Он же продолжал.

— Скоро у нас ожидается прибытие нового персонала, — тут он поймал вспыхнувший взгляд Сони и уточнил: — Из других миров, не с Земли. Я учел ошибки моих предшественников и пригласил специалистов семейных. С женами, с детьми. Там будут дети и примерно Лесиного возраста, насколько я помню. Леониду уже дано задание составить им план занятий, я выделяю площадку под детские нужды, там будет что-то, вроде маленькой школы. Весь научный персонал будет вести кружки и экскурсии для детей.

— Зачем это вам? — удивилась Соня.

— Отличная практика для сотрудников: объяснять сложные вещи на пальцах. И забота о коллективе, что в этом странного? К тому же, династии сотрудников — самые преданные работники.

Ничего странного, говорите? А вот Соне подобные рассуждения были в диковинку. Она и на завод в свое время не пошла не столько потому, что Борис хотел видеть жену дома у плиты, а еще и из-за неизбежного «вы уйдете в декрет и потом будете бегать по больничным, нам такие работники не нужны». И теперь рассуждения дракона показались ей по меньшей мере необычными.

— А…

— Да. Точно. Зарплату тут платят в золоте, в переводе на курс, с учетом постоянного роста цены на металлы… если вы согласитесь, то с вычетом коммунальных, питания на двоих, детского учреждения и спецодежды, получится вот такая примерно сумма.

Он достал чистый листок и вывел на нем симпатичную цифру. Когда нули в ней закончились, Соня рвано вздохнула.

Всего только год, и она может решить все проблемы, купит им с Лесей квартиру, машину и спокойно будет жить еще пару лет, пока не решит вопрос с работой. Умеет дракон убеждать. Вот только… Слишком уж мягко стелет господин Сильвер-Серебряков.

— В чем подводные камни? — прямо спросила Соня.

— Во втором предложении, — ответил ей честно дракон.

— Непристойном, конечно? — правда, так до конца. В оправдание всегда можно сказать: нанюхалась этих… горргулий.

— Вы себе сильно льстите, — тихо прорычал дракон в ответ.

«Вот и отлично», — подумала Соня, но вслух произнесла другое:

— Рассказывайте.

Дракон молча открыл свою папку. Поковырялся там своими красивыми пальцами и достал лист акварельной бумаги с рисунком.

Простой и незатейливый одуванчик. Четыре пильчатых листа, желтое солнышко, облачко круглое рядом. Но что-то во всем этом было не так.

— Что скажете? Только честно.

Соня задумалась, всматриваясь в четкие линии, в жилки на листьях, в ровные ряды тоненьких лепестков. И поняла вдруг:

— Он мертвый. Не знаю… похож на куклу. Совсем не понятно?

Растерянно подняла взгляд на Сильвера и изумилась. Он улыбался!

— Потрясающе! — прошептал возбужденно, забывшись, схватился пальцами за ушибленный нос, зашипел опять, подскочил из своего пафосного директорского кресла, пробежался вокруг испуганно притихшей Сони и снова сел.

— У вас сразу же получилось увидеть. Понимаете, это я рисовал.

Настал черед Сони удивляться.

— Зачем? Есть же фотография, есть…

— Да ну нет же! — Сильвер нетерпеливо сломал карандаш и в ужасе уставился на содеянное. Вздохнул и продолжил: — Магические растения невозможно сфотографировать. Во-первых, это их может убить. Во-вторых, камеры тут работают криво-косо, постоянно ломаются, искажают ракурс и все такое, в-третьих, даже если все это откинуть, ни одно техногенное оборудование не может полностью запечатлеть корректно магическое растение. Специфика, знаете ли. Только художник…

— Я не смогу, — очень твердо сказала. — Я больше не рисую.

— А вы меня научите. Как сделать так, чтобы… там была жизнь. Я заплачу и щедро.

Дракон придвинул к себе лист с нулями, секунду подумал и дорисовал сумму, значительно повышающую уровень оптимизма.

Соня вздохнула. И когда она стала такой меркантильной?

— А если у нас не получится? — осторожно спросила, косясь глазом на еще один нолик, тут же появившийся в длинном списке прекрасных и круглых цифр.

— Попытка не пытка. Приглашение художника — это ждать еще год. А потом его еще надо найти, и что-то мне даже подсказывает, что сумма нужна будет втрое большая. Так что в любом случае мы оба только выигрываем.

Ох уж этот дракон… Змей-искуситель, не меньше!