Колючее счастье для дракона, или Инквизиции требуется цветовод

26. Первый выход

Ближе к вечеру лоснящийся от счастья и осознания собственной значимости Леонид сообщил Соне, что всех детей ждут прямо с утра на занятия. Здание директората за долгую ночь будет достроено, и весь первый этаж там будет выделен для ребятни. Расписание скажут завтра, но детворе скучать не придется. Будут и обычные уроки — чтение, письмо, математика, а будут всяческие игры, экскурсии, обучение музыке и рисованию, и конечно, ботаника!

Соня о таком и мечтать не могла!

— Сутки тут непривычные, придется всем привыкать к жизнь по вахтам, — разглагольствовал гномокот, размахивая пухлыми ручками. — Все, конечно, работают. Вы только представьте себе уроки астрономии или зарисовки ночных цветов! Или выезд на дальние острова в ночную вахту — в темноте, под звездами! Детки будут счастливы!

Надо думать. Соня тоже хотела бы на такой выезд. Когда-то в прошлой жизни, еще в институте, они с Борисом частенько гуляли до последнего автобуса. И в дождь под зонтом, и в снег, и под ясной луной. Странное дело: Соня совсем не скучала по бывшему мужу, но отчаянно хотела вернуться в то беззаботное время, когда она была любима и счастлива. Или хотя бы туда, где все просто, понятно и не нужно опасаться цветов-шпионов или всяческих хищных кактусов.

Кивнула молча Леониду, нахмурилась. Леся, рисовавшая человечков в блокноте, настороженно поглядела на мать: знала, что Соня могла все разом ей запретить. Открыла было рот, но Соня кивнула утвердительно:

— Занятия — это прекрасно просто. И общение с другими детьми Лесе жизненно необходимо. Вот только я ведь теперь работаю, как мне справиться с этим ее расписанием?

— Ой, да не волнуйтесь, тут совершенно безопасно для ребенка. К тому же мы с Зильдой уже к Лесеньке привыкли, первое время будем присматривать, а там она сама справится.

Соня с сомнением посмотрела на очень серьезную дочь. Да, Леся в каких-то вопросах очень взрослая, но для нее она все равно маленький ребенок. Что ж, значит, справятся, выхода у них нет.

— Моя первая вахта, получается, в ночь? — спросила у гномокота. — Или утром? Я запуталась.

— Разумеется, утром, — успокоил ее кот. — Это же совершенно логично!

Соня была в этом не уверена, кто-то ведь должен кормить кактусов? Ох! А их нужно кормить раз в земные сутки или раз в местные? Она не уточняла. Идти спрашивать у Эндриса? Ну уж нет! Она кажется, перенасытилась на сегодня общением с этим драконом. Глаза как закроет, и он сразу же перед ними стоит. Достаточно.

— Леонид, вы говорили, что тут есть библиотека? — вспомнила она.

— Ну да.

— А что-то по местной флоре там есть?

— Там все есть по местной флоре, — обрадовал ее гномокот. — Вот если бы спросили какое-нибудь фэнтези или про любовь, это не найти. А вот по работе сколько угодно!

Соня решительно поднялась. Не дело это, когда кто-то голодает! Сейчас она найдет инструкцию и все узнает.

В библиотечном киоске царствовала некрупная зеленокожая… гоблинша? гоблиниха? Соня пару раз видела ее издалека. Зато Лесю фрау Изольда уже знала прекрасно и искренне порадовалась знакомству с матерью умницы-красавицы-прелесть что за девочки. Выдала Соне гору литературы, о чем-то доверительно пошептавшись с ее личным Ключом, которого Соня прочно уже окрестила Сим-Симом, выпустила его пробежаться по книгам зачем-то (оказывается, так здесь работает библиотечная картотека) и обещала выписать любую книгу, что понадобится. Велела кланяться фрау Зильде и звать ее на ужин.

Мило.

Леся убежала куда-то вместе с Леонидом, кажется, знакомиться с новыми жильцами, а Соня засела за книги.

И, разумеется, оказалось, что тигрокактусы в живой природе питаются не по расписанию, не по регламенту, а как придется. В неволе же им полезны периоды «голодания», преимущественно в светлое время суток, зато по ночам их нужно кормить согласно их размеру. Желательно живой пищей, богатой белками и кальцием: крысами, кроликами, лягушками. Тут Соня поморщилась, ну уж нет. Переживут. Кроликов жалко.

А на дворе как раз стемнело, и совершенно невозможно было морить бедняг опять голодом, ведь их пропитание теперь — ее забота.

Двери в закрытую часть сада пропустили ее без всякого сопротивления. Соня смело прошла к оранжерее, попутно откинув ногой какой-то нахальный побег, пытавшийся ухватить ее за щиколотку, прошла ко входу, памятуя слова Сильвера покорно посетила дезинфектор, переоделась в висевшую на крючке спецодежду. Достала из холодильной установки ведро с окровавленными кусками мяса (надо будет узнать, кто их сюда приносит), птичку ворчавшую почесала за то место, где могли расти ушки, неловко подхватила вилку… и застыла, прислушиваясь. Показалось ли, или чьи-то голоса раздавались в ночи?

Глупости, откуда тут люди, карантинная же зона.

Кактусы ее, кажется, узнали. Приосанились, распустили цветы, растопырили иголки. Или она все себе придумывает?

Орудовать тяжелой и длинной вилкой в перчатках не по размеру было крайне неудобно. Немного подумав, Соня злостно нарушила технику безопасности, стянув перчатки.

Кактусы, учуяв мясо, как-то даже зашипели и ожидающе распахнули свои цветы. Ну, чисто как птенцы в гнезде!

— Проголодались, котики? — умилилась Соня, накалывая на вилку мясо. — Приятного аппетита! И только попробуйте меня укусить — сразу вилкой меж иголок получите, так и знайте!

«Котики» были деликатны, не рыгали, не хватали мясо с жадностью, даже иголки словно отводили, чтобы не задеть кормилицу. Ну какие все же милашки! Так и хочется их почесать за ушком… то есть, между цветочками. Не рискнула. Попрощалась и вышла с улыбкой во все зубы.

Нет, она все же не ошиблась. Откуда-то из-за темно-фиолетовых кустов вдруг раздался веселый гогот, эхом прокатившись по ночному саду.

Кто это там в ее владениях? Браконьеры? Что делать? вызывать охрану? Проверять самой? Чужих тут, вроде бы, быть никак не может. Значит, кто-то из своих.

Вооружившись самой большой и тяжелой из вилок, Соня смело шагнула в кусты, за которыми обнаружились весьма неожиданно четыре голые задницы и зеленые дреды до лопаток. А эти что тут забыли?

Ее заметили, приветственно замахали руками:

— Соня Ореховна, а мы к вам! Нас назначили на дежурства и вам в помощь. Господин Сильвер велел во всем вас слушаться. Ящики там передвинуть, яму выкопать, мусор вынести.

Такая забота была бы приятна, если бы дриады были одеты. Но нет, они, как и в первую их встречу, были лишь в фартунгах. Интересно, Сильвер вот так издевается над ней?

— А хотите кофе? — предложил один из зеленоволосых. — С молоком фуру?

— А хочу, — неожиданно согласилась Соня. — А что такое «фуру»?

— Дерево такое, — охотно пояснили ей дриады. — У него толстые мясистые листья. Можно сделать надрез и собрать млечный сок. Он такой… успокаивающий.

Ей сунули в руку чашку, усадили на лавочку, невесть как тут оказавшуюся, и ожидающе на нее уставились.

Опрометчиво глотнувшая на ходу обжигающую жидкость Соня с подозрением заглянула в бумажный стакан: что это они ей подсунули? На вкус вполне себе кофе со сливками, а вот эффект от него… Девушка невольно хихикнула. Только такая дурочка, как она может выпить какое-то незнакомое зелье. А ведь и в самом деле полегчало, и быстро!

— А вчера специалисты приехали, — зачем-то сообщила она. — Много. С детьми. И порталист такой у-у-у… говорит, Бессмертный. Не знаете такого?

— Кто ж его не знает, — вдруг помрачнел один из дриадов. — Я у него трижды экзамен по ядам и противоядиям пересдавал. Он же заведующий кафедрой магоботаники в академии.

— Кощей и есть Кощей, — вздохнул второй. — Мне повезло, я Елизавете Николаевне зачет сдавал, когда Бессмертный был в отъезде. С ней все же проще, хотя она та еще жаба.

Софья жалобно захлопала глазами, не понимая, смеются они над ней, или это вообще не шутка, про Кощея. Она-то думала, что просто фамилия такая у порталиста. Какие еще сюрпризы ей ожидать, в конце концов? Она женщина, у нее нервы не бесконечные! Ей хочется на ноготочки и к парикмахеру, а не разгуливать в спецкомбинезоне по теплицам! Как же ее все задолбало!

— Я так и думал, что на теплокровных фуру действует… слишком расслабляюще, — обрадовался один из дриадов, глядя на вдруг зарыдавшую Соню. — Эй, Гул. Ты записываешь? Нам еще отчет сдавать на кафедру. Соня Ореховна, вы сидите-сидите. А давайте мы вам грядки вскопаем, а? Ну не плачьте, все хорошо будет!

Соня представила, как будут смотреться со спины дриады, копающие грядки, и заревела еще горше. И засмеялась одновременно. Проклятье, да что они ей за наркотик подсунули? Какой гадкий и опасный мир: горгулии правды эти, тигрокактусы Горбаны, побеги, норовящие оторвать ногу (ну хорошо, не оторвать, все равно неприятно), теперь еще это молоко фуру! Есть здесь хоть одно обычное, безопасное растение?

Ох, это она вслух сказала?

— Есть. Чеснок. Но с точки зрения магической составляющей, чеснок, то есть Állium satívum, уникальный просто овощ. Мало того что им издревле отпугивали ведьм, вампиров и ракшасов, так еще и змеиная трава растет только с ним по соседству.

— Это еще что?

— Как, вы не видели? — удивился Гул. — Это очень ценная травка. Используется почти во всех лекарственных зельях. Ну и в ядах, конечно, тоже. Универсальное растение, в общем.

Соня только глазами хлопала: ну и попала она! Прямо как чеснок в кадушку с солеными огурцами, ага.

— Драные яги, что у вас тут происходит? — раздался вдруг ледяной голос. — Софья, что произошло? Вы, четверо! Что натворили? Почему женщина плачет?