Остывший пепел прорастает цветами вишни

Глава 5. Небесный Император раздает милости

— Цзи Чжаньлао! Выйди вперед!

Патриарх Клана Цветов, десятитысячелетний дух хризантемы, со скромным достоинством предстал перед троном Небесного Императора и низко поклонился. Несмотря на то, что Клан Цветов был более всего известен своими красавицами и завидными невестами, глава клана и его высшие сановники как на подбор были мужчинами.

Хотя как и все Бессмертные, Цзи Чжаньлао никогда не старел, невежественный смертный наблюдатель дал бы ему больше лет, чем остальным присутствующим, — из-за длинной окладистой бороды и нависающих густых бровей, придающих лицу суровость, а взгляду оранжевых глаз — тяжеловесность. Голову его венчала корона с изображениями Четырех Благородных Растений, а нисподавшие из-под неё угольно-черные волосы на кончиках становились похожи на ветви деревьев и побеги травы.

Великолепный зеленый халат его был соткан из вдохновения поэта, но расшит по краю педантичностью ученого, принявшей форму золотого растительного узора.

На фоне Патриарха Цветов сам Небесный Император казался почти мальчишкой. Такое впечатление создалось бы как у человека, ориентирующегося по внешности, — на вид повелителю Небес сложно было дать больше шестнадцати лет, — так и у небожителя, способного почувствовать внутреннюю сущность: в действительности Императору было едва за три тысячи.

В сравнении с десятитысячелетним духом хризантемы — как есть мальчишка.

Мало кто помнил его настоящее имя: это была тема запретная для обсуждения. Мало осталось и тех, кто видел его истинную форму, хотя насыщенно-синие глаза и пристрастие к синему цвету в одежде давали определенную пищу для догадок.

— Цзи Чжаньлао! Твой клан оказал всему Небесному Царству великую услугу, взрастив Бога Войны, что исполнил свое наивысшее предназначение, сразив Короля Демонов. Подобное деяние заслуживает особого почета. Поведай Нам, какой награды ты желаешь для себя и своего клана?

Десятитысячелетний дух хризантемы лишь ниже склонил голову:

— Ваше Величество, этот недостойный цветок не смеет просить награды за то, что является непреложным долгом любого достойного жителя Небесного Царства. Единственное, о чем смеет просить Клан Цветов, это о том, чтобы жертва нашей любимой дочери не была забыта.

Согласно зашумели двадцать четыре цветочных духа, наперебой давая понять, как любили и почитали они благородную фею.

— Это даже не нуждается в упоминании, — ответил Небесный Император, — Памятная табличка с именем Четвертого Бога Войны будет установлена в Зале Предков Небесного Дворца, и обряды поминовения в её честь будут проводиться ежегодно в течение ста двадцати четырех лет с участием всего двора. Что до остального…

На мгновение он задумался, принимая решение.

— С этого момента Клан Цветов будет официально зваться Породившим Героя Кланом Цветов. Всем его представителям, вплоть до слабейших духов насекомых, полагается низкий поклон при встрече. Цветочные духи Хао Тяньвэй и Цзюэ Шенми, которые в этом году должны будут вступить в должности при Небесном Дворе, получат сразу же повышение на два ранга. Ницю Хуэйджонг, бывшей наставницей Бога Войны в её юные века, жалуется титул Надзирающей За Моралью И Нравственностью. Главе клана Цзи Чжаньлао жалуется титул Доверенного Императорского Советника, десять тысяч духовных камней и Барабан Небесных Течений, реликвия, тысячу лет назад созданная прежним Богом Войны. Ему также дозволяется отныне входить в Небесный Дворец в любое время без согласования со Стражами Небесных Врат.

Все так же не поднимая головы, Чжаньлао ответил:

— Этот недостойный цветок благодарит Ваше Величество за оказанное доверие!

— Поднимись! Негоже, чтобы Доверенный Императорский Советник кланялся так низко. Поднимись и займи свое новое место рядом с моим троном.

После того, как новый советник встал по правую руку от него, Император продолжил:

— Хен Чанмин. Выйди вперед.

Наследник Клана Светил занял место перед троном, лишь недавно освобожденное патриархом Клана Цветов, и церемонно поклонился. Одет он был в белые траурные одежды, своей простотой неуместно контрастировавшие с блеском двора.

— Мне сказали, что ты участвовал в подвиге Бога Войны, — начал Небесный Император, — Говорят, что ты участвовал в разработке военной стратегии, и что именно ты активировал формацию Развеивания Духа.

— Ваше Величество, я не заслуживаю похвалы, — ответствовал Чанмин, — Я лишь помогал Инь Аосянь в её устремлениях. Мои заслуги не идут ни в какое сравнение с её собственными, и хвалить их здесь и сейчас — оскорбление и насмешка для её памяти.

— Не к лицу светилу быть скромным! — послышался возглас из толпы, — Скромное светило — это все равно что уродливый цветок или добродетельный демон!

Чанмин резко обернулся, ища взглядом насмешника и торопливо продумывая, что можно ответить такого, чтобы и окоротить его, и при этом не прогневать Императора, но к счастью, сам Император нашел ответ за него:

— Или насекомое, достигшее величия. Не стоит поддаваться стереотипам, мастер Цзисинь, по крайней мере сегодня. Сегодня мы все славим бабочку, сокрушившую Короля Демонов. Прошу вас помнить об этом и не допускать… двусмысленностей.

И когда мастер Цзисинь, надменный господин из его собственного клана Светил, произнес подобающие извинения, Император продолжил:

— Что до тебя, Хен Чанмин, то хоть ты и настаиваешь, что не играл ведущей роли в подвиге Бога Войны, я не сомневаюсь в твоем потенциале. Хотя бы уже потому, что без знаний, найденных тобой, этот подвиг не стал бы возможным. Посему я назначаю тебя своей правой рукой с правом в любое время входить на любой уровень Небесного Архива и требовать для прочтения любой текст, какой потребуется тебе, чтобы достойно служить во благо Небесного Царства. Я также жалую тебе тысячу духовных камней и реликвию — Серебряный Лук С Золотыми Стрелами.

— Благодарю вас, Ваше Величество, — поклонился Чанмин.

Не выражая ни восторга по поводу награды, ни какого-либо несогласия с волей правителя.

— После того, как мы закончим, задержись. У меня будет к тебе разговор не для ушей всего двора.

После же того, как наследник Светил вернулся на свое место, время раздачи милостей закончилось. Настало время обсуждения проблем, — ибо такова извечная доля победителей.

— Ху Цзиньпьен. Тебе есть что сказать?

Одетый черное и синее суровый и сдержанный воин из Клана Птиц вышел вперед и коротко поклонился:

— Ваше Величество, после разрушения Замка Черной Скалы армия демонов разбежалась. Большинство из них вернулись в Царство Яростных Духов, часть осела в других мирах, но в Небесном Царстве не осталось никого. По вашему приказу мы не стали преследовать их и ждем дальнейших распоряжений. Хотя я снова прошу вас в кратчайшие сроки избрать среди ваших подданных нового Бога Войны, который поведет нашу армию против демонов, прежде чем они успеют оправиться от поражения.

— Какая дерзость! — не удержался от восклицания Цзи Чжаньлао.

И тут же поспешил почтительно поклониться Императору:

— Прошу простить подобную несдержанность, но этот цветок не может молчать. Траур по любимой дочери нашего клана едва лишь только начался, а Клан Птиц уже публично предлагает найти ей замену! Может быть, еще и поминальную табличку её убрать из Зала Предков?!

— Я сочувствую утрате вашего клана, — ровным голосом ответил Цзиньпьен, — Однако я должен думать в первую очередь о благе всего Небесного Царства. Сейчас мы как никогда нуждаемся в Боге Войны, который поведет наших небесных солдат в решающую битву. Мы не можем позволить себе из-за траура дать демонам восстановить силы.

— Я услышал тебя, Цзиньпьен, — откликнулся Небесный Император, — И я принял к сведению твое мнение. Ни к чему повторять его. Что по поводу расследования, которое я тебе поручил?

Дух сокола не казался убежденным его словами, но послушно сменил тему:

— По вашему приказанию я изучил остатки Цветов Греха. Примерно половина из них сгорели во время активации формации Развеивания Духа и разрушения Замка Черной Скалы. Среди другой половины, к счастью, лишь немногие остались в Небесном Царстве; очистить его можно будет в короткий срок малой группой фей невысокого ранга. Большая же часть Цветов Греха оказалась рассеяна в нижних мирах. По моим подсчетам, три миллиарда из них должны были опасть в Царство Яростных Духов; это может вызвать раздоры и конфликты между кланами демонов, желающих заполучить их. Пока между ними нет единства, мы можем воспользоваться ситуацией, чтобы…

— Я понял, — прервал его Небесный Император, не давая возможности перейти на любимую тему, — Остальные?

— Около семи миллиардов цветов опали в Земном Царстве, смущая умы смертных. Еще четыре миллиарда — в Подземном; как известно, духи умерших не подвержены действию Цветов Греха, но я полагаю, что Хозяин Подземного Мира решит использовать их для налаживания торговли с Царством Яростных Духов. Наконец, оставшиеся двадцать шесть миллиардов цветов опали в Голодную Бездну.

— Туда им и дорога, — не удержался Цзисинь, и двор поддержал его одобрительным гулом, выражая радость избавлению от угрозы.

Из Голодной Бездны не возвращался никто и ничто.

Оставшись, как и было велено, после церемонии, наследник Клана Светил не смел поднять взгляд. Одно дело — стоять в общем ряду равных и нижестоящих, и совсем другое — предстать перед правителем мира один на один.

— Скажи мне, Хен Чанмин, — перешел сразу к делу Небесный Император, — Формация Развеивания Духа. Откуда ты узнал о ней?

— Мой клан издавна хранит знания о прошлом и будущем, — ответствовал наследник Клана Светил, — В тот день, когда я родился, Читающий Судьбы повелел обучить меня трем малоизвестным формациям. Он сказал, что каждая из них сыграет роль не только в моей судьбе, но и в судьбе всех Шести Царств. Это формация Развеивания Духа, формация Легкой Дороги и формация Запечатывания Времени.

— Вот как? Любопытно, — отметил Император, — В таком случае, скажи мне, Хен Чанмин. Ты уверен в том, что формация подействовала в полной мере?

Глаза наследника Светил удивленно расширились, и он торопливо опустился на колени:

— Ваше Величество, если вы подозреваете меня в обмане, прошу, накажите меня. Но я клянусь вам, что у меня и в мыслях не было обмануть вас…

— Встань! — резковато бросил правитель, — Я ни в чем тебя не обвиняю. Я пытаюсь понять. Скажи мне. Формация могла подействовать неправильно?

С минуту, наверное, Чанмин молчал, первым его порывом было отрицать все до конца. Но с неохотой он все-таки ответил:

— Эта формация никогда не активировалась со времен Первого Бога Войны. Мало кто из живущих видел её реальное применение и то, как она должна выглядеть при правильном исполнении. К тому же, даже в те времена никто не использовал её вместе с духовной связью. Поэтому мне сложно быть уверенным в чем-либо.

— Понятно…

Небесный Император раздумывал о чем-то своем. Казалось, что он вовсе забыл про собеседника, однако наследник Светил не смел ни напоминать о себе, ни пытаться оставить правителя наедине с его мыслями.

Но вот, повелитель Неба заговорил вновь:

— Ты должен выяснить все максимально точно. Если формация сработала неправильно, я должен знать об этом. Первым делом получи у Ху Цзиньпьена все сведения об осмотре обломков Замка Черной Скалы. Перепроверь все, с учетом тех знаний, что получил, когда изучал формацию Развеивания Духа.

— Я не подведу вас, Ваше Величество, — заверил Чанмин.

— Хорошо. После этого немедленно отправляйся в нижние миры. Ты должен обыскать те места, откуда ощущается энергия Цветов Греха.

Чанмин побледнел:

— Я должен посетить Подземное Царство и Царство Яростных Духов?

— Если ты не найдешь ничего в Земном Царстве, то да, — жестко ответил Небесный Император, — Я дам тебе табличку, свидетельствующую твое право говорить от моего имени. С ней тебя примут в Подземном Царстве и выпустят обратно. Ты можешь попробовать использовать её и с некоторыми кланами демонов, но будь осторожен: найдутся среди них и те, кого мой знак только разозлит. Как минимум, я точно могу сказать, что кланы Лис и Тигров будут настроены к исполнителю моей воли непримиримо.

— Должен ли я буду спуститься в Голодную Бездну? — спросил Чанмин, стараясь, чтобы это звучало спокойно и невозмутимо.

Какое-то время Небесный Император колебался. Но в итоге все-таки покачал головой:

— Нет. Это будет бесполезно. То, что упало в Голодную Бездну, пропало навсегда и никогда не вернется в Алую Реку.

Почему-то на этих словах в его голосе отразилась глубокая печаль.

И почему-то казалось Чанмину, что это не просто печаль от нахлынувших воспоминаний. Недоговаривал чего-то Небесный Император, — да только не посмел бы он спросить, чего.

— Что мне нужно искать, Ваше Величество? — спросил наследник Клана Светил вместо этого.

Ответ Императора удивил его и поразил:

— Бога Войны. Или Короля Демонов. Или обоих.

В это же самое время состоялся и еще один примечательный разговор. В отличие от беседы Небесного Императора с наследником Светил, он прошел в глубокой тайне, ведь официально кланы Птиц и Цветов не поддерживали отношений.

Цзи Чжаньлао ожидал на Площадке Уединенных Размышлений, глядя на лиловую пелену облаков под ногами, сквозь полупрозрачную дымку которой угадывались живописные пейзажи нижних миров. Он не обернулся, услышав легкий шелест крыльев за спиной: встреча эта была обговорена заранее, и он прекрасно знал, что дух сокола постарается застать его врасплох.

— Я чувствую твое присутствие, Ху Цзиньпьен, — спокойно сказал он.

Он не боялся использовать имя, ибо знал, что их разговор никто не подслушает.

— Ты неосторожен, старый друг, — ответил дух сокола, становясь с ним плечом к плечу, — Если бы я хотел убить тебя, ты не успел бы даже произнести этого.

— Если бы ты хотел убить меня, то умер бы, не успев даже об этом подумать, — парировал патриарх Клана Цветов.

Какое-то время они молча любовались нехитрой жизнью простых смертных внизу. Отсюда, с Небес, люди казались… необычайно крошечными.

Первым нарушил молчание Ху Цзиньпьен:

— Тебе не следовало открыто бросать вызов моему клану. В ближайшее время я не смогу оставить это без ответа и не вызвать пересудов.

— А тебе не следовало подвергать риску наше общее дело, — в тон ему возразил Чжаньлао, — Если бы Его Величество согласился с твоими доводами и избрал нового Бога Войны, завоеванное с таким трудом влияние Клана Цветов быстро начало бы спадать. Не только я, но и ты вскоре лишился бы поддержки.

— Он не смог бы этого сделать, — неожиданно ответил Цзиньпьен, — Я делаю вид, что не знаю об этом, но правда в том, что сила Бога Войны не вернулась к нему. Так ведь уже было когда-то?

Какое-то время Чжаньлао молчал.

— Да. Однажды так уже было.

Снова несколько мгновений молчания. Отсюда, с Небес, Царство Смертных казалось мирным, — для тех, кто не знает, что происходит, когда опадают на землю Цветы Греха.

— В таком случае, чего нам следует ждать? — спросил Цзиньпьен, — К чему готовиться? И чего опасаться?

— Худшее, что может случиться, — отвечал Чжаньлао, — Его Величество начнет выяснять, что происходит. Мы не можем этого допустить.

— Для этого он призвал к себе наследника Светил, — сделал вывод дух сокола.

Дух хризантемы кивнул:

— Это наш шанс. Все, что нам нужно, это разыграть верную партию.

— Ты думаешь, его стоит посвятить в истинное положение вещей? — спросил дух сокола.

Патриарх Клана Цветов поморщился:

— В определенную часть её, разумеется. Я возьму это на себя. Все, что требуется от тебя, это не мешать мне. О результатах я сообщу тебе.

— Хорошо.

Острый глаз и острые когти никогда не помогали воину Клана Птиц проникнуть в чужие сердца. В этом отношении он признавал безоговорочное превосходство сладкоречивого духа цветка.

— Не забудь о нашем уговоре, — сказал он напоследок.

Цзи Чжаньлао улыбнулся:

— Не беспокойся, старый друг. Я все прекрасно помню, и я блюду договоренности. Ты получишь свою войну, ты получишь свою славу. Сразу же после того, как позиции Клана Цветов укоренятся.

— Даже если сила Бога Войны так и не вернется к Небесному Императору? — приподнял бровь дух сокола.

В ответ на это патриарх Клана Цветов негромко рассмеялся:

— Бог Войны, мой дорогой друг, существует с единственной целью. Сразить Короля Демонов. Сейчас, когда у демонов больше нет короля… в Боге Войны больше нет нужды.

Оранжевые глаза сверкнули в лучах вечно-полуденного солнца Небесных Сфер.

— Настало время простым воинам взять Судьбу в свои руки.