Он знает?! Самойлов знает, что я как-то связана с Барсом?!
Кровь отливает от лица, ладони холодные, в спине ломит. Грудь сжимает так, будто кто-то поставил туда бетонный утюг и включил на максимум.
Барс что, уже успел всем рассказать, что положил на меня глаз? Брошюрки разослал?
Вот трепло!
Иначе я не представляю, как мужчина смог узнать такие подробности. Я стикер незаметила, прелепленный ко лбу?
«Девочка Барса, не влезай – убьёт».
– Нечего сказать? – Самойлов усмехается.
– Эм… Ну… – я хватаю воздух, будто учусь дышать заново. – Барс? Горный барс, который, да? А при чём тут он? Вы знаете, я не кошатница…
Самойлов неожиданно смеётся, теряя безразличное выражение лица. Усмехается, качая головой.
– Интересно, как на это заявление отреагирует Самир, – цокает он.
– Я не…
– Я не люблю, когда мне врут. Или когда пытаются сделать из меня дурака, Эвелина. Либо мы говорим честно, либо можешь уходить.
Кровь стучит в ушах, грохочет. От осознания, что выкрутиться не получиться, всё обрывается внутри.
Я не могу рассказать правду! Но и других вариантов нет. Вообще нет шанса обхитрить Барса.
Если уже даже враги Тарнаева знают о моём существовании, то к его друзьями нечего и идти.
Там уже, наверное, ставки делают: через сколько дней он меня закроет в клетке и прикрепит табличку «личное».
Я выдыхаю. Глубоко. Так, чтобы не дрожали губы. Собираю мысли. Их немного. Они все сбились в комок в затылке и пищат, как мыши.
– Что вы хотите знать? – спрашиваю тихо.
– Каким образом девчонка Барса оказалась у меня на пороге? – Самойлов откидывается на спинку кресла.
– Я не его девчонка! То, что он заинтересован во мне, не значит, что я принадлежу ему.
– Барс считает, что именно так всё и происходит.
– Пусть тогда пересчитает!
На лице Самойлова появляется еле заметная ухмылка. Он заинтересованно смотрит на меня.
В его взгляде нет похоти. Нет презрения. Только интрига. Как будто я забавляю его.
– Видимо, ты совсем недолго знаешь Барса, – спокойно говорит он.
– Я его вообще не знаю, – выпаливаю. – Понимаете? Я… Ну, мне сказали, что вы с ним враги…
– Мы скорее недруги. Враждой это не назовёшь. Но продолжай.
– Вот… И что Барс может… Отстать, если я буду в компании его недругов. Такая себе страховка. Боковая подушка безопасности.
– И ты выбрала меня?
– Честно говоря, я думала, что Самойлов – это другой мужчина. Возможно, это была путаница, но на фото…
– Полагаю, в сети ты нашла моего отца. Я не публичная личность.
Ох, это многое объясняет. Но видимо, я не ошиблась. Самойлов сам подтвердил, что не дружит с Барсом!
Интересно, насколько сильно не дружит? По шкале от «добавить соль в кофе» до «взорвать тачку».
Насколько много у меня шансов?
– То есть, ты решила прибежать ко мне на работу, чтобы избавиться от Барса? – уточняет мужчина.
– Да, – я радостно киваю. – Именно.
– А мне какой прок от этого? Что ты можешь мне дать такого, чтобы я вступил в конфронтацию с Барсом? Глупо ради простой игры влезать в войну с Барсом. Особенно, если предмет этих игр – женщина.
Я прикусываю губу, не найдя ответов. Я знала, что шансов немного. Но всё равно надеялась.
Потому что следующим пунктом в плане было рыть подкоп до Монголии.
– Так скажи мне, – медленно продолжает мужчина, глядя пристально. – Что такого ты можешь предложить, чтобы я начал играть против Барса? Для работы ты подходишь плохо. Если только ты не предлагаешь мне что-то другое.
Его голос становится ниже, а у меня в горле пересыхает от этого явного намёка.
Да не намёк даже! Огромная вывеска!
Охренеть. Я пришла спасаться. А вышло, как всегда.
Да что с вами, мужики?! Все до тридцати, как будто, рождаются с диагнозом «спермотоксикоз». И он у них не лечится!
Слушайте, я знаю, что симпатичная. Личико не перекошено, все глаза на месте. Но такое излишние внимание сбивает с толку.
Я к подобному не привыкла! И тем боеле не ожидала, что прием на работу закончиться подобными намёками!
– Мне наверное, лучше пойти, – я резко поднимаюсь. – Спасибо за уделённое время.
Нужно убираться отсюда подальше. Может день такой сегодня? Меркурий в козероге, а все мужики в неадекватном состоянии?
Самойлов тоже встаёт. Без лишней спешки, демонстрируя свою сильную ауру начальника.
– Ты никуда не пойдёшь, Эвелина.