Второй шанс для многохвостой лисицы

Глава 10 Неженский танец

Я поднялась и прошла на центр площадки под взглядами сотен глаз. Ноги ощущались налитыми свинцом, со стороны циновок, где расположились леди из павильона Зимних Слив, меня буравили взглядами, но спина оставалась прямой — если уж падать, то красиво.

Остановившись перед его высочеством Катэлем Аккрийским, я низко поклонилась. Затем второй раз — его свите, и третий — эльфийским гостям. Это было необязательно, но мне захотелось отдать дань уважения всем собравшимся. Истинная леди, как учила главная придворная дама в прошлой жизни, не возвышается над другими сиянием своего наряда или титула, а признаёт свет каждого, кто рядом. Слева сзади кто-то отчётливо фыркнул, и я готова была поклясться, что это Ханами. Ну и пусть. Она уже показала свой талант, теперь мой черёд.

Словно прочитав мои мысли, принц Катэль благосклонно кивнул и спросил:

— Чем вы порадуете нас, юная тень огненных клинков? Нужно ли что-то особенное для демонстрации вашего дара?

— Да, ваше высочество. Мне не помешала бы музыка. — Я поклонилась вновь и подняла взгляд, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Если музыканты не откажутся, прошу перебирать струны чуть быстрее, чем это принято для женского танца.

Гости удивлённо зашептались. Несколько дам прижали веера к губам, кто-то ахнул. «Какое невежество! Быстрее?» Здесь, на Огненном Архипелаге, красота танца измерялась в плавности, а не в стремительности. Однако его высочество не повёл и бровью, лишь кивнул и дал знак музыкантам, чтобы те исполняли.

Слуги озадаченно переглянулись. Один из музыкантов неуверенно коснулся струн сямисэна, другой добавил удары по барабану. Я закрыла глаза, прислушалась… Нет, слишком тягуче. Богиня отобрала у меня «женские» таланты, моя задача — сделать их мужскими.

— Быстрее, — сказала я. — Ещё быстрее.

Пальцы музыканта заметно дрогнули, но он послушался. Струны запрыгали в такт, как капли весеннего ливня по черепичной крыше.

Да. То что нужно. Музыка теперь совсем не «женская».

Я шагнула в сторону и наклонилась к остроухому красавцу, которого заметила ещё раньше. Он не танцевал и всё это время хмуро простоял со скрещенными на груди руками в тени огромного куста рододендронов. Белые, как зимний иней, волосы были убраны в высокий хвост-косу, но не это меня в нём привлекло в первую очередь, а сапоги. Из-под высоких кожаных голенищ торчали рукояти клинков, и судя по малому количеству драгоценных камней — не декоративных, самых настоящих! Ни у кого другого я не заметила подходящего оружия: заморские гости пришли без клинков вовсе, леди из павильона Зимних Слив и свита принца блистали лишь расшитыми тканями и драгоценностями, а небесная стража стояла в полном вооружении — с алебардами и тяжеловесными катанами, которые никак не годились для танца.

Эльф вскинул на меня светло-зелёные глаза и на мгновение задержал вопросительный взгляд. В них было что-то непроницаемое, как в ледяном озере — ни одобрения, ни насмешки, лишь бесстрастная тень.

— Простите мою дерзость, — прошептала я и указала на его ноги, — позвольте одолжить их ненадолго.

Эльф изогнул бровь, но, быть может, его тронула сама смелость просьбы — и он молча наклонился и отстегнул ножны. Я благодарно кивнула и ощутила в руках холод металла. Лезвия коротких клинков засверкали в свете фонарей, у них оказались узкие изогнутые лезвия, отточенные до зеркального блеска. Идеально то, что нужно!

Музыка ускорилась, и я сделала первый шаг.

В прошлой жизни я сотни раз мучила себя уроками танца с веерами и атласными лентами. Плавные изгибы кистей, изысканные позы, мягкость движений — всё это давалось мне хуже, чем рисование и каллиграфия. Я чувствовала себя неловкой куклой, а учителя только устало вздыхали.

Но я заметила одну вещь: если заменить веера на клинки и двигаться быстрее, не пряча резкость, а подчёркивая её — то движения превращались в нечто иное. В ритм битвы. В «мужской» танец, который не унижал меня, а возвышал. Скорость рождала красоту.

Я сделала поворот — клинки вспыхнули в воздухе. Прыжок — сталь поймала отблеск фонаря и разрезала тень. Сотни глаз следили за каждым моим шагом. Я кружилась, резко меняла позу, и свет фонарей дрожал на лезвиях, будто огонь и луна слились в моих руках.

И пусть со стороны это смотрелось до невозможности «по-мужски» для такого утончённого праздника — мне было всё равно. Богиня могла забрать у меня что угодно, но точно не этот навык.

Шаг, поворот, подбросить — как веер — и поймать за рукоять. Снова подбросить. Поймать. Это было похоже на утреннее упражнение с мастером Пяти Ветров с той разницей, что я не старалась сейчас никого ударить или попасть в цель — просто изогнуться и поймать лезвием свет, пустить зайчик, резко изменить позицию и сделать всё под музыку, благо слух у меня имелся.

Музыка закончилась неожиданно, и я так же неожиданно не совсем ровно поймала клинок, поцарапав ладонь, но сжала зубы, склонилась в низком поклоне и спрятала руку в рукаве. Да уж, тренироваться с клинками — это вам не с веерами… Срезанные с ветвей лепестки сакуры сыпались сверху, медленно ложась на мои плечи, голову и камни вокруг. Я только сейчас поняла, что так увлеклась, что не заметила, как задела несколько бутонов.

Я тяжело дышала, сердце грохотало.

Сейчас отдышусь, вернусь в покои, перемотаю руку и лягу спать… Хватит с меня и этого торжества, и подколодной змеи Ханами. Ауч, какие же острые эти эльфийские клинки, выходит… никогда бы не подумала.