Второй шанс для многохвостой лисицы

Прода 12.03.2026

«Вот и попалась даже без вещественных доказательств», — поняла я, да и все в пагоде.

Пауза затянулась.

Леди Рейко замерла. Губы приоткрылись, но ни одного слова не последовало. Цвет снова медленно начал уходить с лица. Волнами.

— Взять её! — ледяным тоном приказал принц. — В темницу. И леди Арданэль тоже.

— А меня-то за что⁈ — воскликнула исэи павильона Зимних Слив, которая до сих пор стояла в стороне и наивно считала, что её никто ни в чём не подозревает.

— За помощь в организации преступления. Стража, обыщите покои леди Арданэль и принесите доказательства, — отдал последний приказ принц Эван, а затем круто развернулся и вышел вон из пагоды, несмотря на бурю, которая только-только здесь поднималась.

Я юркнула вбок, продемонстрировала страже свою форму — и меня выпустили без вопросов.

Глава 32. Ханами

Солнце давно скрылось за горизонтом, а я всё бродила по дворцовым дорожкам, так и не находя в себе сил вернуться в павильон Стальных Копий и лечь спать. О каком сне могла идти речь? Сердце колотилось где-то в районе горла, то и дело меня бросало то в жар, то в холод от сцены, свидетельницей которой я стала в пагоде.

Это ж настолько леди Рейко хотела стать влиятельной особой, что не побоялась подлить его высочеству приворотное зелье! А Яори молодец… Умный всё-таки дракон. Я наивно думала, что надо забрать флакон из комнаты Ханами, и на этом всё, а он поступил куда дальновиднее: рассказал всё принцу, и они вдвоём придумали такую ловушку.

Тут не просто изъят флакон из мангового дерева, но и неоспоримые доказательства того, что именно леди Рейко его заказала! А у кого — снова стало понятным лишь после сегодняшнего ритуала. Леди Арданэль выдали лишь взгляды, но, судя по всему, у шестого принца и его Правого Крыла всё было схвачено: кто-то пристально наблюдал за обеими женщинами заранее. Если бы не тот полный торжества и радости мимолётный взгляд леди Рейко на исэи, то неизвестно сколько бед ещё бы принесла Арданэль. Опять же, готова спорить, что именно она и Ханами помогла с зельем Расплывчатого Сознания. Нет, Яори всё же гений! Так всё придумать, так всё обставить…

Стемнело. Ноги сами собой привели к южным воротам, я и не заметила как. Я поймала себя на том, что задумчиво рассматриваю тории, которые стояли чуть поодаль, за пределами дворца. Алая арка вырастала из темноты, будто вырезанная из закатного солнца. Строгие перекладины чётко вырисовывались на фоне ночи, а тени от зажёгшихся фонарей ложились ровными полосами на каменную дорожку, ведущую за пределы дворца.

Тории на центральном острове носили защитную функцию даже бóльшую, чем сами ворота. Если последние не пропускали врага физического, то арка отпугивала Мёртвые Души. Я посмотрела на неё и мысленно себе поставила зарубку: надо всё-таки рассказать Яори о грядущем прорыве. Уже полгода в этой реальности, время летит неумолимо. До сих пор у меня так и не получилось ни с кем поговорить на эту тему, но, в отличие от Мирана, Правое Крыло мне поверит. В грядущее землетрясение же поверил. Он вообще, как выяснилось, на редкость понимающий дракон.

Ровно на этих мыслях я кивнула себе, развернулась и… нос к носу столкнулась с Ханами. То, что это именно она, я поняла сразу — по взгляду, полному такой густой обжигающей ненависти, что захотелось отступить на шаг.

Кимоно некогда барышни из павильона Зимних Слив было испачкано и даже порвано в двух местах, волосы растрёпаны, ни румян, ни макияжа, а вместо многочисленных канзаши — ровным счетом ничего. В левой руке Ханами сжимала грубый холщовый мешок, набитый так плотно, что ткань натянулась и угрожающе трещала. Правую она прижимала к себе, широкий рукав всё скрывал, но по неестественным очертаниям ткани сразу становилось ясно: кисти там больше нет. Судя по тому, как ровно держалась Ханами, а не загибалась от боли на футоне, исэи сжалились и полностью обезболили наказание.

Бывшая подруга поймала мой взгляд, и кривая усмешка исказила её лицо.

— Радуешься, да? Что Мирана у меня отбила? — сказала она, даже не пробуя соблюдать правила приличия, и плюнула на землю около моих сапог. — А меня вот выгоняют из дворца. Я, между прочим, из-за тебя никогда теперь ни риена своим талантом не заработаю!

Она демонстративно пошевелила правым рукавом, из-под которого вырвалось золотое сияние. Ну точно исэи поработали.

— Не из-за меня, а из-за себя, Ханами, — ответила ровно, опустив ремарку про Мирана. — Ты неоднократно воровала вещи у господ, я уже молчу про кражу золотой печати из хранилища. Ты знала, на что идёшь.

— Да не воровала я! — зарычала она.

Спутанная прядь упала ей на лицо. Так как одна рука была занята, а второй кисти теперь не было, дёрганым движением шеи Ханами откинула прядь за спину. Гнев сменился раздражением.

— Эти зажравшиеся оборотни и драконы, как правило, даже не замечали, что у них что-то пропадало. Подумаешь! Амулет тут, шкатулка там… Это ерунда для них, а для меня — целое состояние! Я благодаря этому хоть какие-то деньги имела. Ты хотя бы представляешь, сколько могут заработать девушки в павильоне Зимних Слив⁈