Второй шанс для многохвостой лисицы

Прода 11.03.2026

Он что, знал⁈

Выходит, Яори его вовремя предупредил… Так где же тогда сейчас сам Правое Крыло? Почему он напомнил мне прийти, но его здесь нет самого?

Тем временем откуда-то из толпы бодрым шагом вышел Масанори-сан. Его появление словно разрезало шум: разговоры стихли, люди инстинктивно расступались, пропуская его вперёд. Он остановился перед принцем, низко и чинно поклонился его высочеству, после чего поднял ладонь и едва заметным жестом попросил позволения прикоснуться к напитку.

Получив знак согласия, Масанори-сан выпрямился, не торопясь извлёк из складок одеяния тонкий металлический предмет — не то иглу, не то длинную металлическую спицу — и помешал содержимое чаши несколько раз.

Достал.

Там, где спица соприкасалась с содержимым, она окрасилась в бурый цвет. Толпа ахнула. Тут и переводить на язык простых людей не надо было, что да, запрещённая магия над напитком его высочества принца Аккрийского имела место быть.

Тишина повисла такая плотная, что, казалось, её можно было рассечь алебардами.

Принц Эван медленно поднялся на ноги. Улыбка с лица исчезла. Он выпрямился и обвёл взглядом пагоду. Спокойно. Внимательно. По-драконьи жёстко.

— Значит, вот как, — произнёс он негромко.

От этих слов по толпе прокатилась новая волна шепота. Леди Рейко побледнела, хотя всё ещё держала спину идеально ровно. Леди Арданэль, напротив, попыталась улыбнуться, но получилось криво и неубедительно.

— Это какая-то ошибка… — начала было Рейко, но голос предательски дрогнул.

— Ошибки здесь нет, — спокойно ответил Масанори-сан, отступая на шаг и снова кланяясь. — В настое присутствуют явные следы магии.

Про усиление на драконью кровь он говорить не стал, но я понимала: зачем обычным людям знать такие нюансы? А если уж в приготовлении была замешана сама исэи павильона Зимних Слив, то зелье приготовлено как надо.

— Но я ничего не делала! — возмутилась леди Рейко. К этому моменту она пришла в себя, и даже цвет лица вернулся прежний. — Можете меня обыскать, у меня ничего нет с собой!

«Ну конечно, от флакона она уже успела избавиться, пока шла на выход… Наверняка где-то валяется под ногами», — подумала я про себя с неудовольствием.

— Не сомневаюсь, что вы уже избавились от флакона, леди Рейко, — неожиданно ответил принц Эван, буквально читая мои мысли. — Вот только заметьте, я ни в чём вас не обвинял. К моей чаше подходило множество людей, перед вами была леди Ярина, и заметьте, она хоть и испугалась за моё здоровье…

Я бросила взгляд на барышню в салатовом кимоно и не могла не отметить того факта, что она тоже значительно побледнела и приложила ладони к сердцу.

— … но она не начала оправдываться. А вы — стали. Знаете, есть прекрасное выражение: тот, чьи руки нечисты, первым чувствует жар. Мне кажется, оно прекрасно иллюстрирует сложившуюся ситуацию.

Леди Рейко нервно рассмеялась: слишком быстро и слишком громко для наступившей тишины.

— Я всегда знала, что его высочество обладает тонким чувством юмора, — произнесла она с натянутой улыбкой. — Прошу понять… я просто переволновалась. Стража появилась слишком внезапно, их было так много… на миг мне показалось, будто меня уже признали виновной. Да и то, что я согласна на осмотр, разве не говорит о том, что я и в мыслях предположить такое не могла? Любой бы растерялся в такой обстановке — всё-таки речь идёт о посягательстве на члена наследного рода огненных драконов.

Она огляделась по сторонам, выразительно глядя на мужчин в небесно-голубых доспехах. Они действительно сомкнулись не только вокруг пагоды, но и каким-то образом оказались среди подданных в зале.

— Приятно осознавать, что вы понимаете, насколько серьёзен проступок, — с каменным лицом отвел Эван. — Всё-таки речь о магическом вмешательстве. Опасном, особенно если магия направлена на волю принца.

«Что он делает? Почему её до сих пор не арестуют?» — подумала про себя.

— Уважаемый мастер Трёх Ветров Сейджин-сан, — тем временем принц Эван обратился к одному из моих наставников, — зачитайте, пожалуйста, какое наказание предполагается тем, кто спланировал какое-либо покушение на принца.

— Посягнувший на волю члена наследного рода, прибегнувший к запретной магии, приговаривается к смертной казни через обезглавливание мечом. Ибо воля правящих драконов есть воля Огненного Архипелага, а искажение её — тягчайшее преступление против трона и драконьей крови. Для леди благородных кровей есть послабление в виде Дара Яда, для крылатых господ и самураев — добровольный уход из жизни по кодексу чести, — наизусть оттарабанил мой учитель, вытянувшись в струнку.

Леди Рейко кашлянула.

— Как же всё-таки хорошо, что меня не обвиняют. Повторюсь, я была последней, кто принимал ваши благодарности, но чашка с настоем, смею заметить, стояла довольно долго. Кто угодно мог подлить приворотное зелье, верно?

Принц Эван чуть склонил голову набок, и в этом движении было больше интереса, чем удивления.

— Приворотном? — переспросил он спокойно. — Любопытный выбор слова, леди Рейко.

Он перевёл взгляд на Масанори-сана.

— Насколько мне известно, уважаемый исэи сказал лишь о наличии магии в настое. И только. Так откуда же вы знаете, что зелье было приворотным?