Второй шанс для многохвостой лисицы

Прода 17.03.2026

— Да, я уверена, прорыв будет сегодня. — Я посмотрела на солнце на небе, поёжилась от воспоминаний годовой давности и добавила: — Меньше чем через полчаса. И нет, я не буду сидеть в павильоне Небесного Дракона. Я тень огненного клинка и буду сражаться, как и все воины.

Эван покачал головой и вздохнул, а затем внезапно притянул к себе и крепко обнял. Мелькнувший вдалеке слуга явно шёл в нашу сторону, но стоило увидеть, что принц Аккрийский обнимает барышню, как он тут же округлил глаза от испуга и спрятался за угол.

Я мысленно усмехнулась: формально я старалась держать дистанцию с Эваном, но дворец уже давно полнился слухами о том, что шестой принц ухаживает за кицунэ. И да, стоило получить второй хвост, как мой статус тоже значительно вырос в глазах общества. Да что там — общества! Сами старшие принцы Олсандер и Катэль неожиданно стали относиться ко мне весьма благосклонно. Хотя, возможно, тут сыграло роль и то, что сам Эван буквально светился от счастья после наших совместных вылазок.

— Хорошо. — Эван чуть отстранился и привычно чмокнул в лоб. — Но учти, за стены дворца имеют право вылетать драконы и воины старше звания мастеров Трёх Ветров. Все тени и простые огненные клинки останутся внутри и будут отражать атаки с воздуха, если они возникнут, охранять слуг, пожилых господ и леди и следить за дисциплиной, чтобы не началась паника. Я очень надеюсь, что тебе не придётся сражаться вообще.

Я кивнула. Я тоже на это надеялась.

— До встречи после прорыва? — Он внимательно посмотрел мне в глаза.

— До встречи, — серьёзно подтвердила я. — Береги себя.

Мы попрощались без лишних слов, и я направилась в свою комнату в павильоне Стальных Копий. Коридоры дворца в этот час были непривычно тихими: шаги гасли в мягких татами, солнечный свет как будто потускнел. Все обитатели дворца были предупреждены о грядущей «полосе испытаний», как решили окрестить прорыв на закрытом совещании первые лица Огненного Архипелага и оракулы. Я понятия не имела, какие слова Эван подобрал, чтобы ему поверили, но ему пошли навстречу. В этом плане даже утром были открыты южные ворота дворца, и всем на острове было рассказано, что провести день в молитвах в стенах дома Аккрийских — хорошая идея. Именно сегодня молитвы будут услышаны, но делать это надо не где-либо, а в пагоде при павильоне Небесного Дракона.

Одним словом, всё, что можно было сделать, чтобы защитить население, было сделано.

Войдя к себе в комнату, я первым делом активировала магический сундук, за который когда-то заплатила целую горсть риенов, и достала эльфийские клинки — подарок князя Рассветного. Пара была идеально сбалансированной: тонкие, чуть изогнутые лезвия с россыпью бриллиантов на рукоятях. Но не это было в них самым ценным.

Требование, что в бой могут вступать только старшие огненные клинки, было более чем логичным. Мы имели дело не с существами этого мира. Мёртвые Души приходили из Нижнего Мира — иные по самой природе, скользкие для обычного оружия, нечувствительные к боли и ранам. Простая сталь проходила сквозь них, не оставляя следа, магия рассыпалась, не находя опоры. Их могла взять лишь сила, сотканная на границе миров. Эльфийские кинжалы князя были именно такими — магическими.

Я проверила крепления, провела пальцами по рукоятям, позволяя клинкам настроиться на меня. В груди отозвалось знакомое напряжение готовности ко всему. Я шумно выдохнула, пристегнула оружие к поясу и вышла на песочную площадку, где собрали всех огненных клинков и их теней.

Небо почернело.

И хотя я морально уже переживала вторжение Мёртвых Душ в той жизни и даже знала точно день и час, когда это произойдёт, всё равно это стало внезапным. В груди закололо. Солнце затянуло тучами, краски поблёкли, а тени у ног стали неправильными, будто тянулись не к земле, а к чему-то под ней. Воздух сгустился, зазвенел, и купол над дворцом отозвался низким гулким дрожанием — так дрожит стекло, когда в него бьются изнутри.

И они пришли.

Мёртвые Души просачивались в наш мир из огромных чёрных воронок. Полупрозрачные, светящиеся изнутри каким-то холодным, режущим глаз сиянием. Одни походили на искажённые тени людей — с вытянутыми конечностями, с провалами вместо лиц. Другие были вовсе бесформенными: клубки света и мрака, рваные силуэты, которые менялись прямо на глазах, не в силах удержать форму. У некоторых из них вдруг проступали фрагменты — рука, челюсть, глаз, а затем эти сгустки перетекали в уродливые щупальца, гигантские клешни и хвосты с ядовитыми жалами. Устрашающими росчерками они пересекали небо и стремительно наполняли наш мир. Гигантский не то спрут, не то морская креветка посмотрел на нас, показал клыки и рванул в сторону дворца, но ударился о невидимый купол.

Я вздрогнула. Кто-то позади вскрикнул. Именно в этот момент раздался звук низкого буйволиного рога, а следом за ним барабанщики застучали колотушками, добиваясь нужного ритма.

Бум. Бум. Бум!

Невидимый купол над дворцом вспыхнул, отвечая на барабаны. По нему вдруг побежали магические иероглифы: защита, жизнь, вода, воздух, огонь… Мёртвые Души, почуяв сопротивление, завыли, и это отозвалось давлением на уши, холодом в висках и мутной болью под черепом.