Продана (СИ)

Глава 33. Кассиан

Солнце заливает сад, превращая капли росы на розах в россыпь бриллиантов. Кроваво-алые лепестки, контрастируя с изумрудной зеленью, кажутся зловещим предзнаменованием. Я всё ещё стою у окна, не в силах оторвать взгляд от этой дьявольской красоты. В голове — каша из ярости, отчаяния и, чёрт возьми, чего-то похожего на… надежду?

Надежду на что? На спасение? На искупление? Бред.

Стук в дверь вырывает меня из тишины.

— Войдите, — произношу лениво, словно слова доносятся откуда-то издалека, из другого мира.

В кабинет входит Марко, один из моих самых доверенных людей, главный солдат. Бросаю на него беглый взгляд и снова поворачиваюсь к окну. Марко знает свою роль и не станет докучать мне по пустякам.

— Синьор… Мы обнаружили взлом системы безопасности. Очень тонкий, почти хирургический. Локализован в пределах виллы. Безопасности не угрожает.

Приподнимаю бровь. Игра в кошки-мышки началась? Я прекрасно знаю, кто резвится с камерами. Моя сестра.

— Вот как? И что обнаружилось?

Марко запинается и опускает взгляд.

— Ваша сестра… — Он делает паузу, словно боится произнести остальное. — Она выпустила вашего заложника…

Я отхожу от окна и, не говоря ни слова, подхожу к барному шкафчику. Плескаю щедрую порцию виски в стакан и делаю большой глоток. Обжигающая жидкость разливается по горлу, ненадолго отвлекая от бушующей в душе бури.

Эта новость… неожиданна. Но не настолько, чтобы удивить меня. Я всегда знал на что она способна. Просто раньше никогда не направляла свой талант против нас, против семьи. Это… дерзко. Я лично приложил руку к её обучению, чёрт возьми.

— И когда он сбежал? — спрашиваю, стараясь сохранить голос ровным. Мой тон, видимо, сбивает Марко с толку, потому что он застывает на месте, словно не веря, что я не впал в привычную ледяную ярость.

Странно, но… кажется, будто груз падает с моих плеч. Как можно "подружиться" с тем, кого я держу в темнице? Значит, Милана, сама того не подозревая, станет главной приманкой. Мишенью. Всем на свете, что приведёт меня к чёртовой пристани. И не только...

— Несколько часов назад… — отвечает Марко, всё ещё в напряжении.

Несколько часов… Пока я трахал Милану своим языком её брат сбежал от меня? Ирония судьбы, не иначе! Я говорил Милане, что подумаю, отпускать ли её брата. А сейчас… Элли сама его выпустила, облегчив мне задачу. По идее, я должен испытывать гнев. Но его нет.

— Хорошо… — говорю, не зная, как ещё отреагировать. Больше ничего не приходит в голову.

— Но это еще не всё… — не унимается Марко.

Поднимаю бровь, давая ему понять, чтобы продолжал.

— Взгляните на последние записи… Дэвида и вашей сестры. До того, как они были изменены!

Киваю, подтверждая, что посмотрю.

— Где сейчас Элли?

— Она пошла к Милане, синьор. Кажется… гордится тем, что провела нас всех.

Усмехаюсь. Она всегда была умна. Я, конечно, мог бы догнать Дэвида, снова запереть его в темнице. Но нет. Всё меняется. Теперь я буду использовать Милану. Буду извлекать выгоду из своей одержимости ею, из своего желания… трахать её, как помешанный. Может сделать ей ребёнка? Что за бред лезет мне в голову? Я не хочу больше детей… нет… не сейчас. Но перспектива влюбить её в себя, привязать к себе, кажется такой заманчивой. Такая связь станет самым эффективным методом добиться той лояльности, которой у меня пока нет. Обещаю обдумать это позже.

— Ты свободен…

Марко облегчённо вздыхает. Но рано.

— …но… ты допустил ошибку. Серьёзную ошибку. А если бы это была не Элли? А, к примеру, наш враг?

Смотрю на него в упор, не выдавая ни единой эмоции. Ошибок я не прощаю.

Марко начинает что-то неразборчиво лепетать, пытается оправдаться.

— Я обнаружил взлом очень быстро, быстрее, чем это было бы возможно для кого-то извне…

Усмехаюсь.

— Но он сбежал. И, так или иначе, моя сестра провела вас вокруг пальца. Такие ошибки не прощаются.

Вижу, как он застывает, как его лицо становится серым.

— Пока можешь идти, — бросаю небрежно.

Он не дожидается повторения и быстро покидает кабинет.

Хватаю рацию, настраиваюсь на нужную частоту.

— Всем постам! Говорит Кассиан. — Голос звучит ровно, несмотря на клубок мыслей, терзающих мой разум. — Сегодня никакого явного наблюдения за Миланой. Никакой слежки, никаких подозрительных взглядов. Максимум — мониторинг по камерам. И… всю охрану в помещении перебросить к выходу из катакомб. Путь внутри должен быть открыт. Действовать по ситуации, но не вмешиваться без приказа. Меня поняли?

Дождавшись подтверждения от всех постов, отключаюсь. Сейчас за Миланой буду следить только я. И камеры, мои верные глаза. Открываю ноутбук, ввожу пароль. Нужно найти последние записи с камер, зафиксировавших Дэвида и Элли.

Вот они. Дата, время. Прокручиваю.

Последние записи датируются сегодняшним утром, четыре часа. Они почти выбрались из катакомб. Невероятно… но они двигаются, как команда. Слишком… слаженно что-ли. Элли набирает кодовый пароль на двери, ведущей наружу, и… этот чёртов Дэвид хватает её за шею. И целует. Какого хрена здесь творится?

Внутри поднимается волна ярости. Переключаюсь на другую камеру, где удалось вытащить более чёткое изображение лица моей сестры.

Чёрт, она наслаждается. Её руки обвивают его шею, притягивая ближе. Она… наслаждается поцелуем.

— И как это понимать? Как мне, твою мать, реагировать на это? — рычу в пустоту комнаты.

Какого хрена он лапает мою сестру? На видео его руки скользят со спины к её заднице, сжимая и прижимая её ещё ближе. Поцелуй становится страстным, полным желания… подготовка к сексу. Это не невинный, девственный поцелуй, это… нечто гораздо большее. Хочется убить этого сопляка прямо на месте.

— Скажи спасибо, что сбежал! — рычу, не в силах оторвать взгляд от этого зрелища.

Резко захлопываю ноутбук, словно таким образом могу прервать это мерзкое действо.

Внутри поднимается не просто ярость, а какой-то первобытный, животный гнев. Что, чёрт возьми, между ними произошло, пока я, твою мать, был занят капореджиме и… Миланой?

Пока я каждую ночь приносил Милане эти проклятые розы, пока сгорал от того, что не могу позволить себе трахнуть её, как того желаю, моя сестра плела интрижку с её братом? Не это ли самое настоящее извращение? Я и Милана, Элли и Дэвид. Это отвратительно, учитывая тот факт, что у моего отца мог родиться ребёнок от матери Миланы, будто наша связь была предрешена и это выводило меня из себя больше всего. Всё становится как-то… уродливо переплетенным. Я вязну в этой паутине лжи, похоти и мести.

— Нужно успокоиться… — шепчу я себе, беря себя в руки.

Вдох. Выдох. Дышу глубоко, пытаясь унять дрожь.

Может, они влюблены? И это ещё одна возможность для того, чтобы удержать Милану, заполучить эту чёртову пристань? Мерзко даже думать об этом. Насколько низко использовать чувства сестры, если они вообще у неё есть, к этому рыжему ублюдку? Я предпочту использовать свои чувства, свои желания, для того, чтобы заполучить эту пристань, но не чувства сестры, даже несмотря на то, что она совершила такую дерзость. Хотя, справедливости ради, Элли никогда не поддерживала эту месть, я это знал. Но я не думал, что она зайдёт настолько далеко.

И теперь… я могу потерять Милану. Отдать её Дону — это значит потерять её навсегда. Я не могу допустить этого. Ни таким образом, ни сейчас, никогда.

— Она будет принадлежать мне… всегда… — шепчу я в пустоту, будто здесь кто-то есть, кто может услышать этот мой собственнический бред.

Одержимость ею, словно проклятие, въелась в мою кровь, в каждый миллиметр моего тела. Сейчас она для меня ценнее этой пристани, ценнее предполагаемой войны с Доном.

Снова включаю ноутбук. Нужно проследить за ней. Я незаметно установил в её комнате камеры, крошечные, практически невидимые глазки. Хочу, чтобы она всегда была у меня в поле зрения.

Вот она. Притворяется, что только что проснулась. Чертовка. Открывает дверь, осматривается, нет ли никого, и резко закрывает её. Мечется по комнате, как загнанный лисёнок, явно в поисках чего-то, что можно забрать с собой. Одежда, какие-то мелочи… Она даже не знает, что все эти мелочи для меня не значат абсолютно ничего.

Я уже предвкушаю эту игру в кошки-мышки. Интересно, как она отреагирует на то, что ей не скрыться, не сбежать, что она уже в ловушке, в поле моего прицела? Она — моя цель с самого начала, и я не намерен её отпускать. Никогда.

— Сегодня ты станешь моей… — говорю я, даже не отдавая себе отчёта, как это прозвучало. Монотонно, но настойчиво. Словно проклятие. Чувствую, как учащается пульс, как по телу разливается жаркое, томительное возбуждение. Я хочу её. Прямо сейчас. Хочу ощутить вкус её кожи, услышать стоны, увидеть дикий блеск в её глазах. И меня ничего не остановит.