Продана (СИ)

Эпилог

Я знаю, свадьба будет шикарная, соберутся сливки общества, мафиозные кланы, возможно, весь синдикат Кассиана, но… как же моя сестра? Если брат исчез, скрылся, и я предполагаю по какой причине, то сестра… я хочу, чтобы она была со мной в этот момент.

— Какое условие? — голос Кассиана звучит напряжённо.

Он смотрит на меня выжидающе, словно я действительно готова отказаться, но нет, я не собираюсь отказываться, то, что казалось изначально, как принуждение, как клетка, из которой не выбраться приобрело другой смысл. Сейчас я чувствую себя любимой, защищённой, и даже... свободной.

— Я хочу чтобы на свадьбе присутствовала моя сестра, — отвечаю на одном дыхании, и вижу, как Кассиан сжимает губы в тонкую линию.

Да, это серьёзное условия, с учётом того, что во мне растёт наш ребёнок, но я надеюсь, что сестра найдётся раньше, чем я успею родить.

— Хорошо, — наконец произносит он, и, притягивая голову ближе, целует меня в лоб, задерживая губы на моей коже дольше, чем достаточно для поцелуя. — Мы найдём твою сестру, и она будет присутствовать на нашей свадьбе… Я обещаю.

— Спасибо, — отвечаю я, и, перехватывая его руку, целую его в костяшки пальцев, пытаясь вложить в это прикосновение всю благодарность, на какое способна.

— Чёрт… как я и говорил тебе раньше, лисёнок, спасибо на член не натянешь, — рычит Кассиан, и я не успеваю даже понять, как он падает передо мной на колени. Прямо к моим ногам, рывком задирая платье.

Мои пальцы машинально запускаются в его густые, тёмные волосы, пока он поднимает моё платье, собирая в гармошку у талии. Господи, дикое возбуждение захлёстывает меня с головой, за считанные секунды. Его взгляд, направленный прямо к моим мокрым трусикам, проникает словно в меня, даже не касаясь.

И это зрелище… чертовски возбуждающее зрелище… его тёмная макушка у моих ног — просто срывает мне крышу.

— Покажи… как ты хочешь меня, насколько ты хочешь меня? — шепчет он, и… О. Боги. Он носом упирается прямо в мой клитор, вдыхая мой запах, словно я — его наркотик.

Это прикосновение вызывает волны удовольствия по всему телу, клитор мгновенно начинает пульсировать, моля о его прикосновениях, о его языке, чёрт, о его члене. Я издаю хриплый стон, не в силах сдержаться.

Подхватив меня под задницу, Кассиан садит меня на край кушетки. Снова его лицо находится в дюйме от моего клитора, он просто дышит на меня, обжигая кожу горячим воздухом. Меня трясёт от желания.

— Покажи, покажи сама, как ты меня хочешь… — рычит он, и его пальцы впиваются в мои бёдра, удерживая меня на месте.

Я раздвигаю ноги шире, бессознательно отодвигаю кружевную ткань трусиков в сторону, позволяя ему насладиться моим возбуждением. Кажется, я горю изнутри, и если я сейчас же не кончу от его языка, от его члена, я просто умру.

— Раздвинь пальцами, покажи, как ты плачешь по мне… — командует он, глядя на меня так, будто готов наброситься и поглотить меня в ту же секунду, просто сожрать целиком.

В его глазах пляшут черти, и я послушно раздвигаю ноги ещё шире, чтобы мне было удобнее найти точку опоры. Мои руки, дрожа, раздвигают мои собственные складки. Боже, смазки так много, что она стекает на внутреннюю часть бёдер, пальцы мгновенно становятся мокрыми.

Кажется, это зрелище только больше заводит его.

Я вижу, как напрягаются мышцы на его шее, как он сглатывает, не отрывая взгляда от моей киски. И тогда я осмеливаюсь заговорить.

— Ты… ты хочешь только смотреть? — хриплю я, чувствуя, как краска заливает мои щёки. Сейчас я чувствую себя такой открытой, такой... желанной.

Кассиан молчит, лишь хищно блестит глазами. Он хватает меня за бёдра, притягивая ещё ближе, и я чувствую, как его горячее дыхание опаляет мой клитор.

— Я хочу всё, Милана. Всё, что ты способна мне дать.

С этими словами он набрасывается на меня, как голодный хищник. Я закрываю глаза, отдаваясь во власть момента, готовая утонуть в этом водовороте чувств.

Его язык мгновенно проникает во влагалище, пока пальцами он разминает, терзает, обводит кругами мой клитор. Каждое его движение — это взрыв, волна наслаждения, прокатывающаяся по моему телу. Он словно трахает меня языком, не в силах оторваться от меня.

Я чувствую, как внутри меня всё сжимается, готовое взорваться. Не в силах сдержать рвущиеся из груди звуки, я издаю громкие всхлипы, пока он проникает в меня всё быстрее и интенсивнее, а пальцы двигаются на клиторе с таким умением, словно он только этим и занимался всю свою жизнь.

Моё тело извивается, и я хватаюсь за его волосы, желая ещё большего, ещё глубже. Мои руки пропускают сквозь пальцы его волосы, направляя его в себя, умоляя его взять с меня всё, что он хочет.

Кассиан рычит, как дикий зверь, его голос полон похоти и желания. Его язык покидает моё тело, но лишь для того, чтобы облизать мой клитор. Он вылизывает меня так, словно целует в глубоком, французском поцелуе, и я чувствую, что вот-вот кончу, настолько интенсивно, что мой крик блаженства услышат даже на Таймс- сквер.

— Кончай, лисёнок, я хочу войти в тебя не языком уже… а членом, — рычит он мне в клитор, и его зубы легко смыкаются на нём, вызывая болезненность, вместе с невероятным блаженством.

— Господи… Кассиан, — кричу я, не в силах остановить его терзания, да, это терзания, невероятно приятные, невероятно интенсивные, словно я всё — что ему нужно, всё — чего он когда-либо хотел, и вот… он дорвался.

Кассиан делает ещё несколько движений языком, и я чувствую, как кончаю. Волны блаженства захлёстывают меня, и я прогибаюсь в спине, готовая потерять сознание. Он тут же засовывает в меня язык, глубоко внутрь, и мои мышцы с интенсивностью сокращаются вокруг него, пока я, как сумасшедшая, выкрикиваю его имя в последнем, самом крышесносном спазме.

— Чёрт… теперь моя очередь, — хрипло произносит Кассиан, отодвигаясь от меня и облизывая губы, покрытые моей собственной смазкой.

Его глаза горят настоящим голодом, почти безумным, но мне ни капли не страшно. Я хочу этого, хочу почувствовать его твёрдый член внутри, как он двигается во мне, как заполняет собой каждую клеточку моего тела.

Он нетерпеливо расстёгивает брюки, высвобождая мощный, налитый кровью член с набухшей головкой. Он практически бордового цвета, настолько твёрдый, что, кажется, ему самому сейчас больно. На головке блестит капелька, и я машинально облизываю губы, слегка двигая бёдрами, давая ему возможность войти в меня, принять его как можно глубже.

Он издаёт рык, перехватывает меня за шею и впивается в губы в голодном поцелуе. Мои рецепторы заполняются моим собственным вкусом, но это только распаляет моё возбуждение. Хочу его, хочу его здесь и сейчас. Немедленно.

Кассиан подаётся вперёд, и я чувствую, как его набухшая головка упирается в мой вход. Мои мышцы непроизвольно сжимаются, готовые принять его. Кассиан отрывается от меня, и его взгляд приковывается к тому месту, где наши тела вот-вот сольются в одно целое.

Кажется, он намерен пристально наблюдать за моей реакцией, пока будет трахать меня, и я… чёрт, мне хочется смотреть на это не меньше.

— Ты сносишь мне крышу, — рычит он, и я ощущаю, как его член медленно проникает внутрь, даря ни с чем не сравнимое блаженство.

— Не хочу даже дня проживать без твоей тугой киски, я зависим от тебя.

Кассиан делает толчок, и его член полностью проникает в меня, растягивая до предела. Я издаю вскрик чистейшего удовольствия, чувствуя, что он полностью во мне — внутри, заполнил всю пустоту.

Раздаётся звонок телефона, нарушая тишину.

Кассиан замирает во мне, кажется, от него исходит энергия убийцы. Он готов прикончить любого, кто посмел нам помешать.

— Возьми телефон, — шепчу я, чувствуя, как его твёрдый член подрагивает внутри. — Вдруг что-то важное.

Кассиан издаёт низкий, утробный рык, полный ярости, и я чувствую, как его тело напрягается, словно пружина.

— Stronzo di merda! (итал. — Грёбаный ублюдок!) — добавляет он сквозь зубы, выходя из меня с такой неохотой, что я невольно вздрагиваю от внезапной пустоты. Телефон продолжает звонить бесконечно, звук доносится из его пиджака, брошенного на кушетке неподалёку, — настойчивый, раздражающий гул, который эхом отдаётся в комнате.

Он быстро запихивает свой всё ещё твёрдый, блестящий от моей смазки член обратно в брюки, застёгивая их с такой яростью, будто готов разорвать молнию. Я вижу, как он возбуждён — выпуклость на штанах не спрячешь, и это только разжигает во мне огонь, несмотря на прерванный момент.

Я вскакиваю с кушетки, поправляя трусики и юбку дрожащими руками, и подхожу ближе к Кассиану, надеясь узнать, что происходит. Мои ноги всё ещё подкашиваются от оргазма, но любопытство — и лёгкий страх — берут верх.

— Да! — рычит он в трубку, выхватывая телефон из кармана пиджака. Его глаза метают молнии, и в этот миг он действительно выглядит как киллер — лицо искажено гневом, челюсть сжата, кулаки белеют.

— Какого, блядь, хрена? Чего тебе нужно, Джордано?

Кассиан явно не сдерживает себя, его голос гремит, эхом отражаясь от стен, и я не могу не хихикнуть тихо, прикрывая рот рукой. Видеть его таким раздражённым, с растрёпанными волосами и полураскрытыми брюками, — это почти комично, но возбуждающе.

Он прищуривает глаза, бросая на меня взгляд, полный обещания: в нём откровенное намерение трахнуть меня так, чтобы я не смогла нормально ходить ближайшие дни. Мне даже нравится этот взгляд — он заставляет меня умирать от предвкушения, тело снова наливается жаром, несмотря на ситуацию.

— Что? Нашли сестру? Серьёзно? — его тон внезапно меняется, гнев уходит, сменяясь чем-то другим: радостью? Триумфом? И предвкушением, как будто он только что выиграл крупную ставку.

Он быстро бросает в трубку:

— Подожди.

И вот его взгляд полностью приковывается ко мне. Я задерживаю дыхание, сердце колотится как сумасшедшее. Сестра… это же моя сестра, правда? Алекс. Мы столько времени её искали, и теперь…

— Милана… Алекс, её нашли… только… она теперь не Алекс Лисовских, — он потирает подбородок, продолжая смотреть на меня, его глаза изучают каждую мою реакцию. — В общем, у меня было предположение на счёт того, где она может быть, можно сказать, что я оказался прав. Только она не просто была похищена, а ещё и успела заключить сделку.

— Сделку? — переспрашиваю я, чувствуя, как мир слегка плывёт.

Понимаю, к чему он ведёт, но это не укладывается в голове. Неужели Алекс… чёрт, это не сильно на неё похоже. Она всегда была упрямой, но не до такой степени.

— Так вот, теперь Алекс не Лисовских, а Малрой. Она вышла замуж, брачный контракт, деловая сделка, — заканчивает Кассиан, и я смотрю на него ошарашено, рот приоткрывается.

Мало того, что мою сестру похитили эти ублюдки, так теперь она заключила контракт и вышла замуж быстрее меня? Это просто какой-то бред!

— Кассиан, а мы можем её забрать обратно? — уточняю я, голос дрожит от смеси облегчения и паники.

— Конечно, — отвечает он так уверенно, будто готов сделать это сию секунду, его рука ложится на мою талию, успокаивая. — Это сделка, лисёнок, ничего общего с настоящей свадьбой не имеет. Узнали наши люди из-за слива информации — подкупили кого надо, и вот, закрытая вечеринка с самыми горячими сливками американского общества оказалась в руках Джордано, ну и теперь, соответственно, в моих. Мы вытащим её, обещаю. Никто не посмеет держать твою сестру в клетке дольше, чем нужно.

Сердце пропускает удар. А вдруг… Боже… вдруг её насилует собственный муж… принуждает, избивает? Малрой… где-то я его слышала...

— Кто такой Малрой? — выпаливаю я на одном дыхании, хватаясь за руку Кассиана.

— Дэмиан Малрой, ещё его называют "Бродягой". Наверняка о "Бродяге" ты точно что-то слышала… — отвечает Кассиан, продолжая наблюдать за мной, его взгляд смягчается, но в нём сквозит осторожность.

Что-то такое я помню — ирландская мафия, слухи о жестокости. Он — не настоящий сын бывшего босса, да?

— Так он вроде бы приёмный, только почему "Бродяга" всё равно не ясно… — бормочу я, пытаясь собрать воспоминания в кучу.

— Потому что вырос на улице, не просто усыновлённый, а настоящий бродяга, в бедном ирландском районе. Там его и заметил их босс, вытащил из грязи, — отвечает Кассиан, его голос ровный, но я чувствую подтекст.

— Она… Господи… она наверное всё делает под принуждением, зная характер Алекс… Господи… а если этот подонок насилует её, Кассиан?

Кассиан издаёт ироничный смешок, и я чувствую, как меня начинает охватывать гнев. Моя сестра с каким-то ублюдком, который что-то от неё хочет, а он улыбается, вот так насмехается?

Посылаю Кассиану самый убийственный взгляд, на который способна.

Он подходит ко мне ближе, прижимая к своему здоровому плечу — тому, что не ранено, — но я не хочу сейчас его прикосновений. Для него это шутка, да?

Он видит мою реакцию и качает головой, усмехаясь шире.

— Не злись, лисёнок, есть одна особенность… он не сильно, скажем так, подвержен влиянию женщин, — отвечает Кассиан, и я немного успокаиваюсь, гнев отступает, сменяясь изумлением.

— Он что — гей? — выпаливаю я на одном дыхании.

Кассиан, кажется, уже вообще не может сдержать смех, и заливается им вовсю, его плечи трясутся, а я стою, фыркая от раздражения.

Да что смешного? Гей всё-таки лучше, чем какой-то горячий мужчина… как Кассиан, особенно для сестры. Она отрежет ему яйца одним мигом, и сделает из него омлет, а потом... потом сделают что-то подобное с ней в ответ. Гей — безопаснейший из вариантов.

— Нет, малышка, — наконец успокаивается Кассиан, целуя меня в висок, и я фыркаю снова, отстраняясь слегка, но позволяя ему обнимать себя. — Он просто… не очень любит женщин и всё. Есть слухи, что после какой-то старой истории он держится от них подальше, как от огня. Не то чтобы совсем, но… скажем, твоя сестра вряд ли окажется в его постели по его воле.

— И насколько он хуже тебя, или лучше? — уточняю я, и Кассиан прекрасно понимает, о чём я.

Если о Кассиане ходят легенды как о "Сицилийском волке" не просто так, то и "Бродяга" должен быть тоже чем-то известен.

— Не могу оценить по достоинству, но не ангел, милая, далеко не ангел. Жестокий ублюдок, если верить слухам, — вздыхает Кассиан, его пальцы гладят мою спину успокаивающе. — Но его отвращение к женскому полу сыграет нам на руку. Алекс, наверное, даже не успеет осознать, с каким монстром связалась, а мы уже её вытащим.

Да уж, тот час не легче, конечно. Но, возможно, это действительно шанс. Кассиан снова прикладывает телефон к уху. Ему что-то говорят на той стороне трубки — голос Джордано звучит приглушённо, но я улавливаю обрывки: "видео", "подтверждение", "вечеринка".

Кассиан кивает, его лицо снова становится серьёзным.

— Отлично, отправляй! До связи! — бросает он и отключается.

— Что ещё? — уточняю я, наблюдая, как Кассиану приходит сообщение в WhatsApp.

Экран загорается, и он поворачивает телефон ко мне.

— Смотри… это то, что удалось вытащить, — отвечает он, и открывает видео.

Сердце бешено колотится, когда я смотрю на экран телефона. Алекс… в белом платье, как ангел, хотя ангелом её точно не назовёшь. Рыжие волосы водопадом струятся по спине, такая противоположность моим кудрям, и видно, что стилисты потрудились на славу. Гости, море лиц, даже кто-то из правительства мелькает в толпе. Тупые ублюдки, устраивают свои закрытые вечеринки, думают, никто не заметит их грязные делишки. Но я вижу, что это просто игра на публику. Ирландская мафия пытается прогнуть русскую, но у них ничего не выйдет, особенно, когда мой брат выйдет из тени.

А вот и он… её будущий муж. Внешне — ледяной, неприступный, а Алекс смотрит на него, словно на гадкого таракана. Не то, чтобы он был некрасив, просто в нем нет жизни, нет тепла. Идеальный профиль, типичный для ирландского мафиози, каштановые волосы зачёсаны назад, открывая высокий лоб. Ему около 35, может, чуть меньше. Высокий, как и Кассиан, около шести футов, может, чуть выше, учитывая, что Алекс слегка ниже меня.

Он поднимает фату, и их взгляды встречаются. Словно два хищника присматриваются друг к другу. Ведущий что-то говорит о клятвах, и они оба отвечают. Он — с полным безразличием, словно зачитывает курс акций на бирже, а Алекс… она молчит.

Ей задают вопрос повторно, и она спешно выплёвывает: «Да!». И вот, Малрой хватает её за шею, заставляя задрать голову. Алекс смотрит на него с презрением, а его лицо остаётся бесстрастным.

И вот их губы встречаются.

Но… поцелуй длится слишком долго. Они словно борются, кто кого победит, кто кого сожрёт первым. Видео обрывается на поздравлениях.

— Это… чёрт… да они же сожрут друг друга, — выдыхаю я, не отрывая взгляда от экрана.

Кассиан пожимает плечами, отбрасывая телефон на кушетку.

— Не успеют. Мы уже напали на его след. Им просто не скрыться.

— Отлично, — отвечаю я, сжимая его руку так, что костяшки белеют. — Скоро мы сможем её освободить?

Я смотрю в его глаза, пытаясь прочитать его мысли.

— Думаю, не больше месяца.

Я киваю. Месяц — это целая вечность, но главное, что Алекс скоро будет рядом.

— А теперь… — Кассиан хватает меня за подбородок, заставляя поднять голову. — На чём нас прервали? — шепчет он хрипло, и волна возбуждения захлёстывает меня с головой.

Мы действительно не закончили. Мои пальцы сами тянутся к ширинке его брюк, освобождая его возбуждённый член, налитый кровью. Он хочет меня так же сильно, как и я его, и новость о сестре… чёрт, это лучшее, что я могла услышать сегодня.

— У меня есть ещё условия, — шепчу я ему, обхватывая его член рукой и двигая вверх-вниз. Он издаёт тихие, рычащие звуки удовольствия.

— Господи Иисусе, чего ещё ты хочешь, женщина?

— Хочу телефон, кредитную карту… хочу ноутбук… хочу…

Он обрывает меня на полуслове, подхватывая под задницу, заставляя раздвинуть ноги. Сажает меня на столешницу и срывает с меня трусы. Раздаётся треск разорванной ткани, и он, не теряя времени, оказывается между моими бёдрами.

— Будет тебе айфон, макбук, черная кредитка, что угодно… только мне нужно поскорее оказаться в этой тугой киске, — рычит Кассиан.

Я чувствую его набухшую головку у своего входа, и он, не давая мне времени, толкается в меня до упора. Его яйца с силой ударяются о меня, а мои мышцы тут же сжимаются вокруг него, с жадностью принимая его в себя.

Я издаю дикий, громкий стон удовольствия, чувствуя, как этот мужчина полностью заполняет меня собой.

— Чёрную кредитку? Кассиан… мне не нужна безлимитка… — выдыхаю я, чувствуя, как он выходит из меня, чтобы снова резко войти, жёстко, властно, до самого дна, заставляя мои мышцы болезненно пульсировать вокруг него.

— А мне нужна, — иронично рычит он, и его бёдра с громкими шлепками ударяются о мои. Пальцы сжимают мою задницу, удерживая на месте, позволяя ему контролировать глубину. Но я и так чувствую, что он глубоко, даже слишком.

— Мне нужен безлимитный доступ к твоей киске, так что я думаю… это будет вполне справедливым условием для нас двоих.

Его бёдра продолжают сотрясать моё тело, и я чувствую себя неимоверно хорошо. Этот мужчина — это всё, что мне нужно в этой жизни. Мой мужчина. Мой Кассиан Росси.