Вознесенная

Когда Расплетается Судьба



Я вскочила на ноги и бросилась к двери, но та исчезла. Там, где должен был быть вход, остался лишь гладкий камень.

Тэйс! — в мысленный голос Тэтчера вплелась паника. — Что случилось?

Я в святилище, — я старалась не дать страху просочиться через нашу связь. — Вэнс толкнул меня внутрь. Дверь пропала.

Держись. Я найду способ…

Нет! — меньше всего мне хотелось, чтобы он погиб, пытаясь меня спасти. — Оставайся у нитей. Найди способ их разделить. Я сама во всем разберусь.

Его нежелание пульсировало через нашу связь, но он знал, что я права.

Будь осторожна.

Серая нить тянулась мимо меня.

Я обернулась, чтобы осмотреть свою тюрьму. Святилище оказалось меньше, чем я ожидала, круглым и купольным. Но стены буквально дышали силой. По ним перетекали символы, меняясь на глазах, складываясь в слова на языках, которые я не могла прочесть, прежде чем раствориться в новых узорах.

В самом сердце зала стоял гигантский ткацкий станок, и серая нить вела прямо к нему.

А над ним висела вуаль.

Я замерла, разрываясь между ужасом и благоговением: вуаль начала принимать очертания. Видения показывали, как трещит сама реальность. Я видела, как рушатся барьеры между мирами, и тьма с голодным нетерпением давит на границы сущего.

Существа изливались через разрывы в пространстве. Они двигались подобно чуме по землям, которых я не узнавала, пожирая все на своем пути.

Видение сменилось, и я увидела ее.

Женщина стояла перед бесконечными ордами. Молодая, с волосами в точности того же цвета, что и нить, приведшая меня сюда. Грозовые пепельные волны обрамляли лицо, прекрасное в своей жуткой мощи.

Она подняла одну руку, и армия кошмаров замерла.

Затем она повернулась и посмотрела прямо на меня своими кроваво-красными глазами.



Ее глаза встретились с моими сквозь время, и в них полыхал огонь. Она знала, что я смотрю.

Сцены сменяли друг друга, но я не могла на них сосредоточиться.

Потому что внезапно земля задрожала.

Святилище растворялось.

Стены мерцали, становясь то твердыми, то прозрачными. Образы, что текли так красиво, теперь искрили и гасли. Даже станок начал колебаться, его нити тускнели одна за другой.

Что-то было ужасно не так.

О боги, последствия вторжения сюда меня настигли.

Тэйс, ты еще там? — Тэтчер почти кричал через связь. — Что-то происходит. Все это место…

Погодите.

Там снаружи тоже все рушится? — я потянулась к нему через связь.

Реальность икнула.

Я стояла зале ожидания, где все началось, хватая ртом воздух и ничего не понимая.

Я была не одна. Рядом материализовался Тэтчер, затем Маркс, затем Вэнс. Боги, ну конечно, он, блядь, выжил. Если бы я не была так ошарашена внезапной переменой, я бы убила его на месте.

— Что за хуйня сейчас произошла? Мне оставались считаные дюймы до моего знака, — спросила Маркс.

Я посмотрела на свои руки. Ни у кого из нас не было знаков. Испытание просто… закончилось.

Рука Тэтчера нашла мою.

Ты в порядке?

Я в норме, — я сжала его пальцы, нуждаясь в физическом подтверждении того, что мы оба здесь, оба живы.

Воздух замерцал, и начали прибывать Легенды. Первым появился Зул, его лицо исказилось от замешательства. За ним последовал Эйликс, затем Шавор и другие, которых я не знала. Все они выглядели растерянными, обменивались взглядами и приглушенными словами.

— Это беспрецедентно, — услышала я чей-то шепот.

— Где Воринар? — спросил другой. — Что случилось?

В этом хаосе взгляд Зула нашел мой, в его глазах застыл вопрос, на который у меня не было ответа. Я лишь слегка качнула головой, я понятия не имела, что вызвало этот сбой.

Затем появился Воринар.

Но что-то было не так. Древний Айсимар, изъяснявшийся загадками и двигавшийся с тяжестью веков, теперь стоял скованно, безжизненно. Его одежды все еще были украшены созвездиями, но те больше не мерцали. Глаза казались плоскими и пустыми.

— Испытание окончено, — объявил он голосом, лишенным прежнего резонанса. Никаких загадок, никакой тайной мудрости. Только голые слова. — Произошла ошибка. Все выжившие допускаются к завтрашней Ковке.

— Ошибка? — Шавор сделал шаг вперед. — Воринар, что…

Но Бог Судьбы уже исчез. Ни портала, ни постепенного увядания, он просто был здесь секунду назад и пропал.

Последовала оглушительная тишина.

— Такого никогда прежде не случалось, — тихо сказал Эйликс, чье обычное спокойствие дало трещину.

Зул двинулся сквозь толпу к нам, сохраняя подчеркнуто нейтральное выражение лица. Но я видела расчет в его глазах. Он что-то знал.

— Клятва на крови, — пробормотал он так тихо, чтобы слышала только я. — Сейчас, пока все отвлечены, а нестабильность доменов означает, что смотровые порталы не работают.

Я взглянула на Тэтчера.

Пора.

Он едва заметно кивнул.

— Мириа отвлекает Шавора, — прошептал Зул, проходя мимо и почти не шевеля губами. — Но нужно действовать быстро.

Мы ускользнули от основной группы. Зул привел нас в затененную нишу, где разломы в реальности создавали визуальные искажения. Любой, кто посмотрел бы в нашу сторону, увидел бы лишь битые отражения.

— Руку, — сказал Зул Тэтчеру, извлекая клинок из разреженного воздуха.

Тэтчер помедлил.

— Прежде чем я это сделаю, у меня есть условие.

Зул огляделся, сузив глаза.

— У нас не то чтобы много времени, так что выкладывай быстро.

— Я согласен на все, что передала мне Тэйс. Но я хочу, чтобы Шавора в это не впутывали.

Я посмотрела на Тэтчера.

Что?

Он не замешан в схемах Олинтара. Я это чувствую. Просто поверь мне.

— Это высокая цена, Тэтчер, — пробормотал Зул, и голос его сорвался на рычание.

— Обсуждению не подлежит, — Тэтчер выпрямился, скрестив руки на груди.

Зул рискнул взглянуть на меня, все еще прищурившись. Я пожала плечами.

— Он вам все равно не нужен. Вам нужен Олинтар.

Раздражение Зула было почти осязаемым, но он уступил, протягивая руку к ладони Тэтчера.

— Ладно. Я что-нибудь придумаю.

Тэтчер кивнул и протянул руку ладонью вверх.

— Произнеси свою клятву, — проинструктировал Зул. — Но выбирай слова осторожно. Они свяжут тебя.

Тэтчер встретился с ним взглядом.

— Клянусь своей кровью, что я выступаю против Олинтара. Я никогда не стану служить ему по-настоящему. Когда представится возможность, я поспособствую его падению.

— Ты должен поклясться в верности моему отцу, — добавил Зул.

— Я клянусь в верности силам, которые выступают против Олинтара.

Желвак на челюсти Зула дрогнул, но он кивнул.

— Ты трудный парень, совсем как твоя сестра.

— Знаю, — Тэтчер пожал плечами.

Зул со вздохом полоснул клинком по ладони Тэтчера. Выступила кровь.

— Кровью связан, кровью поклялся, — нараспев произнес Зул. Он сделал такой же надрез на своей руке и прижал их ладони друг к другу.

Тэтчер поморщился, но не отстранялся, пока Зул не отпустил его.

— Свершилось, — тихо сказал Зул. — После завтрашней Ковки ты присягнешь Сандралису, как и планировалось. Играй роль верного подданного. Подберись как можно ближе к Олинтару. И жди своего часа.

— Я знаю, на что подписался.

— Нам всем пора вернуться в свои домены, — разнесся по залу голос Шавора. — Пока мы не поймем, что вызвало эту нестабильность.

Другие Легенды согласно забормотали, уже открывая порталы в свои домены. Зал ожидания, который казался таким гнетущим в момент нашего прибытия, теперь выглядел хрупким, словно ставшим менее реальным.

Я увидела Шавора на другом конце зала, выражение его лица сменилось с общей озабоченности на пристальное внимание — он высматривал своего участника. Интересно, чем он заслужил симпатию Тэтчера? Нам определенно придется разобраться в этом позже.

— Руки в карманы, Морварен, — Зул небрежно пошел прочь.

Что ж, это вышло менее драматично, чем я себе представлял, — отозвался Тэтчер через нашу связь. — Мне нужно вернуться к Шавору, пока он не отправился на поиски.

Тэтчер в последний раз сжал мою руку и зашагал к ментору. Расстояние было небольшим, футов тридцать по полированному полу зала.

Он успел дойти до середины, когда земля разверзлась.

Никакой постепенной трещины или предупреждающего толчка. В один миг пол был твердым, в следующий он раскололся прямо под ногами Тэтчера.

И мой брат сорвался вниз.

— Тэтчер! — Крик вырвался из моего горла, когда я бросилась вперед.

Но я была слишком далеко.

Я рванулась к краю разлома, понимая, что опоздала. И вдруг…

Из пустоты взметнулись мертвецкие руки.

Они поймали Тэтчера с удивительной нежностью, осторожно обхватив его. Затем они поднялись, вытягивая его из расщелины.

Зул стоял у самого края. Руки мертвеца подчинялись его воле, и сейчас он управлял ими, поддерживая Тэтчера, пока тот карабкался обратно ко мне.

Я врезалась в брата еще до того, как он успел осознать, что спасен. Я обхватила его так крепко, что он захрипел.

— Терпеть не могу падать, — пробормотал он мне в плечо. Голос его дрожал, несмотря на попытку пошутить.

Я отстранилась ровно настолько, чтобы встретиться взглядом с Зулом. Он просто кивнул.

Шавор в мгновение ока оказался рядом. Он схватил Тэтчера за плечи, проверяя, нет ли травм. Его взгляд метнулся к Зулу, в глазах боролись подозрение и благодарность.

— Спасибо, — выдавил он наконец. Слова прозвучали сухо и официально.

Зул слегка склонил голову.

Какое-то мгновение они смотрели друг на друга — два принца, старые соперники. Шавор протянул руку.

Зул принял ее. Рукопожатие было коротким, но его видели все присутствующие Легенды — момент единства перед лицом беспрецедентного хаоса.

Зул подошел ко мне.

— Идем.

Я кивнула, но продолжала смотреть на Тэтчера, пока Шавор вел его к порталу. Брат один раз оглянулся, и в его взгляде я увидела отражение собственных мыслей.

Мы пережили еще одно Испытание, но боги казались потрясенными. Странное поведение Воринара, распад домена, то, как реальность будто расползалась по швам — все это не сулило ничего хорошего для завтрашней Ковки.

Береги себя, — сказала я Тэтчеру через связь.

Ты тоже. И, Тэйс? — он замер на пороге портала Шавора. — Что бы там ни происходило между тобой и Зулом, постарайся вести себя не так очевидно.

Я поморщилась и последовала за Стражем.