Госпожа Туманной долины, или Приручить тьму

31

Дэмиан

Мой сон был крепким, немного неспокойным, но оттого не менее желанным. Лишь с появлением Лоры мне удалось вспомнить это давно забытое чувство приятной отрешенности от реальности, которое не отдавало горечью трав и гулом в висках. Поэтому просыпаться совсем не хотелось. Однако странное, совершенно неуместное в этом сонной дымке ощущение опасности потревожило разум, а за ним и все остальные чувства.

Сознание пронзило уверенностью: мой свет в опасности. Если я ничего не сделаю, то этот крохотный огонёк жизни, созданный для меня с таким трудом, исчезнет. И её никто и никогда не сможет заменить.

Страх потери, а так же желание защитить то, что стало мне так дорого, вынуждало пробудиться, открыть глаза, но что-то мешало. Что-то, что было сильнее обычных желаний и даже силы воли. Вот только это нечто оказалось слабее возмущенного рёва моей магии.

Страна грёз отступила, давая мне вернуться в реальность. Правда, не совсем так, как я того желал.

Физическое тело продолжало спать, пока то, что можно назвать астральным воплощением, вобрало в себя мой разум. Даже для меня такой опыт оказался крайне необычным. Если не сказать больше.

В доселе неизведанной форме мир выглядел немного иначе. Всё вокруг, как живое, так и нет, пронизывали сотни, тысячи нитей четырёх цветов первых драгоценных камней: чёрного агата, аметиста, цитрина и топаза.

Среди этих нитей преобладали золотые, а под ними не редко скрывались голубые жилы — точно такого оттенка, что и…. сияющий ореол вокруг моей жены. Но больше всего меня поразило иное. Только в этом состоянии я увидел связь, которую магическое зрение не улавливало. Тугой жгут всех четырёх цветов тянулся из груди моего тела и убегал туда, откуда туман доносил до меня отголоски сердцебиения жены.

Проверяя догадку, я последовал за этими ориентирами и оказался у ворот, куда шагала Лора. Одного взгляда на неё хватило, чтобы на миг пораженно застыть. Всё-таки она и правда была жрицей — её изорванный источник, в котором терялся тот самый жгут, светился, как положено золотистым светом. При этом саму девушку окутывала голубая дымка. Она подобно ауре или бережно наброшенному плащу словно защищала ослабленную врожденным недугом жрицу.

Предчувствуя беду, я прекратил размышлять о необычной особенности Лоры и попытался её остановить. Но она прошла сквозь меня, совсем не замечая. Словно перед ней встал невидимый призрак из страшных сказок или сгусток тумана, ничуть не отличный от дымки в воздухе. Ещё несколько попыток привлечь её внимание так же оказались бесполезными. Тогда я перестал тратить силы попусту и решил последовать за ней. После чего устроился на спине фамильяра, надеясь, что меня не сдует ветром.

Удержаться в седле позади жены оказалось проще простого. Наверное потому, что я пожелал этого, спина жеребца оставалась твердой. Кажется, при желании, у меня получилось бы спокойно стоять на крупе мчащегося фамильяра. И всё потому, что он представлял собой воплощение тех самых сил, которые позволили мне сейчас бродить отдельно от тела.

А вот не сгореть в пламени злости, когда до меня дошло, куда мы направлялись, оказалось куда сложнее. Теперь стало понятно, что я уснул не просто так. Лора как-то усыпила меня, решив направиться в Поющую Рощу в одиночку. Или не совсем…

Едва мы добрались до злополучного места, где некогда состоялся мой неприятный разговор с той, кому я тогда, казалось, мог доверять, как там показался Барнс. Маг явно вырвался из лап неприятностей благодаря фамильяру. Честно говоря, отдавая тому мысленный приказ хотя бы распугать опасность на пути одной слишком уверенной в себе жрицы, я не думал, что на его голос выбежит Барнс. И уж тем более не ожидал, что он так и не покинет рощу.

Этот пропойца умел постоять за себя. Только Барнс мог становиться невидимым для проклятых сущностей, что позволяло ему легко передвигаться по долине. Если бы не жгучее желание Барнса утопиться на дне бутылки, он стал бы едва ли не гениальным магом. По крайней мере, пару-тройку… десятков своих собственных заклинаний он точно бы придумал.

Виду всего этого, будь у меня тело, оно бы однозначно похолодело от ужаса за одну несносную особу, когда та рванула следом за магом. Да, за тем самым, который теперь больше походил на рыбёшку, пойманную на крючок. И вот куда при таких обстоятельствах полезла жрица с крупицей сил!

Улавливая моё состояние, фамильяр принялся рыть землю копытом и истошно ржать, но обычно благоразумная жена, не оглядываясь, устремилась в пасть неизбежной смерти. Хотелось бы начать рвать на себе волосы, раз уж моя брань всё равно не достигла нужных ушей, но и это было мне недоступно. Зато меня так переполнили чувства, что в какой-то момент показалось, будто я рассыпаюсь, или скорее… растворяюсь, полностью сливаясь с туманом вокруг!

Произошедшее поразило, но я быстро сориентировался и устремился в чащу.

Барьер крайне нехотя пропустил подозрительные всполохи туман, так что мне оставалось только нагнать жену, а так же придумать как ей помочь в моём состоянии. Я был бессилен, но лишь физически. Магия оставалась со мной. Смекалка тоже никуда не делась, так что и тем, и другим пришлось активно пользоваться.

Следуя моей воле, магия всю дорогу пугала Лору, заставляла её повернуть, но она всё игнорировала. Жена будто не видела вязких луж, цеплявшихся к ногам, или не замечала тяжесть воздуха, давящего ей на плечи. Ведомая совсем не уместным чувством ответственности, Лора двигалась только вперёд. В этот момент я посмотрел на неё по-новому.

Для меня Лорена всё ещё оставалась хрупкой девушкой, которую хотелось защищать, но в то же время я отчетливо увидел в ней женщину, уверенную в своих силах. Да, крохотных, если уж сравнивать с моими, но на то он и свет, чтобы поражать силой своего сияния, а не размером источника.

Тьмы в нашей вселенной гораздо больше, чем света, но одной маленькой (по меркам тёмного пространства вокруг) звезды достаточно, чтобы целая планета ожила. Именно об этом мне нашептывала тьма, что с недавних пор стала тише. Или скорее она покорно отступила, будто проиграв некий спор. Иначе мне тогда неизвестно по какой причине сила, что раньше сводила с ума, стала не только сотрудничать со мной, но и подсказала, как спасти одну бедовую, но очень важную жрицу.

Моей задачей стало повторить тот же трюк, что проворачивала со мной тьма. Первым делом надо было нашептать здешнему чудовищу, укравшему не только лицо, но и личность женщины, которую я едва не полюбил, о том, кто явился в его владения. А затем стоило сделать так, чтобы его детища утратили обычную кровожадность.

Первое оказалось сделать достаточно легко. Гигантская паучиха, очень чувствительная к чёрной магии, приняла мой шепот за своё предчувствие. С детишками же пришлось повозиться. Вплетая и наоборот вытягивая фиолетовые нити изначальной тьмы и её более поздней и едкой версии, мне всё же удалось усмирить пауков достаточно, чтобы те покорно приняли приказ матери, а затем смирно сидели на своих местах, пока Лора источала так любимый ими ужас.

Когда я это увидел, то почти взвыл от чувства бессилия и едва не поверил, что всё было зря. Наблюдая за такой реакцией, кто угодно решит, что жрица понятия не имеет, как бороться с венцом чёрной магии нашего мира. Но всё же, Лора смогла взять себя в руки и доказать, что знания — сила.

Моя жена старалась действовать осторожно, забирая из своего источника по крупице маны, чтобы, вплетая их в слова, создать многоступенчатое заклятие изгнания. И пусть в белой магии я не силён, даже мне стало ясно, что с тем аккуратным плетением доступного Лоре эфира, ей не совладать со всей толпой пауков. По крайней мере, с тем количеством, что было здесь. Поэтому, следуя то ли некому зову, то ли колдовской интуиции, я стал добавлять свою силу к мане жены. Превращая ту, и себя, в том числе, в вихрь, что незаметно для всех взвился вокруг Лоры.

Всё сработало. Моя магия странным образом подстраивалась, спешила укрепить чуждое ей заклятье, сделать его сильнее, надёжнее и позволить ему одним махом разобраться с жутким воплощением чужих страхов. Я до конца так и не понял, как это вышло, но когда магический вихрь выпустил меня, Лора стояла и ошарашенно прислушивалась к последним вздохам жутких обитателей рощи.

Эффект от нашего общего заклятия оказался настолько мощным, что моя жена не сразу в него поверила. Отчего вместо радости она поспешно прислушалась к себе и вдруг сказала:

– Дэмиан?

«Ну, наконец, она вспомнила обо мне! — Накатила злая мысль. — А когда направлялась сюда и буквально на всей скорости неслась в пасть монстров, обо мне она не думала!» — Продолжал возмущаться про себя, пока не увидел, что туман начал передавать мои эмоции. И Лора это видела!

Нахмурившись и представив всё, что я сделаю, как только вернусь в тело, я заставил туман вихрем завертеться вокруг жены. Из её груди вырвался испуганный вздох, но потом Лора нервно хихикнула и извиняюще произнесла:

– Да, я сглупила. Опять. Но всё же хорошо закончилось.

С радостью сказал бы, что благодаря мне, вот только… моя жена выглядела слишком бледной для уверовавшей в себя победительницы. Пожалуй, факт своего вмешательства оставлю при себе. Свой урок Лора уже получила. Думаю, ей лучше меня понятно, что удача не всегда бывает на стороне тех, кто действует из благих побуждений.

Не став больше бушевать, я убедил туман ласково коснуться сначала плеча, а потом щеки Лоры, и только после этого вернуться в прежнее состояние.

– Спасибо за утешение, — правильно поняла меня жена. — И не волнуйся, я скоро вернусь.

Пообещав это пустоте перед собой, Лора хотела было шагнуть к уже откровенно рыдающему от ужаса парню в коконе из паутины, как вдруг раздался треск, и…. девичье тело ухнуло куда-то вниз.

Мой испуганный крик слился с криком так и не освобождённого парня. После чего меня поглотила чёрная дымка, и я резко открыл глаза в покоях жены.

– Лора! – Прогремел в поместье мой вскрик, пока я вскакивал с кровати, тем самым пугая Наэтту.

Экономка как раз добавляла дров в камин, отчего последнее поленце выпало из дрогнувших рук и упало с высоты, вызывая опасный рой искр. Наэтта едва попыталась что-то сказать, но меня уже не было в комнате.

Подхваченный пока ещё слабым, но уже ощутимо ветром, я перенёсся к границе Поющей Рощи. Однако на моём пути встал ещё не успевший рухнуть барьер.

Злость забурлила с новой силой и, собрав как можно больше маны, я нанёс первый удар.