Госпожа Туманной долины, или Приручить тьму

46

Наблюдая за лордом Эштаром во время поездки, я, отметила его волнение, и уже почти было поверила в правдивость рассказа.

Так оставалось ровно до момента, пока мы вдруг не выехали в менее престижный район. Особняки знати остались за каналом с кристальной водой, аллей вдоль него и переброшенным через искусственную реку мостом. Судя по строениям, а так же широте улочек, здесь проживали исключительно ремесленники, и уж точно не могла ютиться тётушка такого избалованного благами племянника. Для многих из знати репутация куда дороже месячного содержания одной родственницы. Поэтому сомневаюсь, что такой сноб, как отец лорда Эштара, позволил бы “пятнать” честь семьи подобным образом.

Однако сам лорд Эштар упорно продолжал делать вид, что ничего странного не происходит, и уже совсем скоро попросил остановить у одного из домов. Многоэтажное, безликое здание могло быть как жилищем, разбитым на несколько частных помещений – подобное делали для уменьшения столичного налога на дом, так и группой офисов разнообразных клерков. А может даже складом дорогих товаров, если судить по парочке охранников у входа.

– Идёмте скорее, – сразу же начал подгонять меня лорд Эштар, едва повозка приютилась в специальном кармане для транспорта. Подъездную окружали глухие стены, благодаря чему чувствовалось уединение, несмотря на оживленную дорогу совсем рядом.

Один из моих стражников последовал за нами, но ему пришлось остаться на пороге. Громилы у входа стояли там не для красоты. Они впускали только жильцов и их посетителей, аргументируя тем, что участились случаи погромов. Мол, ростовщики приходят со своими вышибалами, из-за которых страдает имущество, а то и не причастные к конфликту жильцы. Потому было решено ограничить доступ любого сопровождения. Что-то не устраивает? Вызывайте нужного человека на улицу или проваливайте. Дословная цитата одного из охранников.

Не став ждать пока лорд Эштар начнёт буквально умолять спасти его родственницу, аргументируя тем, что моя безопасность для него теперь важнее собственной, я оставила телохранителя и смело шагнула в дом. Который действительно оказался жильём с десятком частных секторов. Раньше мне доводилось бывать лишь в гостиничных домах или тавернах, потому с интересом оглядываясь, я шла по винтовой лестнице вслед за слишком расслабившимся мужчиной.

Это даже забавно. Видимо меня сочли достаточно доверчивой и сострадательной, чтобы покорно шагнуть в пасть гулю, на корм к которому меня усердно заманивали. Всё-таки Арк прав насчёт привычки людей всегда оценивать других по внешности. Вряд ли кто-то поверит в то, что хрупкая леди с серебристыми волосами и в пастельно-лиловом платье с цветами из ткани может устроить тут локальный филиал кошмаров, воссозданный по образу и подобию Туманной долины.

Сценка в Храме всё ещё играла мне на руку – отсутствие светлого дара подтверждено. А показательно оставленные на улице фамильяр и охрана добавляли мне так необходимых очков глупости. Вот мой проводник и не заподозрил неладного.

В комнатах, куда меня привёл лорд Эштар, оказался минимум добротной мебели, расставленной здесь скорее, чтобы придать помещению обжитый вид. Правда, это получилась из рук вон плохо. Отсутствие мелочей указывало на то, что тут давно никто не живёт. Этот дом скорее служил для особых случаев или встреч без лишних глаз.

Пока я предавалась размышлениям, коварный провожатый пропустил меня внутрь, а затем захлопнул за моей спиной дверь со словами:

– Ничего личного, леди Лорена. Иметь в должниках будущую Святую всякое выгоднее пусть перспективной, но графини.

Едва стихло оправдание, в дверном замке скрипнул ключ. Путь к отступлению был отрезан, но сбегать я не собиралась. Тем более, когда услышала, кому оказывалась данная услуга.

Спокойно пройдясь по комнатам, я убедилась, что иного выхода нет – окна хоть и имелись, но открывались ровно настолько, чтобы впускать в помещение свежий воздух, при этом, не выпуская застрявших тут людей. Смахнув слой пыли с одного из кресел, я чинно расположилась на нём и принялась ждать.

“Заказчик” данного визита долго тянуть не стал. Всё же мои люди ждали снаружи и слишком долгое отсутствие могло вызвать шумиху. Так что ключ в замке скрипнул снова ещё до того, как я пересчитала кривые веточки на дешевой лепнине под потолком.

Дверь неспешно открылась, являя мне до боли знакомый силуэт. Человек, застывший на пороге, одним своим видом заставил меня растерять всё спокойствие и напряженно подняться с кресла. Встречать такого ненавистного гостя в заведомо невыгодном положении я не собиралась.

– Ну, здравствуй, Лорена, – протянул не кто иной, как виконт Солстейн. Мой бывший жених.

Мужчина шагнул навстречу, закрывая за собой дверь, пока я окидывала его холодным взглядом. За прошедшее время Нейтан практически не изменился. Всё те же светлые небрежно уложенные волосы, такие же льдисто холодные глаза и дорогой костюм, идеально подогнанный к подтянутой фигуре. По крайней мере, так казалось, пока взгляд не начинал цепляться за мелкие детали.

Под светлыми ресницами залегли тени, которые часто появляются от бессонницы. Черты лица заострились, словно аппетит покинул Нэйта вместе с крепким здоровым сном. А на дорогих ботинках начали появляться потёртости, которые чаще всего можно заметить у поверенных, вынужденных оббивать множество порогов домов, гильдий и королевских учреждений.

Отметив всё это примерно за минуту тишины, повисшую между нами, я, наконец, прохладно улыбнулась Нейтану и сказала:

– Надо же, а мне казалось, что встречу организовала Миелена.

– Так и есть, – подтвердил бывший жених, медленно прохаживаясь по комнате, при этом стараясь держать меня в поле зрения. После чего Нейтан замер и грозно бросил: – Но разбираться с тобой буду я.

– Опустишься до насилия? – неприятно удивилась, потому как считала, что бывший жених не способен на подобное. Выбрать мою сестру вместо меня ради собственной выгоды не то же самое, что сейчас схватить женщину за волосы и выпустить внутреннее чудовище на волю. Окинув взглядом Нейтана, я уточнила: – Так хочешь отомстить за отравление Миелены?

– Не смеши меня, Лора, – зло отмахнулся бывший жених, – мы оба знаем, что ты этого не делала.

Вскинув бровь на такое заявление, решила попытаться найти чуть более мирный способ решения проблемы:

– Тогда как насчёт того, чтобы дать показания в мою защиту? Сделаешь это, и я прощу твою выходку. – На миг задумавшись, добавила: – Эту выходку.

– Нет уж, по-твоему не будет, – фыркнул в ответ Нэйтан. – Ты здесь не для переговоров.

– Тогда для чего же? – Искренне полюбопытствовала я, готовясь в любой момент достать шпильку из волос. Дистанция между нами вполне позволяла не хвататься за неё прямо сейчас.

Бывший жених снова сделал пару шагов, обходя меня подобно хищнику, готовому вот-вот броситься на добычу, а затем прошипел:

– Чтобы вернуть всё, что у меня отнял твой муж со своими приспешниками. Ты хоть знаешь, в каком я теперь положении?! – взорвался Нэйтан раньше, чем я успела приложить к этому руку. – Этот тёмный ублюдок обвалил рынок древесины, буквально обесценивая её! Другие лорды, промышляющие лесом, тоже затаили на него злобу, но боятся пойти против. Эти трусы просто переключились на иные источники дохода! Сейчас каждый из них сидит и выжидает, когда граф Хавардис успокоится, достигнув своей цели. Ха! Цели, утопить меня! Все только об этом и судачат!

От злости лицо Нейтана, которое я ещё в начале этого года считала самым красивым, превратилось в уродливую багряную маску. Вот насколько ему не пришёлся по душе подарок, сделанный моим мужем.

Совсем не испытывая страха перед разъярённым мужчиной, решила выяснить:

– Что-то я не пойму: тебя больше задевает твоё нынешнее материальное положение или то, что тебе пришлось таким образом заплатить за моё оскорбление?

Утаивать и скрывать участье Дэмиана в разорении Нэйтана я не собиралась. Нет такого закона, что покарает моего мужа. Ведь он не получил никакой выгоды. Другое дело если бы к нему попал хоть один золотой из казны виконта. А так… любой в королевстве скажет, что Нэйтан сам виноват – нечего доверять и вкладываться в непроверенных людей. Продажа же древесины по себестоимости многие сейчас используют ради обогащения. Пока Хавардис так щедр, дельцы заполняют склады, чтобы потом, когда цена снова повысится, спокойно заработать на лесе.

Однако это не касается человека, чья жена привыкла жить в роскоши. Ни модистки, ни ювелиры, ни сапожники, ни бакалейщики не станут ждать оплату месяцами. Вот и пришлось бедному Нэйту срочно вкладываться в иные источники дохода. Вкладываться, чтобы прогореть по всем фронтам.

– У меня был завидный капитал! – начал вопить виконт Солстейн так, будто только и ждал дня, чтобы хоть на кого-то выплеснуть весь свой гнев. – Целое состояние! Но теперь от него ничего не осталось из-за какой-то девки! Что такого ты наплела своему мужу, чтобы он сделал это со мной?

Искрение недоумение и сочащаяся в каждом слове обида порядком озадачили. Человек напротив будто не понимал, сколько вреда мне причин одним только разрывом помолвки. А его показания, которые почти отправили меня на плаху, будто вообще не имели значения. Не будь я пострадавшей участницей всех действий, то глядя на такие эмоции вполне могла бы поверить в несправедливость, обрушившуюся на светлую голову благородного лорда.

Увы, но всё происходящее после разрыва помолвки, будто нарочно освежилось в памяти. Отчего я лишь с презрением посмотрела на едва не рвущего на себе волосы виконта и протянула:

– Значит, тебя мучает только то, что кто-то посмел заступиться и отомстить за меня?

– Я не сделал ничего, чтобы заслужить подобное! – снова взрывается Нэйтан, яростно тряся пальцем в мою сторону. – Твой муж не только лишил меня источников заработка, он ещё и подослал ко мне стаю стервятников! Ты хоть знаешь, какой теперь на мне долг?!

Вновь оставив чужой вопрос без ответа, я склонила голову к плечу и без особой чуткости сказала:

– Прости, но ты сам недавно подтвердил, что заслужил это. Именно ты начал ухаживать за мной, добиваться внимания, а потом и настаивал на венчании. И именно ты променял меня на сестру, после чего дал те показания. Помнишь ведь, как распевался соловьем о моей зависти к Мие? – Пронзив бывшего жениха ненавистным взглядом и проглотив все те ругательства, что много месяцев крутились на языке, я спокойнее продолжила: – Раз уж даже не снизошел до оправданий, то получается, ты всё это заслужил. Потому мне теперь не совестно будет сделать тебя примером для других.

– Нет, Лорена, – покачал головой виконт, делая шаг ко мне, – этому не бывать. Ты всё исправишь. Слышал в ваших руках теперь не одна “золотая жила”. Думаю, будет справедливо, если твой муж возместит мне все убытки. А до тех пор ты к нему не вернёшься.

Шпилька оказалась в моих руках раньше, чем Нэйтан сделал ещё один шаг. Чёрное остриё сверкало гранями, пока я говорила:

– Только посмей ко мне прикоснуться, и ты пожалеешь.

– И что ты сделаешь? – усмехнулся на это бывший жених, ничуть не испугавшись пусть не самого грозного, но оружия. – Метнёшь в меня шпильки? Забыла о моей защитной реликвии? Физические атаки не действуют на главу дома Солстейн, а магии в тебе нет.

Оценив уровень осведомленности виконта – видимо кто-то из наших наказанных работников смог отправить весточку в Храм и рассказать о моих необычных умениях – я лишь улыбнулась. После чего полюбовалась вмиг напрягшимся Нэйтаном и непринужденно сказала:

– Ты почти прав. Моя атакующая магия не достигнет тебя, ведь она привязана к оружию. А иных активных заклинаний у меня нет. – Тут мои глаза хитро прищурились и я закончила: – Зато… они есть у Дэмиана.

Прежде чем Нэйтан успел понять, о чём я говорю или хоть как-то отреагировать, я не стала метать в него шпильку. Вместо этого обсидиановое украшение выпало из моих рук, устремляясь острием к полу.

Едва наконечник коснулся поверхности, мы оба услышали не только чистый, хрустальный звук от удара, но и нечто похожее на отдаленный крик. Вязкий, тягучий, пробирающий до самой глубины души, он пустил чёрную рябь сначала по полу, потом она перекинулась на стены и потолок. А как только своеобразный контур замкнулся, превращая апартаменты в магическую ловушку, помещение стало затягивать… туманом.

Сизая дымка становилась всё гуще и гуще до тех пор, пока предметы вокруг не потеряли свои очертания. К этому моменту муж Миелены понял, что дела очень и очень плохи и попытался убраться подальше от вызванной мной аномалии или позвать на помощь тех, кто топтался всё это время в коридоре. Вот только сделать этого он не смог. Двери оказались будто запечатаны неведомой силой, отрезавшей от нас все звуки, как из коридора, так и улицы.

Поняв, что бежать некуда, Нэйтан решительно повернулся, намереваясь наброситься на меня, но так и застывает на месте. Его взгляд неверяще впивается мне за спину. Виконт и без того бледный будто лишается последних красок, а затем вжимается в дверь спиной, будто пытаясь просочиться сквозь неё и оказаться как можно дальше от места, где сам же и организовал такую дивную встречу.

В этот момент тёплая, знакомая ладонь обнимает меня со спины и нежно касается живота. После чего бархатистый голос звучит у самого уха:

– Родная, ты звала меня?

Улыбка помимо воли появляется на моих губах и, обернувшись, я радостно отвечаю:

– Да, милый. – После чего бросаю недовольный взгляд на Нэйтана, практически обратившегося в серый камень, и добавляю: – Мне тут угрожали, а ты велел в таком случае сразу звать тебя.

– Как… как такое возможно? – шептал виконт, явно не совсем веря своим глазам. Ещё бы, ведь хозяин Туманной долины не мог так просто покинуть свой дом и тем более оказаться в столице, где полно реликвий, улавливающих любые проявления оскверненного эфира.

На что Дэмиан кровожадно ему улыбнулся и выдал:

– Это сила любви.

Не удержавшись, я хмыкнула, ведь муж не соврал. Дэмиан не просто так касался меня всё это время. Пока мы так близко, мой бракованный источник служит своеобразной глушилкой, которая не позволяет Храму узнать о новой способности моего мужа. Правда завязана она была только на меня, но даже так Дэмиан теперь мог ненадолго покидать долину вслед за мной.

Больше Нэйтан ничего не успел сказать. Мой муж щёлкнул пальцами, и виконт исчез, оставив после себя только оборвавшийся крик.

– Ты же серьезно не навредишь ему? – спросила я, больше беспокоясь в этот момент о муже, а не о бывшем женихе.

– Нет, просто проведу с ним одну занимательную беседу и объясню, чем чревато покушение на мою жену.

Посмотрев в полыхающие черным огнем глаза и чуть не вспыхнув вслед за жаркими искрами в них, я проворковала:

– Ты ведь знаешь, что ты лучший?

– Повторяй почаще, – последовал довольный ответ, а потом Дэмиан ворчливо добавил: – И больше не лезь на рожон.

– Это был предпоследний раз, – тихо сказала я и прежде, чем муж успел возмутиться, жарко поблагодарила его за помощь. А затем крепко обняла и отправила восвояси.

Когда туман рассеялся, в комнате осталась лишь я. Губы пылали, на душе было спокойно, и настрой стал максимально боевым.

Подобрав шпильку с пола, я протёрла черные грани носовым платком и вернула украшение в причёску. После чего отряхнула с платья несуществующую соринку и спокойно покинула апартаменты. Коридор к этому моменту уже пустовал.

Спустившись вниз, я забрала спокойно ожидающего меня охранника и отправилась в последний пункт назначения. В Розакхолл. Пора уже поставить жирную точку в наших отношениях с сестрой.