Любовь вопреки запретам

Глава 13

Мишель

— Ты опять задумалась, девочка моя, голос Жозефины прозвучал мягко, но в нем отчетливо слышалась тревога.

Я горько усмехнулась, отводя взгляд. Покой, какое красивое и теперь совершенно бессмысленное для меня слово. Я потеряла его там, на террасе, в кольце его сильных рук и в огне его ненависти.

Весь сегодняшний день прошел как в тумане: наш вчерашний разговор, его опаляющее дыхание, его яростный шепот — всё это крутилось в голове бесконечным, мучительным циклом.

Я судорожно сглотнула, чувствуя, как в горле застрял комок. Неужели он правда так сильно меня ненавидит? Злится, потому что лгала. Потому что скрыла свою суть, свою древнюю, пугающую кровь.

Но разве могло быть иначе? Ведьма и волк — это союз, проклятый самими небесами. Я знала, что не пара ему, что я — лишь тень, холодная луна, в то время как он — живое пламя, дикая мощь леса.

Мы — существа из разных миров. Две параллельные линии, которые пересеклись лишь для того, чтобы причинить друг другу боль. Эта мысль кольнула прямо в центр сердца, заставляя его испуганно замереть.

«Надеюсь, у вас всё в порядке, писала эти строки, а сердце все равно не на месте.

Безопасны ли наши земли, пока я нахожусь во здесь?

– Как думаешь, все ли хорошо в клане, спросила я Жозефину, в упор смотря на нее. Она отвлекалась от своих дел, пристально смотря перед собой.

– Я верю, что ничего не произойдет пока мы здесь, она тяжело вздохнула.

– Мне бы твою уверенность, сказала ей.

Сложив письмо и запечатав конверт, я окну и с силой распахнула тяжелые створки. Хол воздух ворвался в комнату, принося с собой запах дождя и хвои, мгновенно остужая мои пылающие щеки.

— Квирл! — позвала я едва слышно.

Знакомый свист крыльев разрезал тишину. Квирл возник из серых сумерек и опустился на подоконник. Я осторожно закрепила послание у его лапки, стараясь не повредить хрупкое оперение.

— Лети и возвравщайся поскорее — прошептала я, ласково погладв его по головке.

Квирл коротко чирикнул, и в следующее мгновение сорвался, растворяясь в густом тумане.

Я стояла у окна, провожая его взглядом, пока крошечная точка окончательно не исчезла за горизонтом.

Прислонилась спиной к стене, прикрывая глаза. Я чувствую Вальтера слишком отчетливо. Интересно ощущает ли он тоже самое. В этот момент узор на моем плече внезапно ожил. Он вспыхнул острой, пульсирующей болью. Я зажмурилась, стискивая зубы, пытаясь притупить это мучение, которое всегда отзывалось на мои душевные раны.

Я не должна была так реагировать. Каждая клетка моего тела должна была восстать против него, но вместо этого. Тело до сих пор хранило фантомную память о его прикосновениях. Я всё еще чувствовала этот первобытный жар, исходящий от него. Это было предательством самой себя. И за это я корю себя.

Притупив боль, и немного успокоив свое сердце, обняла себя за плечи. Его аура ощущается сквозь эти стены, даже так я ощущаю как он зол.

Нахмурилась, качая головой.

— Помни, кто ты. Ты ведьма. Гордись этим. В твоих жилах течет сила, способная сокрушать горы и повелевать стихиями. Ты могущественна, ты — хозяйка своей судьбы.

— Спасибо за поддержку, не знаю, что бы я без тебя делала, сказала ей.

— Сегодня нас вновь позовут. На этот раз вечер пройдет под открытым небо. Будут танцы, беседы, поэтому тебе нужно расслабиться.

– Надолго ли это затянется, прошептала я, подойдя к шкафу.

Сегодня я выбрала платье цвета предрассветного неба — нежно-голубой шелк мягко облегал тело, выгодно подчеркивая глубину моих глаз, в которых застыла тревога.

Собрала волосы в высокий, тугой хвост, намеренно открывая линию шеи. Это был жест одновременно дерзкий и пугающе уязвимый, ведь я знала, как чутко волки реагируют на открытую плоть. Несколько серебряных браслетов холодили запястья, а тяжелые серьги позванивали при каждом движении.

Я замерла перед зеркалом, судорожно сглотнув. Отражение казалось мне чужим: спокойная, прекрасная ведьма, а за ребрами — пойманная птица, которая до боли билась о кости. Мое сердце отказывалось подчиняться рассудку, оно жило своей жизнью, ускоряя бег при каждой мысли о нем.

В назначенный час мы с Жозефиной спустились. На улице уже гудел рой голосов. Все общались, разговаривали.

Десятки глаз впились в нас, изучая, оценивая, презирая. Я нахмурилась, сканируя пространство — его еще не было.

На мгновение мне стало легче дышать, но стоило этой мысли промелькнуть, как я сразу же почувствовала его.

Грозные, тяжелые шаги Вальтера эхом отражались по земле. Я упорно смотрела перед собой, сцепив пальцы так сильно, что костяшки побелели, но его присутствие я ощущала кожей.

Его взгляд был материальным — он обжигал плечи, скользил по обнаженной шее, заставляя волоски на теле вставать дыбом. Мое дыхание сбилось, стало рваным и частым, а щеки предательски вспыхнули ярким румянцем. Я чувствовала, как он буквально пожирает меня глазами, присваивает себе каждым коротким вдохом.

«Он не имеет права, шептала я себе, пытаясь унять дрожь.

— Я не его вещь. Я никогда не буду принадлежать зверю».

Меделенно подняла бокал, глядя на рубиновую жидкость сквозь тонкое стекло. Вино казалось прохладным, но стоило сделать глоток, как оно обожгло горло, не принеся желанного успокоения.

Моя спина горела — я буквально кожей чувствовала, как взгляд Вальтера буравит лопатки, проникая под шелк платья и впиваясь в самую плоть. Этот взгляд не давал дышать, он требовал внимания, он заявлял права, которые я так отчаянно пыталась оспорить.

— Добрый день, глубокий, ровный голос вырвал меня из оцепенения.

Ко мне подошел мужчина, которого я заприметила еще вчера среди гостей. Он держался с достоинством.

— Мне не удалось представиться вчера, он выпрямился.

— Глава Снежного клана, Фредерик.

Прежде чем я успела что-либо ответить, он взял мою ладонь. Его пальцы были прохладными, но жест был уверенным. Он склонился и запечатлел поцелуй на тыльной стороне моей руки.

Вальтер. Его ярость была почти осязаема. Его янтарные глаза, я знала, сейчас превратились в два расплавленных огня.

— Мишель, предводительница ведьм, мой голос слегка дрогнул, но я быстро взяла себя в руки, отвечая на его легкую, понимающую усмешку.

— Позволите? Я хотел бы пригласить вас на танец.

Я на мгновение растерялась, оглядывая зал. Музыка сменила темп, и пары действительно начали кружиться в центре. Отказаться сейчас — значило проявить слабость или нанести оскорбление северянину. Я кивнула, позволяя ему увлечь меня на паркет.

Фредерик оказался удивительным партнером. В отличие от Вальтера, чья близость всегда была подавляющей и пугающей, Фредерик соблюдал идеальную дистанцию. Его рука легла на мою спину деликатно, почти невесомо, лишь обозначая поддержку.

— Вы же не просто так позвали меня верно? — прямо спросила я, когда мы закружились в ритме вальса.

Он негромко рассмеялся, и этот смех был искренним.

— А вы проницательны, Мишель. Не думал, что вы так сразу раскусите мой маневр.

— Мне нужно думать наперед, глава. В моем положении это единственный способ выжить, ответила я, стараясь не оглядываться туда, где, я была уверена, Вальтер сейчас сжимал свой бокал так, что тот готов был лопнуть. Моя спина продолжала гореть под его непристойным взглядом.

— Вы не только умны, но и поразительно красивы, Фредерик заглянул мне в глаза, и я увидела в них лишь добрую иронию.

— Но не волнуйтесь, приставать я не буду. Дома меня ждут жена и маленький сын. Так что я совершенно безопасен в этом плане.

Моя улыбка стала шире, а плечи наконец немного расслабились. Этот мужчина вызывал доверие своей честностью.

— Это радует, что вы не скрываете этого. Некоторые мужчины могут обмануть на этот счет, выдохнула я.

— Я позвал вас не просто так, вы правы, его голос стал серьезнее.

— Вы сильная ведьма, женщина, возглавляющая свой род в такие темные времена. Это вызывает искреннее уважение. Но скажите мне, что вас связывает с Вальтером? Он мой давний друг. У меня такое чувство, что если я продержу вас в танце еще минуту, он подойдет и просто закопает меня в землю прямо посреди этого зала.

Сердце болезненно кольнуло, а лицо на миг исказилось в гримасе боли, которую я тут же попыталась скрыть.

— Ничего не связывает, отрезала я слишком резко, чтобы это звучало правдиво.

— Мы ненавидим друг друга. Я бы хотела закрыть эту тему.

Фредерик усмехнулся, в его глазах блеснуло понимание.

— И он сказал то же самое. Но я не слепой, Мишель. Ладно, не будем об этом. Я о другом.

Он притянул меня чуть ближе, чтобы никто не слышал.

— Союзник в вашем лице был бы для меня очень важен. Ваш клан обладает знаниями и силой, которых нет у нас. Я предлагаю вам дружбу между нашими народами.

На душе стало удивительно легко. Впервые за долгое время кто-то смотрел на меня не как на проклятое создание или добычу, а как на равного лидера.

— И вас совершенно не смущает, что я ведьма? Что нас веками называли гнобили за это? — спросила я, заглядывая ему в лицо.

— Нет, твердо ответил он.

— Вы не из тех ведьм, что ходят по головам ради забавы. Я вижу вашу душу. Поэтому я предлагаю вам дружбу и, если понадобится, защиту.

Я гордо вскинула голову, чувствуя, как внутри просыпается моя истинная сила.

— Защита мне не нужна, Альфа. Я способна постоять за себя и своих людей сама. А вот друзьями; друзьями мы станем. С удовольствием.