Любовь вопреки запретам

Глава 20

Мишель

Мои глаза теперь наверняка сияли потусторонним светом, я медленно вытянула руку вперед. Пространство вокруг вздрогнуло. Сила отозвалась мгновенно, она ждала этого, она томилась в неволе слишком долго, и теперь, почувствовав свободу, хлынула по моим венам раскаленным свинцом.

Я крепко зажмурила глаза, проваливаясь в вязкую, густую тьму собственного страха.

В груди запульсировала такая острая, разрывающая боль. Каждый вдох давался с трудом, легкие обжигало ледяным пламенем этой силы. Я ощущала, как магия вибрирует в каждой клетке, заставляя кости ныть, а кожу — гореть от невидимых разрядов.

Под моими ногами сама земля содрогнулась. Почва застонала, пошла глубокими, рваными трещинами, не выдерживая того веса силы, что я обрушила на него. Воздух вокруг меня застыл.

Сквозь этот первобытный хаос до меня долетали звуки, казавшиеся теперь бесконечно далекими. Голос Жозефины. Она кричала моё имя, умоляла остановиться, но этот крик лишь тонул в буре ощущений.

Если я сейчас открою глаза, если позволю хоть капле человеческого сострадания вернуть меня назад, они ударят вновь.

Назад пути не было.

Моя рука дрожала . Каждое мое движение отзывалось в окружающем пространстве тяжелым, влажным эхом. Враги застыли, их лица исказила гримаса первобытного ужаса, но и все остальные замерли, парализованные той мощью, что исходила от меня.

Сила внутри требовала капитуляции. Она шептала мне в самое сознание: «Отдайся мне. Стань бездной, и я сотру их из реальности».

Этот шепот был соблазнительным, он обещал избавление от боли, но если я позволю этой ледяной волне накрыть мой разум, та девушка, которой я была, исчезнет навсегда. Я сцепила зубы так сильно, что во рту разлился металлический вкус крови.

С оглушительным ревом, вода хлынула прямо из-под земли. Она не просто текла — она вырывалась яростными столбами, круша камни и сбивая врагов с ног. Их тела уносит этим беспощадным потоком, слышала их захлебывающиеся крики, но их было слишком много.

В какой-то момент воздух вокруг меня заискрился от вражеской магии. Десятки заклятий, ослепительных и смертоносных, были направлены в одну точку — в мое сердце. Время словно замедлилось. Я вскинула руку вверх, чувствуя, как плечо пронзает острая судорога.

Сделав нужны пас рукой. Перед моими глазами взметнулась колоссальная стена воды, настолько плотная и тяжелая. Вражеские огни и молнии с шипением тонули в этой толще, оставляя лишь облака едкого пара.

Мои силы были на исходе. Перед глазами плыли черные пятна. Я на мгновение замерла, пытаясь поймать рваный ритм своего дыхания, и в этой короткой паузе мои глаза встретились с его взглядом.

Вальтер.

Он стоял среди руин, был чернее самой темной тучи, но когда наши взгляды пересеклись, я увидела то, чего не ожидала найти в этом человеке. Его маска безупречного спокойствия дала трещину.

Он тяжело сглотнул, как в его глазах вспыхнуло дикое, ничем не прикрытое волнение. Это не был страх перед моей силой — это был страх за меня. Этот взгляд обжег меня.

Я замерла на мгновение, а в следующую секунду пространство разорвал ослепительный всполох чужой магии. Удар был такой силы, что меня просто снесло с ног. Я врезалась в острые выступы скал.

Боль была резкой. Легкие словно схлопнулись, отказываясь втягивать воздух, а в глазах на секунду потемнело от невыносимой пульсации в позвоночнике. Я хрипло выдохнула. Времени на не было. Каждая секунда промедления стоила жизни не только мне, но и тем, кто еще держал оборону.

— Твой отец с ног сбился, разыскивая тебя. Пора домой, он оскалился, и в этом оскале не было ничего человеческого.

Нужно бвло рисковать. Я готова выпустить эту тьму. Даже если она сожрет меня без остатка. Даже если после этого он посмотрит на меня с тем самым отвращением, которого я так боялась.

Холод начал разливаться по мне, вытесняя боль. Я медленно поднялась, и воздух вокруг меня начал густеть.

Пора заканчивать этот кошмар.

Я нахмурилась, чувствуя, как последние капли энергии уходят из пальцев.

Воздух стал густым. Я сделала резкий, ломаный пас рукой, и невидимая волна сорвалась с моих пальцев. Под удивленные, полные ужаса взгляды воинов клана, заставила ведунов замереть.

Я кожей чувствовала, как взгляд Вальтера прожигает мою спину. В нем было всё: шок, неверие и та самая ярость, которая теперь казалась мне бессильной. Он не мог меня остановить. Никто не мог. Пришло время показать им всем — и особенно ему — кто я на самом деле.

Враги начали кричать. Это был не просто крик боли, это был хрип уходящей жизни. Их жизненная сила — теплая, пульсирующая — тонким ручейком перетекает ко мне, но я не оставляла её себе, я просто развеивала её в прах. Кровь в их жилах застывала, превращаясь в лед, сердцебиение замедлялось, пока не стихло совсем. Мгновенная, холодная смерть.

Мой внутренний резерв таял с пугающей скоростью. Я никогда не заходила так далеко. Никогда не касалась такой темной, иссушающей магии. Тело горело, кости ломились от избытка энергии, которую я пропускала через себя. Голова закружилась, мир начал терять очертания.

Они падали. Один за другим, рушились на камни, лишенные дыхания. Моя рука, всё еще вытянутая вперед, неудержимо дрожала, а пальцы свело судорогой. Сквозь тяжелую, серую пелену, застилавшую глаза, я услышала чей-то далекий, испуганный голос — кажется, это была Жозефина, она звала.

Но силы покинули меня так же резко, как и пришли. Ноги стали ватными, и я начала заваливаться назад, уже готовая почувствовать жесткую, холодную землю и окончательную темноту.

Но падения не случилось.

Вместо камней я ощутила знакомый, нестерпимый жар. Мощные руки подхватили меня, намертво прижимая к твердому телу. Вальтер. Он не дал мне упасть.

Я попыталась что-то сказать, но из горла вырвался лишь слабый хрип. Сознание угасало, но последнее, что я запомнила — это его бешеный стук сердца под моей щекой. Он всё еще злился, я чувствовала это каждой клеткой, но его хватка была такой отчаянной, словно он боялся, что я исчезну, стоит ему разжать пальцы.