Развод и выжженная истинность

Глава 23. Дракон

Она помолчала, а я прижал ее руку к своим губам. Она равнодушно смотрела на то, как я целую ее пальцы.

— Хорошо. Я тебя прощаю, — прошептала она, а я выдохнул, прижимая ее руку к своей груди. — Но я больше не твоя жена.

— В смысле, не моя? — произнес я, глядя в ее глаза.

— Ты унизил меня при всех. Твоя стража поставила меня на колени при всех. Придворные потешались и глумились надо мной. Меня обвинили в том, чего я не делала… Какая из меня теперь императрица? — усмехнулась она.

— Я заставлю их стоять на коленях перед тобой. Каждый из них будет вымаливать у тебя прощение. Каждый! — произнес я. — Я заставлю! Каждого! Хочешь? Прямо сейчас? Они придут и будут стоять на коленях в этой комнате.

— Я все забываю, что ты — император, — прошептала она, вздохнув. — Что в твоей власти поставить на колени всех. Давай скажу прямо. Ты правильно выжег метку. Теперь нас ничего не связывает. И я не хочу продолжать. С меня хватит. Брака больше нет.

Она попыталась отнять руку — слабо, почти незаметно. Но я почувствовал это: пальцы, которые я целовал, напряглись. Не отвращение. Прощание.

— Что я могу для тебя сделать? — прошептал я.

— Что? Просто отпусти мою руку, — прошептала она. — У меня не хватает сил вырвать ее.

— Не отпущу, — прошептал я. — Я больше не отпущу…

— Зря, — прошептала она, глядя в стену. — Тебе бы лучше объявить о том, что я умерла при родах. Ребенок тоже не выжил. А я бы уехала бы куда-нибудь, в какое-нибудь отдаленное поместье, поселилась бы там под чужим именем и строила бы свою жизнь так, как я этого хочу.

— Нет, — упрямо твердил дракон.

— Ты думаешь, я злюсь? — её губы дрогнули в тени улыбки. — Нет. Просто я больше не могу просыпаться с мыслью: «А поверит ли он мне сегодня?» Однажды — достаточно. Чтобы сломать не тело. Душу. И ты ее сломал. Я больше не та, кто умолял судьбу подарить мне еще один день ради того, чтобы снова увидеть тебя.

— Давай ты окрепнешь, и мы поговорим, — сглотнул я, глядя ей в глаза. — Мы обязательно вернемся к этой теме. Но не сейчас…

Я бережно отпустил руку и положил ее поверх одеяла. Корианна слабо шевельнула пальцами. Между нами легла невидимая стена. Та самая, что выжег я собственным огнём.

— Гельд? А что изменится, когда я окрепну? — спросил ее голос, когда я встал с кровати. Ее вопрос догнал меня и взял за горло. — Разве что-то изменится?

— Просто ты устала, — выдохнул я. — Ты измучена, измотана, ты вправе злиться… Но давай мы просто отложим этот разговор?

— В долгий ящик императорского «я не хочу», — усмехнулась она. — Ничего не изменится, Гельд. Все уже решено.