Развод и выжженная истинность

Глава 38. Дракон

— Вы про проклятье? — спросил Дуази, проводя пальцами по корешкам книг на полке. Его прикосновение оставляло на пыльной коже тонкие борозды. Седые брови нахмурились, словно старик о чем-то задумался, но вслух не произнес.

— Да. Про него, — мой голос прозвучал хрипло, с драконьим эхом в горле.

Под кожей на затылке проступила чешуя — знак того, что зверь внутри рвётся наружу, требуя крови за кровь.

— Как только вычислю того, кто наслал это… лёгкой смерти я ему не обещаю.

Старик кивнул, не оборачиваясь. Его пальцы замерли на томе в потрёпанном переплёте. Я был уверен, что он достанет книгу, но он не достал ее.

— Ну, это мог сделать кто угодно, — произнёс он тихо, будто боясь, что стены услышат. — Обычно в таких случаях задают вопрос: что должно сделать проклятье? И в ответе кроется первая подсказка.

Я подошёл ближе. Каменный пол под сапогами отдавал холодом — тем же, что впитал в себя мрамор тронного зала, когда она стояла на коленях.

— Убить императрицу, — прошептал я, чувствуя, как под кожей на предплечье пульсирует обожжённая плоть. — Или оставить её бездетной, если вдруг спасёт чудо.

— Вот вам и первая подсказка, — Дуази повернулся, и в его глазах — светлых, как зимнее небо над горами — мелькнуло не сочувствие. Понимание. — Кому-то неугодна её кандидатура. Раз пошёл на такие кардинальные меры… Кто-то хочет, чтобы вы остались один. А для чего? Это уже совсем другой вопрос.

Он пожал плечами, и мантия зашуршала, как сухие листья.

— Таких людей слишком много, — я сжал кулаки. Когти прорезали кожу на пальцах — не от ярости. От бессилия. — Каждый род мечтает видеть свою дочь на троне императрицы. Каждая мать шепчет заклинания над колыбелью, моля богов: пусть её выберет дракон. Поэтому круг подозреваемых — вся знать. Весь двор. Вся империя.

Я подошёл к окну. За стеклом, затянутым инеем, мерцали огни дворца.

Эта мысль ударила в грудь тупым клинком. Я прижал ладонь к стене — холодный камень впился в кожу. Под пальцами проступила тонкая трещина.

— Можете изучить кабинет, — произнёс я, не оборачиваясь. — Может, найдёте что-то. След магии. Что угодно!

— Закладку на странице «Как убрать императрицу за тридцать дней»? — усмехнулся Дуази. — Или дневник злодея? «Сегодня седьмое февраля. Утром плакал, боясь, что проклятие не сработает. В обед проверил: вены на её животе почернели. Успокоился. Всю ночь думал, что со мной сделает император, когда узнает, что я к этому причастен. И почти не плакал».

— Это не смешно! — рявкнул я, разворачиваясь.

В горле вспыхнул жар — драконий огонь, готовый вырваться наружу. Я сдержал его. Сдержал, потому что знаю: пламя не вернёт доверие. Оно только сожжёт то, что ещё осталось.