Падение

19. Бес

Поев, Девятый смыл проклятую красную краску с щек и губ. Снял блестящую тунику и ремень, что подпоясывал ее, оставшись только в штанах и рубахе. Выйдя из ванной, достал из мешка крупный кусок селенита и засунул его в карман. Забрал нож и еще раз взглянул на карту. Он видел, как Адена сидела на кровати и поглядывала на него. Знал, что она тревожится, но в словах толку нет. Он просто сделает, что нужно, и вернется.

— Не выходи никуда, — сказал Девятый, подойдя к двери.

— Хорошо, — взволнованно донеслось с кровати. — Возвращайся поскорее.

Девятый молча вышел, стараясь не поддаваться тревожным думам. На бой нужно прийти спокойным, с холодной головой и чистым разумом. Он тенью прошел шумный хоровод нескольких длинных улиц. К нему то и норовили прицепиться торгаши или сомнительного вида горожане. Звали его пройти за ними, предлагали сделать ставки на разное. Но Девятый шел молча, не обращая внимания на них. Все, как один, отставали, теряя к нему интерес.

Наконец впереди показалась высокая каменная ограда. Он уже заранее знал, что за стеной находится. Ровно посередине небольшая площадка для боя, обнесенная столбами с натянутыми веревками. Возле входа с одной стороны будка для ставок, а с другой — построение для ожидающих своей очереди на бой смельчаков.

Дойдя до входа, Девятый увидел, как туда заходят возбужденные люди, и проследовал за ними. На пути их встретили два рослых мужика, изуродованных следами страшных боев.

— Зачем пришли? — спросил первый охранник.

— Ставки! Ставки хотим сделать! На бой поглядеть! — ответили горожане.

— Туда, — махнув рукой в сторону будки для ставок, пробасил охранник.

Второй охранник обратился к Девятому.

— Зачем пришел?

— Участвовать в бою и сделать ставку на себя, — ответил Девятый.

Мужчина усмехнулся, мельком оглядев его, и указал на построение для ожидающих.

— Сначала сходи туда и запишись, а потом сходи в будку, чтоб ставку сделать, — сказал охранник.

Едва Девятый отошел, позади послышался разговор.

— Еще одного выносить придется.

— Доплачивали бы еще за них, — прорычал второй и звучно сплюнул на землю.

Девятый зашел в ветхое помещение, сколоченное из досок и напоминающее сарай. Множество недобрых взглядов устремились на него. К нему тут же подлетел щуплый морщинистый старичок с высоким блестящим тюрбаном на голове. Да вытаращив один глаз глянул на него снизу вверх, доставая из-за спины дощечку и мелок.

— На бой?

— Да.

— Звать как?

— Никак.

— Что значит «никак», нужно имя? Зрителей уважить, ставку поставить, если желающие найдутся, конечно. Как записать, любезнейший? — хриплым голосом проворчал старик.

— Напиши «Без имени», пусть будет так, — сказал Девятый, не желая оставлять о себе и следа. Особенно когда Лутас ищет его.

— …Ладно, — недовольно фыркнул старик. — Коротко запишу — «Бес». Так легче выговаривать. Будешь «Бес».

— Хорошо, — кивнул Девятый. — Когда мой бой?

— Через два. Новичков в начале запускаем, чтоб толпу разогреть к выходу лучших бойцов, — ответил старик.

Девятый кивнул и пошел на выход.

— Эй, ты куда это?

— К бою приду, — сухо ответил Девятый и пошел к будке для ставок. Выждал свою очередь.

— Ставлю на нового бойца по имени «Бес» один крупный селенит. На три боя.

Мужчина, что сидел за стойкой, недоверчиво зыркнул на него. Забрал селенит и под столом проверил его на подлинность. Вынырнув из-под стола, любезно улыбнулся.

— Господин, не боитесь ставить на новичков столь крупную сумму? Да еще и на три боя? У нас новички обычно и до второго не доживают. Бедолаги, — с напускной грустью произнес мужчина.

— Хочу попытать удачу, — сухо сказал Девятый. Мужчина снова улыбнулся и быстро вписал его, спрятав селенит.

— Ну что ж, удачи вам, — сказал он и проголосил: — Следующий.

Девятый вернулся под навес и подошел к свободному табурету. Стянул с себя рубашку, чтобы во время боя не испачкать ее чужой кровью. Она стоила слишком дорого, чтобы пренебрегать ею. И штаны бы с сапогами снял, да, скорее всего, попросят надеть обратно. Оставшись голым по пояс, развернулся и увидел, что прочие, оглядев его, расслабились и начали недобро глазеть друг на друга.

— Ох и тощий ты, Бес. Боюсь, помрешь только тут. Не поздно еще отказаться, пока на бой не вышел, — подойдя к нему, сказал старичок. Девятый огляделся и понял, что в сравнении с остальными наверняка выглядит совсем хилым. Но его это не беспокоило. С ним был его острый нож и отточенные навыки. И он знал прекрасно: у любого бойца есть на теле места, вонзив в которые нож, он уже не встанет. Особо выносливым, для верности, можно и несколько ударов нанести.

— Я пришел сюда за победой, а не смертью, старик, — наконец сказал Девятый, взглянув на него. — С ней и уйду.

Старичок вздохнул и иронично улыбнулся.

— Ох, знал бы ты, сколько раз я уже слышал подобные слова. У-у, не сосчитать, — сказал он и пошел дальше. С арены послышался вой толпы и выкрикивания имени. Девятый вспомнил, как в прошлом, в этом же городе, но на другой арене, также выкрикивали его наспех выдуманное имя. Как толпа остервенело ликовала от его побед. Как горели от желания и любви ее глаза. Сердце Девятого звучно забилось от приятных воспоминаний. Он тогда впервые ощутил себя свободным. Ощутил себя значимым и любимым. Впервые наслаждался вкусными яствами и женскими ласками, не отказывая себе ни в чем. Толпа обожала его и давала ему всё, чего он хотел. Он был царем той арены. Он был на ней словно бог, с кучей почитателей. Его гордость была обласкана как никогда.

— Бес, твоя очередь. Выбери оружие и выходи, — послышался голос старика. Девятый вынырнул из своих воспоминаний. Мельком взглянув на стол с оружием, достал нож.

— У меня свой, — сказал он и спокойно вышел наружу.

— У-бей! У-бей! У-бей! — начала в один голос выкрикивать толпа, насмешливо глазея на Девятого.

Он пролез меж веревок и взглянул на противника, что находился в другом конце арены. Тот держал меч. Мужчина был коренаст, бородат и скалил гнилые зубы, словно предвкушая свою скорую победу.

— Поприветствуем наших бойцов! В правом углу наш вчерашний победитель — Черный Зверь! — послышался громкий мужской бас, как из трубы.

— Зверь! Зверь! Зверь! Убей его, Зверь! Руби на части! Убей! Убей! Убей! — закричала толпа, облепившая арену.

— Тихо! — оглушил всех мужской бас. — В левом углу новичок под именем Бес!

— Фу-у! Смерть! Смерть! Смерть!

— Да начнется бой! — скомандовал голос.

Черный Зверь облизнулся и попер на него, размахивая мечом. Девятый быстро пошел к нему навстречу. Они встретились на середине арены, и Зверь сделал размах, желая разрубить Девятого пополам. Но Девятый резко отступил назад, изогнувшись. Меч со свистом пролетел рядом с животом, утягивая тело Зверя. Девятый сделал упор на одну ногу. Рванул вперед. Схватил Зверя за бороду и дернул ее вверх, задирая голову. И вонзил нож ему в шею до рукояти, в углубление между креплением мышц и ключиц. В то место, откуда лезвие не соскользнет никогда и точно поразит противника.

Зрители охнули, и повисла тишина, в которой стало слышно булькающий хрип Зверя. Меч упал на песок.

Девятый так же быстро вытащил нож и отпустил бороду. Сделал шаг назад, и Зверь рухнул прямо у его ног.

Все охнули и застыли.

— …Бес.

— Бес.

— Бес!

— Бес! Бес! Бес! — ликовала толпа, выкрикивая его имя, словно одержимая.

Девятый ощутил прилив сил и пошел обратно под навес. Едва вошел, увидел на себе удивленные, боязливые и наполненные злостью взгляды.

— Как быстро ты одолел его! Удивительно! Я восхищен! — восторженно сказал старик. — Давай хоть представлюсь. Я — Фир. Послушай, Бес. Я хороших бойцов очень ценю и могу дать им дорогу в господа, если они пожелают того. Если у тебя будет желание получить больше, чем могут здесь дать, то подойди ко мне после последнего боя. Я тебе подскажу, куда идти.

Девятый промолчал. Пока он не видел нужды рисковать понапрасну. Быть может, ему хватит и того, что здесь заработает.

Второй боец был сражен так же быстро. Толпа ликовала и выкрикивала фальшивое имя. Во время третьего боя Девятый увидел, как противник боится и нервничает, и решил потянуть подольше, чтоб порадовать зрителей. Прежде чем убить врага, он нанес ему несколько ран, пуская кровь. Он помнил еще с прошлого раза, чем больше толпа тебя любит, тем больше ты получаешь. А им с Аденой очень сильно нужен селенит.

Убив последнего, Девятый взметнул вверх руку с окровавленным ножом.

— Бес! Бес! Бес! — вещала толпа, ликуя. Насладившись победой, он пошел забрать наград.

— Поздравляю с победой, господин. Вот ваш выигрыш, — сказал мужчина за прилавком и отсчитал ему два крупных селенита и десять мелких.

— Почему так мало? — нахмурился Девятый.

— Как же мало? Получили в два раза больше, чем ставили. Еще с учетом того, что новичок. У нас на новичков вообще редко ставят. Радуйтесь, что смогли забрать хоть что-то, кроме своего. Если завтра снова придете, на вас, думаю, уже побольше поставят. Поэтому приходите, — сказал мужчина и проголосил: — Следующий.

Девятый забрал селенит и быстро пошел обратно под навес, чтоб выловить старика Фира.

— Я согласен. Куда и когда мне нужно подойти?

После разговора со стариком Девятый пошел на выход. Но увидел, как несколько женщин стоят у прохода и шушукаются, глядя на него. Его взгляд тут же приковала девушка с длинными черными волосами и светло-серой кожей. Утонченная на вид и уж больно напоминающая…

— Господин Бес, вы были великолепны! Мы восхищены вами.

— Не желаете ли закрепить победу сладостными утехами?

— Господин, выберите, кто из нас вам больше по душе, мы все будем очень рады вашему вниманию.

— Можно сразу всех, мы не горды, господин.

Женщины захихикали.

— Сколько? — спросил Девятый.

— Пять мелких селенитов за одну.

— Или один средний, господин.

Девятый вздохнул, глядя на приглянувшуюся девушку. В голове пьянящим вихрем закружились воспоминания. Перед мысленным взором возник образ Адены, одетой в блестящие тряпки, которые еле скрывали ее наготу. Как ее длинные черные пышные волосы струились по хрупким плечам. Вспомнились ее выкрашенные в красный цвет губы, тонкая шея и…

— Ты. Веди меня, — сказал он, указав на черноволосую девушку. Нужно было утолить мужское желание, чтоб перестать думать об этом.

Девушка обрадовалась и охотно повела его за собой. Камни, что светились высоко над головой, стали прикрывать навесом. Город начал понемногу затихать и темнеть, погружаясь в сон.

Вернувшись, девятый обнаружил Адену спящей. Он тихо помылся в прохладной воде и лег рядом, повернувшись к ней спиной. Нужно было выспаться. Старик Фир сказал ему прийти после того, как весь город вновь осветится ярко, загудят все рога, и забьют колокола. И он отведет его на другую арену, которая располагается в самом центре. Девятый был рад тому, что нашел способ заработать быстро и много.

Фир подъехал ко дворцу на повозке и быстро прошел пост со стражниками. Дождался во дворе своего знакомого, другого старца, и они пошли по саду, наслаждаясь тишиной, прохладой и тусклым освещением. Город спал и все казалось мирным и спокойным. Но мужчины держали путь к мрачной башне, что скрывалась за помпезными постройками, пышными кустами лишайников и редкими хилыми лиственными деревьями и кустами, явно завезенными сюда чужеземцами. Мужчины были напряжены, но старались не подавать вида.

— Как поживаете? Любимец короля в добром здравии? — спросил Фир.

— О-о, да, здравие у него доброе. Да только рассудок совсем худ. Последнюю девицу по частям из его башни выносили… Бедолага, — вздохнул пузатый седовласый старик.

— Ничего не поделать, королю этот раб дорог. Любимец. Что ж не сделаешь для любимца, — сказал Фир.

— Верно. И горожане в нем души не чают. Гордость народа. Герой, — сказал мужчина и тихо добавил: — А что за стенами башни творится, то мы уберем. Скроем от глаз, будто не было вовсе. Мало ли девок пропадает да гибнет. Никто их и считать не будет. Зато бесстыдница перед смертью честь имела героя потешить.

— Ваша правда. Распутниц жалеть не нужно, их жизнь всё равно коротка да бестолков. А вот на него поглядеть в наш любимый город даже господа из других уровней захаживают. Дары нам разные привозят и торговлю ведут. Герой он наш. Наша гордость, — поддержал Фир.

— Верно, — сказал мужчина, важно кивая. — Так поприветствуем же его?

— О-о, сочту за честь, — дрогнув голосом, сказал Фир. — Я… кажется, ему соперника достойного нашел. Годный малый. Он с легкостью победил троих сегодня. Думаю, можно устроить им бой.

— Торопиться не надо. Любое дело требует взвешивания и одобрения.

Они дошли до башни, и стражники расступились. Мужчина шумно вздохнул, словно решаясь, и подошел к веревке. Со всей силы дернул за нее, и внутри башни раздался звон колокола.

— Отступим, — спешно отойдя, сказал мужчина, и оба отступили и подняли глаза. Высоко наверху виднелся балкон. Оба замерли в ожидании. Их сердца колотились, предвкушая его появление. Сверху послышалась возня. Что-то показалось и полетело вниз.

Оба вскрикнули и отскочили. К их ногам глухо упало тело девушки. Юное по очертаниям, но всё полностью обезображено жесточайшими побоями, живого места не видно. Грудь вдавлена вовнутрь, словно ее топтали ногой, ломая ребра. Лица не разглядеть, одно кровавое месиво. Светлые волосы с головы частично вырваны вместе с кожей. Зрелище жуткое и омерзительное, что кровь леденеет и хочется проблевать.

Фир в ужасе посмотрел наверх и оцепенел. Увидел нечеловеческой мощью наполненный мужской обнаженный силуэт с рогами на голове.

— Господин Минотавр, приветствую вас! — дрожащим голосом произнес друг рядом.

Оба снова смолкли, а силуэт не шевелился. Лишь его внушительная широкая грудь вздымалась от тяжелого дыхания.

— Не она, — прогудел в тишине его низкий голос и тень скрылась из виду.

Оба пошатнулись, расслабившись, и старик велел стражникам убрать мёртвую с глаз. Взглянул на Фира и прошептал, словно опасался, что его может услышать кто-то еще:

— Если твой переживет завтрашние бои, я сообщу о нем королю. А дальше видно будет. Пока ничего обещать не могу.

— Договорились, — радостно ответил Фир, желая как можно скорее покинуть это место. В груди было ощущение, что нелюдь, живущий в этой башне, все еще жаждет чьей-то крови.