Падение

24. Помощь

Девятый отдал Адене ключи, и она сняла и выбросила ошейник. Они молча прошли весь лабиринт. Передвигались тихо и без спешки, вслушиваясь в каждый шорох. Благо ящеры и девушки были шумными, и избежать столкновения с ними не составило труда. Девятый видел, как Адена до самого конца постоянно оглядывалась, словно боялась, что Минотавр следует за ними, но не стал ей ничего говорить. Так как чувствовал, что если подаст голос, снова начнет кашлять и выдаст их положение.

Они наконец дошли до стены с дверью, которая располагалась у основания трибун.

— Бес! Бес! Бес! — истошно скандировали люди сверху. Но Девятый был глух к их восторженным воплям. Он дождался, пока Адена откроет ключом замок. Тот наконец щелкнул, и они быстро зашли вовнутрь.

— Поздравляем победителя! — с торжественным лозунгом встретили его двое, одним из которых был старик Фир.

— О-о, ты ранен? Лекаря сюда, срочно! — проголосил второй мужчина, окинув Девятого взглядом.

Девятый даже опомниться не успел, как ему поднесли стул. Но он взглядом указал Адене присесть на него.

— Нет, ты садись, — взволнованно сказала она. Девятый неохотно сел на стул.

Фир с подозрением оглядел обоих.

— Вы знакомы?

— Да, она моя спутница, — сказал Девятый и тут же закашлял. Сплюнул на пол слюну с кровью и вытер рот левой рукой.

— О-о, так вот оно как! Тогда просим прощения, госпожа, за столь неловкое недоразумение. Мы-то думали, что вы преступница. Ведь назвались прислужницей господина Клемита, а он уже мертв. Да упокоится с честью его благородная душа, — сказал Фир, подозрительно хитро взглянув на Девятого. — Выходит, вы не его.

— Я ее забираю в качестве награды, — почувствовав неладное, спешно сказал Девятый.

— Замечательно! Вот мы и решили один вопрос! Скоро еще получишь свой приз, с вычетом помощи лекаря, и можешь идти наслаждаться победой. Только не теряйся из виду, у меня на тебя большие планы, — сказал Фир и замолк, подняв голову.

Толпа снаружи все еще скандировала «Бес!».

— Слышишь? — прошептал Фир, словно на миг впал в приятные мечтания. — Они жаждут отдать тебе славу и богатства. И мы ее заберем. Я помогу тебе и проведу наверх.

Фир горящими глазами посмотрел на Девятого. И Девятый, слабо улыбнувшись, кивнул ему.

— Только вылечи меня поскорее, и я приму новый бой. После Минотавра мне уже никто не страшен, — сказал Девятый. Худощавые серые щеки Фира обдал румянец. Старик выглядел сдержанным снаружи, но в глазах читалось, что он взбудоражен услышанным. Словно уже представляет ту жизнь, о которой и мечтать не смел.

Наконец к ним подошел лекарь с увесистым ящиком в руках.

— Не жалей средств. Хочу, чтобы он был бодр как можно скорее, — сказал Фир, отойдя в сторонку.

Лекарь кивнул и приступил к делу.

— Снимите рубашку, — сказал он, присев на поднесенный охранниками стул. Начал шарить в ящике. Девятый левой рукой еле стянул с себя рубашку и тут же содрогнулся от боли. Адена охнула и быстро помогла ему, забрав рубашку.

Лекарь взял кусок селенита и, освещая им кожу девятого, внимательно оглядел и мягко ощупал грудную клетку и руку Девятого.

— Ну, не так плохо, как думалось, — наконец сказал лекарь и достал фляжку с водой и несколько баночек. Замешал пахучую микстуру и велел Девятому ее выпить. Он незамедлительно сделал это и постепенно перестал ощущать боль. Грудь и рука потеряли чувствительность.

Лекарь взял тонкую спицу и резко ткнул ее в руку Девятого. Девятый дернулся от неожиданности, но даже не почувствовал укол.

— Больно?

— Нет. Ничего не чувствую.

Лекарь кивнул и взглянул на Адену.

— Думаю, вам лучше отвернуться, госпожа.

Адена прикрыла рот ладонью и мигом отвернулась, от чего Девятый немного расслабился. Но лекарь взял его правую руку в свои и рывком вправил сустав. Кости хрустнули, но Девятый не почувствовал ничего. Он даже саму руку не ощущал, словно ее и нет. Чему приятно удивился и был рад.

Лекарь взял несколько мазей и начал наносить их на кожу в области суставов и костей. Обмотал это всё лоскутами ткани, наложив туда твёрдые каменные пластины. Затем намазал также грудь Девятого и зафиксировал правую руку лоскутом ткани к шее, согнув руку в локте, чтоб не болталась. И помог надеть Девятому рубашку.

— Госпожа, можете повернуться, — сказал лекарь, доставая мешочек и баночки. Адена развернулась, и он рассказал им, как ухаживать за рукой и грудью.

— Ребра тоже нужно мазать. Переломов нет, но наличие трещин не исключаю, — сказал лекарь и сложил все баночки и тряпочки в мешок. — Здесь есть всё необходимое. Поначалу мажьте часто, чтоб скорее затянулось, потом можно реже. Начинает нестерпимо болеть — выпивайте микстуру. Спать старайтесь только на спине и меньше двигайтесь. Сейчас вам лучше отдыхать, чтоб ускорить процесс заживления. Всё ясно?

— Да, — ответил Девятый.

— Хорошо. С вас десять селенитов.

— А если убрать обезболивающую микстуру? — спросил Девятый.

— Нет. Мы всё возьмём, спасибо вам большое, — спешно сказала Адена и с волнением посмотрела на Девятого. Он вздохнул и согласился.

Старик Фир и мужчина опомнились.

— Точно. Приз. Несите сюда сундук!

Охрана поднесла сундук. Девятый подошел к нему и раскрыл. Вся комната осветилась нежным голубо-фиолетовым светом. Но Девятому было не до красоты. Он принялся неохотно отсчитывать камень за камнем.

— Десять, — сухо сказал он и взглянул на лекаря.

— Десять, — кивнул тот, спешно загреб все камни в свой ящик и прикрыл их тряпочкой. Довольно улыбнулся и пошел на выход, мельком бросив: — Выздоравливайте.

— Спасибо, — сказала ему вслед Адена и Девятый взглянул на нее. Она мягко улыбнулась и подошла к нему, скрестив руки на груди.

— Может, пойдем? — спросила она.

— Да, — наконец перестав думать о потраченном, сказал Девятый и посмотрел на Фира, закрывая сундук.

— Мы пошли.

— Хорошо. Но сегодня, перед погашением, в замке состоится торжество господ. Поэтому подготовься к гуляниям, мой погонщик приедет за тобой.

— Хорошо, — сказал Девятый, — сможет ли твой погонщик сейчас отвезти нас?

— Конечно, сможет и сделает это бесплатно. Мы же теперь друзья и партнеры. И я готов помогать бескорыстно, — сказал Фир и попросил одного из охранников проводить их. Охранник забрал сундук с селенитом и провел их до экипажа.

Они быстро прибыли обратно на постоялый двор. Девятый достал из-за кровати мешок и переложил весь селенит в него, заполнив почти доверху. Засунул за пазуху выигранный в предыдущем бою кинжал. Выпрямился и окинул взглядом Адену. Увидел на сорочке цифру «Девять», но не стал ничего говорить по этому поводу, а спросил другое:

— Где твое платье?

— Они забрали его. И украшения тоже. У меня ничего не осталось, — сказала Адена и виновато потупила взгляд.

— Тогда сначала купим тебе платье, потом мелкую повозку с ящером и покинем этот проклятый город, — сказал Девятый и пошел к двери, взяв мешок.

— Но ты же сказал… Я думала, что ты хотел остаться на праздник, — взволнованно сказала Адена.

— Я соврал, чтоб нас отпустили. Поэтому стоит поспешить, пока они не догадались обо всем. Идем, — сказал Девятый.

Адена радостно улыбнулась и быстро пошла следом.

Они купили самое недорогое и простое платье и накидку с капюшоном. Купили мелкую простую повозку на два человека и старую ящерицу. И, ориентируясь по карте, добрались до ворот. У них забрали тридцать последних голубых селенитов и пропустили на следующий уровень. Дверь позади захлопнулась, и впереди возникла прямая широкая, вымощенная камнем дорога с низкими бортиками, которая тянулась далеко вперед и заканчивалась светлой точкой на горизонте. На протяжении всей дороги были расставлены высокие столбы с камнями селенита на верхушках, которые освещали дорогу и немного местности вокруг. Но все остальное пространство было полностью погружено во тьму. Воздух был влажным и прохладным, и в нем витали запахи лишайника и отголоски запаха водорослей. Откуда-то снизу доносилось глухое журчание воды. И больше ничего.

Ящерица тихо проревела, опасливо опустив голову. Широко раскрыв глаза, стала озираться по сторонам, словно пытаясь вглядываться в темень.

— Может, есть другой путь? — прошептала Адена, сжав в руке ткань рубашки Девятого.

— Не бойся. Эта дорога сделана господами для торговли между уровнями, а значит, безопасна, — сказал Девятый и мягко дернул вожжи. — Главное — не сворачивать с нее.

У самого было дурное предчувствие. Ведь неведомо, каких еще жутких тварей может скрывать в себе мгла…

Лутас, попав на седьмой уровень, нанял экипаж и поехал прямиком к замку. По всему городу шли веселые гулянья, что вызвало в нем лишь раздражение. Ведь из-за этого король может отложить его дело, и придется ждать.

Экипаж подъехал к замку, и Лутас достал послание от правителя четвертого уровня с подписью короля восьмого уровня. В нем было написано, что Лутас разыскивает особо опасного преступника и правители нижних уровней обязаны оказать ему содействие в его поимке.

Стража без промедления впустила его и приставила к нему одного из своих для сопровождения. Но едва они зашли в замок, услышали женские крики, что донеслись откуда-то со второго этажа.

— Ждите здесь, господин, — сказал стражник и побежал вверх по лестнице, гремя латами.

Лутас вздохнул, услышав очередной крик и грохот, очень похожий на бренчание лат. Он неторопливо пошел к широкой лестнице, что вела наверх. Плавно достал из-за пазухи кинжал и вытащил нож из разреза горловины жакета, который был спрятан в области груди. Но едва он успел дойти до лестницы, остановился и замер в ожидании, встав в оборонительную стойку. Сверху послышались звучные шаги. Словно по твердому камню ступала увесистая подошва сапог. Лутас расслабленно опустил руки, когда по звуку понял, что идущий прихрамывает и тяжело двигается.

Наконец из проёма вышла грузная тень и дошла до ступеней. Перед Лутасом предстал могучий лохматый мужчина, одетый лишь в штаны и сапоги. Из его тела торчало множество арбалетных болтов. Кожа была испещрена порезами, из которых сочилась кровь. Но особое внимание привлекла отрезанная мужская голова с торчащим из глаза крупным рогом, которую мужчина держал в руке, взяв за волосы.

— Где король? — бесцветно спросил Лутас, кажется, уже зная ответ.

Мужчина хмыкнул и лениво бросил голову. Та, громыхая в тишине, докатилась до самого низа. Лутас без интереса взглянул на нее, а затем пошел вверх. Все же нужно было найти хоть кого-то, чтоб его осведомили о том, где можно поискать Вирия. Связаться с городской стражей и поспрашивать у них.

Когда Лутас дошел до середины лестницы, мужчина, пошатнувшись, пошел к нему навстречу. Лутас крепче сжал рукояти оружия, чтоб быть готовым к атаке. Но когда они поравнялись, мужчина просто прошел мимо, даже не взглянув на него. Лутас убрал оружие в ножны и пошел дальше, услышав позади грохот упавшего на пол тела.

Дойдя до залы, он заглянул в нее и даже немного удивился и брезгливо поморщился. Похоже, здесь состоялась настоящая бойня. Окровавленные господа и стражники лежали повсюду. Некоторые еще подавали признаки жизни: хрипели, стонали или кашляли. А некоторые уже были очевидно мертвы, ведь выглядели совершенно паршиво. Настолько грязную работу Лутас видел впервые. И смотреть на это было просто противно. Однако среди стонов и хрипов чуткое ухо уловило тихий плач. Лутас огляделся и заметил недалеко от трона мелко подрагивающий занавес. Немедля направился туда и сдвинул ткань. Щуплый старик с тюрбаном на голове упал на пол и зарыдал.

— Нет. Пощады. Молю. Пощадите.

— Он сдох, — спокойно сказал Лутас. — Встань.

Старик вытаращил глаза и оглянулся. Его лицо побледнело, и он вскочил на дрожащие ножки.

— Господин… Ч-что? Кто вы? Вы п-пришли убить его, да? — запинаясь, сумбурно спросил старик, взглянув на Лутаса.

— Нет. Я пришел за другим убийцей. И вы обязаны помочь мне его разыскать, — сказал Лутас, достав послание. Огляделся и снова посмотрел на старика. — Я ищу мужчину, похожего внешне на меня, но его лицо покрыто шрамами. У него темные волосы, и он искусный боец. Его может сопровождать миловидная девушка с кожей чуть темнее моей и с длинными темными волосами. Если у вас нет догадок, ведите меня к тому, кто командует городской стражей.

Глаза старика расширились.

— Господин, кажется, я могу вам помочь.

Старик, запинаясь, сумбурно рассказал всё, что знал.

— Сказал, что его Бес зовут. Имя девицы не знаю, но они, похоже, близки. Он ради нее чуть не погиб. И еще они покинули постоялый двор почти сразу после битвы, так сказала хозяйка, — сообщил он.

Глаза Лутаса блеснули.

— Вы сказали, что поменяли ей платье. У вас сохранилось прежнее?

— Да, конечно, — закивал старик. — Пойдемте.

Он, судорожно перешагивая через тела и прикрыв рот ладонью, вывел Лутаса из зала. И, пройдя в соседнее помещение, распахнул двери. Там, напротив двери, в ряд были расставлены ажурные вешалки с красными окровавленными разорванными платьями с цифрами. А ровно посередине висели три платья, которые отличались от них. Два выглядели просто, хоть и вычурно. Но старик показал пальцем на то платье, что висело ровно посередине. Оно выглядело как платье знатной дамы и сверкало при свете селенита.

— В этом была. Оно ворованное, да? — спросил старик. Но Лутас не удостоил его ответом. Подошел к платью и резким рывком вырвал лоскут подкладки в области груди. Сунул его в карман и взглянул на старика.

— У вас же найдутся ящерки-ищейки, верно?

— Да, конечно. У стражи они есть. Должны быть.

— Замечательно. Одолжите мне одну, — сказал Лутас и пошел на выход. Старик хвостиком проследовал за ним, желая покинуть замок. Они неторопливо спустились вниз по лестнице, и Лутас мельком взглянул на труп мужчины. Тот лежал на животе, повернув голову на бок. Его черные волосы и борода были растрепаны, но даже так было видно, что он улыбался.

От чего-то Лутасу было приятно видеть это зрелище. Неплохое завершение жизни, подумалось ему, хоть и много грязи. Но умирать было рано, ведь его ждали дела поинтереснее. Он уже сгорал от нетерпения, жаждя встретиться с Вирием. Хотелось как можно скорее предстать перед ним и вонзить кинжал в его горло, глядя прямо в глаза. Видеть, как он медленно и мучительно умирает. Жестоко отомстить ему за то, что он… убил отца.