Падение

54. Приятное воспоминание

Адена зашла в комнату и заперла за собой дверь на задвижку. Увидела, как Вирий отложил кинжал на стол, быстро подошел к ней.

— Что-то случилось? — напряженно оглядев ее, спросил он.

Адена стиснула зубы, чувствуя, как в горле встал ком. Она помотала головой. Вирий молча смотрел на нее и терпеливо ждал, словно понимая, что она хочет успокоиться и сказать что-то важное. Адена, наконец сделав несколько глубоких вдохов, заглянула ему в глаза, больше не скрывая своих чувств. Желая раскрыться не только на словах, но и взглядом.

— Я просто больше не могу держать все в себе и хочу поделиться тем, что меня волнует, — сдавленно произнесла она.

Вирий отступил, сделав шаг назад. В его глазах отразилась тревога и волнение.

— Нет. Не нужно, это лишнее, — сказал он.

Глаза Адены стали влажными, но взгляда она не отвела. Она чувствовала сердцем и душой, что Вирий также испытывает к ней что-то. Иначе просто быть не может. Его забота и самоотверженность — яркое подтверждение тому. А остальное неважно.

— Мы пережили вместе столько всего. Ты тот человек, который разделил со мной все самые горькие моменты в моей жизни. Помог справиться с ними, защитил и спас. Я до конца жизни буду благодарна тебе за всё. И не забуду ни единого момента. Но… — она сделала к нему осторожный шаг. Вирий, замерев, смотрел на нее, словно не решался пошевелиться. Адена протянула руку к его лицу и пальцами провела по щеке. Ее сердце звучно билось от переполняющих душу чувств.

— Мне бы так хотелось еще разделить с тобой хотя бы один счастливый момент. Даже если… Даже если нам суждено расстаться, я… не смогу простить себя за то, что испугалась. Что не решилась сделать то, что очень хочу… — речь ее превратилась в сдавленный шепот, а из глаз покатились слезы.

— …О чем ты? — нерешительно прошептал в ответ ей Вирий, и в его глазах отразилась тяжелая боль, словно он чувствовал в этот момент всё то же самое, что и она. Словно полностью понимал ту тяжесть, что терзала ее душу, и невольно разделял ее, забрав часть себе.

— Ты мне нравишься… Как мужчина женщине, — прошептала она. Убрала руку с его щеки на плечо. Привстала на носочки и подалась к нему.

Всё кругом словно испарилось, и в груди образовалась небывалая легкость.

Губы нежно коснулись губ, соединяясь в робком, но самом желанном поцелуе.

В легкие проник уже до мурашек знакомый и приятный запах тела Вирия.

И душа словно воспарила высоко в небеса.

Адена наконец немного отстранилась и заглянула ему в глаза, испытывая множество приятных эмоций. Но столкнулась с напряженным взглядом Вирия и словно вернулась обратно на землю.

— …Прошу, уходи, — сказал он, глубоко дыша.

— Нет. Не хочу, — ответила она, понимая, что он гонит ее вовсе не из злости. Она вновь потянулась к его губам, но он схватил ее за талию, пытаясь остановить.

— Если ты продолжишь, я захочу большего. Поэтому… не дразни меня так жестоко, прошу, — с ноткой отчаяния в голосе вдруг прошептал он.

Душа Адены вновь воспарила, ведь она осознала наконец, почему он не хочет ее подпускать.

Она нежно улыбнулась ему, блестя глазами.

— Именно этого я и хочу. Хочу большего. Хочу не думать про то, что будет завтра, и создать с тобой то воспоминание, которое перекроет все плохие и будет согревать мою душу до конца жизни. Давай вместе создадим эти воспоминания друг для друга, Вирий, — выдохнула она, чувствуя, как колотится сердце.

Глаза Вирия блеснули бурей чувств.

Его лицо резко расслабилось, словно ему больше не нужно было ничего скрывать.

И вместо признаний и волнительных слов он в порыве подался вперед. Слегка наклонив голову, впился губами ей в губы.

Адена блаженно прикрыла глаза и едва не повалилась с ног от волны эмоций, захлестнувших душу. Но Вирий крепко и бережно обнял ее за талию, прижимая к себе.

Она ощутила жар его тела, и у самой все внутри воспылало.

Губы чувственно сминали губы в опьяняющем поцелуе.

По коже бегали приятные мурашки от сладостных ощущений.

Но едва Адена немного привыкла к этому, Вирий резко прервал поцелуй. Она охнула от неожиданности, когда он поднял ее на руки, словно пушинку, и понес к кровати.

Низ живота обдало жаром, когда Вирий уложил ее на матрац и стянул с себя рубашку. А затем навис над ней, встав на четвереньки, и заглянул в глаза.

Сердце пропустило удар от того, что Адена увидела в них. Трепет, желание и неприкрытую нежность.

— Я постараюсь сделать это воспоминание самым приятным и незабываемым для тебя, — тихо сказал он и с чувственной нежностью вновь поцеловал ее в губы.

Адена почувствовала как ее душу медленно наполняет что-то светлое, чистое и прекрасное.

Но Вирий отстранился от ее губ и начал так же нежно и чувственно осыпать ее кожу поцелуями, спускаясь ниже.

По телу побежали приятные мурашки, когда его губы достигли кожи чуть ниже мочки уха. В комнате словно стало жарче. Адена сама не поняла, как подставила шею и слегка запрокинула голову.

Но в следующий миг издала рваный выдох.

Ладонь Вирия коснулась шеи с другой стороны. И, гладя кожу, скользнула ниже и достигла груди. Он нежно смял ее сквозь ткань одежды.

Адена раскрыла переполненные истомой глаза. Воздуха перестало хватать, и она задышала ртом. А в этот момент Вирий достиг лицом шейного выреза платья. Адена слишком отчётливо ощутила его горячий выдох грудью даже сквозь ткань платья и опустила глаза, не в силах удержаться. Он заглянул ей в глаза и медленно поддел пальцами ткань. А затем опустил её вниз, обнажая груди.

Сердце Адены заколотилось с новой силой, когда она увидела, с каким чувственным желанием он оглядел её, а затем опустился вниз. И вобрал сосок себе в рот. А другую грудь стал нежно мять ладонью.

— А-ах, — не выдержав, тихо протянула Адена и сжала пальцами ткань пледа. Сама же с наслаждением душевным и физическим наблюдала за тем, что Вирий делает. И в этот момент ей почему-то совсем не было стыдно. Наоборот. Хотелось запомнить всё в мельчайших деталях. Прочувствовать и насладиться. Отдаться этому прекрасному порыву. Словно в этом мире они остались вдвоём.

Вирий отстранился от ее груди и спустился ниже. Встав на колени у ее ног, он неторопливо задрал подол платья. Глядя Адене в лицо, стянул с нее панталоны. Адена, тяжело дыша, раздвинула перед ним ноги, давая понять, что она хочет этого не меньше него. Что ей он совсем не противен, а даже наоборот. Чтобы он понял, что она ничуть не приукрасила, когда сказала, что он нравится ей как мужчина.

Она увидела, как он сглотнул, оглядев ее наготу. И неожиданно опустился вниз.

Сердце пропустило удар, когда он пристроился головой промеж ее ног. Он нежно и чувственно провел ладонями по внешней стороне ее бедер и, приоткрыв рот, коснулся им самых нежных и чувствительных мест. Адена едва не простонала от неожиданно приятного ощущения. Прикрыла ладонью рот и промычала в него. Поджав плечи, запрокинула голову. И новая волна удовольствия прошибла тело. За ней еще одна и еще.

— Ах-ах-ах, — не в силах больше сдерживаться, Адена стала постанывать и выгибаться. Глаза заволокла мутная пелена. Низ живота изнывал от желания. Адена слишком ярко ощущала, как Вирий нестерпимо приятно нежит ее языком и губами. Как там все становится горячо и влажно, трепещет от желания. И хочется одновременно, чтобы это тянулось еще и закончилось как можно скорее.

Вирий остановился тогда, когда Адене казалось, что это уже вот-вот закончится. Она с желанием взглянула на него и замерла. Он стянул с себя штаны и портки, представ пред ней совершенно голым. Адена с упоением оглядела его тело, и ее взгляд скользнул на то, на что прежде она посмотреть бы точно не решилась. Она увидела темный налившийся кровью член и яйца. Адена сама не заметила, как издала вздох.

Вирий был прекрасен. Несмотря на шрамы, сыпь и цвет кожи, он был для нее слишком прекрасен и желанен.

Адена не могла отвести глаз. Она не мигая пронаблюдала за тем, как он пристроился промеж ее ног и снова навис над ней. Заглянул в глаза и с небывалой нежностью улыбнулся.

— Ты мне тоже нравишься. Так сильно, что даже поверить не могу, что это происходит сейчас со мной, — прошептал он.

Адена скривила брови и поджала губы, ощутив прилив радости. Прилив счастья и благодарности за такие волнующие искренние слова.

Она опустила ладонь ему на затылок, проведя по волосам.

— Это делает меня действительно счастливой, — прошептала она.

Вирий склонился и вновь поцеловал ее в губы. А затем, помогая рукой, медленно ввел член в ее лоно. Адена приоткрыла рот, ощущая его внутри себя. По телу прокатилась приятная дрожь, а внутри все сжалось от наслаждения.

В этот миг словно их тела и души слились в одно целое, поддаваясь порыву чувств и наслаждений. Вирий начал медленно двигаться, проникая все глубже. Адена схватилась рукой за его плечо и стала выгибаться. Глядя ему в глаза и читая в них те же эмоции, она начала стонать.

Движения становились все быстрее и жестче, а наслаждение от этого все ярче и нестерпимей.

Тишину заполнили их голоса и звуки слияния.

На миг весь мир померк, и тело прошибла приятная судорога.

Адена выгнулась, сгорая от наслаждения в руках мужчины, который стал для нее спасителем и тем, кто изменил ее жизнь.

Они не могли оторваться друг от друга до первого пробуждающего звона колоколов.

Сплетаясь в порыве чувственных наслаждений снова и снова, желая, чтобы он как можно ярче отпечатался в памяти.

После первого раза Адена подарила Вирию то же, что он подарил ей, наплевав на всю греховность своих действий. Ведь ей в этот момент было важно лишь одно: чтобы Вирию было так же приятно, как было приятно ей самой. Чтобы его, так же как и ее, всю оставшуюся жизнь согревали воспоминания об этой их ночи, а не мучили тягостные думы об их разлуке.

Чтобы в их сердцах осталось то душевное тепло, которое они приобрели, встретив друг друга…

— Эта ночь была самой счастливой в моей жизни. Спасибо, — неожиданно тихо произнес Вирий, когда Адена уже в полудреме лежала в обнимку с ним, уютно устроившись головой на его плече. Его слова, словно мантия, накрыли ее нежным теплом, и на губах скользнула улыбка.

— Я чувствую то же самое. Поэтому спасибо и тебе, — прошептала она, нежно погладив ладонью его бок. Почувствовала, как Вирий глубоко вздохнул и поцеловал ее в лоб.

Адена прикрыла глаза, слыша мерное биение его сердца и вдыхая такой привычный и любимый запах тела. И впервые за долгое время, а, возможно, и за всю жизнь, ощутив себя в полной безопасности и умиротворенности, спокойно заснула.