Падение

46. Цербер

Пленных вели очень долго. Сначала по тоннелю, а затем по поверхности. Адена в страхе оглядывалась по сторонам в поисках Вирия, но его нигде не было видно. Пыталась взять себя в руки и помолиться, но никак не могла это сделать. Перед мысленным взором то и дело представал Клемит и то, как он надругался над ней. Она понимала, что как только они придут, ее участь будет в разы хуже, чем тогда. Она видела, как бандиты глазели на нее и на прочих женщин. Некоторые, уже не вытерпев, на ходу трогали женщин и девушек, которые шли с краю.

Адена старалась вжаться в середину толпы, чтоб до нее не дотянулись. Но все равно замечала на себе похотливые взгляды мужчин, отчего сжималась еще больше. Но когда они наконец преодолели самую длинную часть пути, всем велели замолчать и идти тихо. Бандиты перестали глазеть и тянуться к женщинам. Они выставили арбалеты и начали озираться по сторонам. До самого конца пути толпа шла тихо и настороженно. Но волнение Адены от этого только усилилось.

Они добрались до величественного каменного здания с вертикальными узкими прорезями окон на верхней части стены и большими воротами посередине. Один из бандитов постучал в ворота, и их открыли. Толпу пленных завели в огромный, практически пустой зал, который видом напоминал хранилище. Единственное, что в помещении было, это небольшие металлические клетки, которые в ряд стояли у стен. А на середине самого зала виднелось темное массивное полено. Пленных мужчин тут же затолкали в клетки и заперли.

Адену затрясло от страха, когда всех женщин выстроили в ряд и их главарь — рослый, грязный, бородатый мужчина — стал ходить и вглядываться. Щупал груди и попы каждой попавшейся под руку, словно выбирал себе животное. Некоторые девушки заплакали, не выдержав, но бандиты лишь весело засмеялись.

— Кто из вас главная? Я слышал от вашего пленного, что это девка и ее зовут Аннет.

— Хде он? Что сделали с ним? — в сердцах спросила кухарка. Главарь быстро подошел к ней и грубо схватил рукой за щеки.

— Порубили на дрова, — он повернул ее голову в сторону полена, — прямо тут. А что, он твоим мужем был?

Лицо кухарки исказилось. Из глаз брызнули слезы. Она размахнулась и попыталась ударить кулаком бандиту по лицу. Он словил ее за запястье и потащил к полену.

— Твари вы все! Твари прохлятые! Хуже псин! Ненавижу вас! — истошно закричала она.

Все женщины сжались в кучу, и многие стали плакать. Мужчины, сидящие в клетках, вцепились в них и стиснули зубы.

Главарь подтащил кухарку к пню. И пригвоздил ее лицом к полену, поставив на колени.

— Топор несите! — гаркнул он. Сердце Адены пропустило удар. Из глаз покатились слезы. Ноги задрожали от ужаса.

— С… Солнцеликий, прошу, — прошептала она себе под нос, но сама не могла отвести глаза от кухарки. Та плакала навзрыд и брыкалась.

— Сдохните! Сдохните все, прохлятые! Ненавижу вас!

Главарю поднесли топор.

— Держите ее, — с ухмылкой сказал он.

— Это я! — неожиданно воскликнула Аннет, сделав шаг вперед. Адена в ужасе уставилась на нее, и все притихли. Женщины перестали плакать.

— Дуреха! Чего врешь ты?! А ну обратно иди! — воскликнула кухарка.

Аннет тяжело дышала, сжав руки в кулаки, и не сводила глаз с главаря. Тот победно ухмыльнулся и тряхнул головой в ее сторону, давая своим команду.

— Эту в клетку, а ее ведите сюда.

— Нет! Погодите, чаво дурью маетесь?! Не надо! — завопила кухарка, пытаясь отбиться, но бандиты грубо потащили ее до клетки и заперли. Другие же подошли к Аннет и схватили ее. Повели к главарю.

— Раздеть ее. Сначала развлечемся, — весело сказал он, помяв свой пах. Адена отвернулась, не в силах смотреть на это. Но боковым зрением видела и слышала всё. Пыталась молиться, но с ужасом стала понимать, что всё это бесполезно. Солнцеликий глух к ее мольбам и слеп к тому, что творится в этом мире. Ему нет дела до судеб и мучений этих людей. Он не поможет и не вмешается…

Все вокруг тихо плакали и дрожали. Со стороны Аннет слышалось мычание. Со стороны бандитов смешки и довольное пыхтение.

— Ох, хорошо. Кто следующий?

— Я. Я следующий.

— Потом я.

Это длилось невыносимо долго и жестоко. Сопровождалось звуками побоев и стонами замученной Аннет, хоть она ни разу так и не закричала. Сердце Адены словно резали ножом. Душу рвала мысль о том, что в этой ситуации она ничего не может сделать.

— Ладно, поигрались и хватит, — сказал главарь. — Пора кончать с ней.

Адена не выдержала и посмотрела туда.

Аннет с опухшим от ударов лицом лежала грудью на пне. Ее руки и ноги свешивались, словно тряпичные. Но Адена вдруг увидела самое страшное, что только могла. Аннет неожиданно мягко улыбнулась, оглядев женщин и девушек, словно прощалась с ними.

Ее губы дрогнули, словно она сказала что-то. И Адена как будто поняла, что именно.

«Не сдавайтесь», — прошептала она про себя, не мигая глядя на Аннет.

Но главарь занес топор над ее шеей. И со всей силы опустил его. Адена прикрыла лицо ладонями и едва не рухнула на землю из-за слабости в ногах. Все тело затрясло и бросило в холодный пот. Из глаз покатились слезы.

— Продолжим! — радостно сказал главарь и направился к толпе женщин. — Я так долго баб не видел, что изголодался как зверь. Мне одной мало. Ха-ха-ха!

Адена опустила глаза, подрагивая всем телом. Не могла нормально дышать, хватая ртом воздух. Перед мысленным взором вновь пронеслись сцены с Клемитом, а потом вспомнился еще и Флигий.

Она вспомнила о ноже, что дал ей Вирий еще тогда и который она после того события стала носить с собой в сапоге.

— Кому какая нравится? Выбрали уже себе? — громко спросил главарь.

— Сначала ты, мы остальных разберем!

Адена судорожно сглотнула и размяла пальцы. Если уж ее все равно ждет такая участь, то без боя она не сдастся. Эти изверги не заслуживают милосердия. Как и Клемит. Как и Флигий. Как и все душегубы с разных уровней.

Флигий был прав. Здесь безумие — норма, а норма — безумие. И в этом месте правда полно душ настолько черных, что в них уже не осталось места для…

— Это что там?! — резко воскликнул один из бандитов. Все взглянули в то место, куда он указал. Адена увидела торчащий из стены болт. От него тянулась веревка, на которую был привязан кусок чего-то черного. Бандиты замолкли, и главарь пошел к болту. Но неожиданно рядом воткнулся второй такой же. Все взгляды устремились к мелкому окошку, которое находилось напротив этой стены.

— Там записки нет? Проверь, что это? — настороженно сказал главарь тому, кто стоял ближе всего к болту. Сам вытащил из-за спины арбалет. Крадучись пошел в сторону ворот. Очередной болт воткнулся в стену. Один из бандитов быстро подошел туда.

— Проклятье! Это шкура Цини! — в панике воскликнул он.

На миг все стихло.

— Ах вы твари! — заорал главарь и взглянул на своих. — Замуруйте ворота и выбросьте шкуру в окно, быстро!

Но очередной болт влетел в другое окошко и вонзился в стене.

— Что за тварь там стре… — начал было главарь, подходя к воротам, но из-за стены резко раздался жуткий собачий вой.

Все застыли на своих местах с искаженными от ужаса лицами. И в тишине послышался очередной звук вонзившегося в стену болта.

— Готовься! — воскликнул главарь, встав напротив ворот и выставив арбалет. Все бандиты быстро встали в ряд и выставили свои. Женщины помчались к клеткам, желая спрятаться. Адена была среди них. И едва она успела спрятаться за одну из клеток, дверь с грохотом распахнулась. В здание вбежал огромный черный пес, размером больше лошади. Он в два прыжка достиг главаря и раскрыл пасть.

— Ах ты т… — только и успел воскликнуть тот, выпустив пару арбалетных болтов, как челюсти сомкнулись на его теле, оставив только ноги. Те, подогнувшись, шмякнулись на пол. Отовсюду послышались крики. Бандиты в панике стали стрелять, отступая назад.

Но в дверь с лаем выбежала стая разного размера и цвета собак. Они стали набрасываться на всех, вгрызаясь им в руки и ноги. Валили на землю и рвали тела на части.

Адену охватил дикий ужас. Она вспомнила о ноже и достала его.

— Бежим! — крикнула одна из девушек, что пряталась неподалеку. Женщины стали с криками выбегать из-за клеток и помчались к открытым воротам. Некоторые попытались открыть замки на клетках, но те были заперты. На многих стали набрасываться собаки и валили их на землю.

Адена, крепче схватив нож и дрожа всем телом, побежала вперед без оглядки. Рядом с ней мчалась девушка, с которой она общалась за ужином.

— Бегите, скорее! — послышались крики, и Адена прибавила шаг. Но девушка рядом резко схватила ее за руку и дернулась назад.

Адена вскрикнула и развернулась.

— По… моги, — широко раскрыв глаза, она смотрела прямо на Адену. Адена заледенела от ужаса, когда увидела, что за ее спиной возвышается черный пес. Она заглянула в его глаза. Пес глядел на нее как на еду. Как на вкусный кусок мяса, который пытается убежать от него. Словно его голод способна утолить лишь ее плоть. Ее жизнь.

Его жадный рык прошиб тело в холодный пот. Пес сомкнул челюсти, и послышался стук зубов. Глаза девушки потускнели, и пальцы, сжимавшие запястье Адены, расслабились и отпустили. Половина надкушенного тела упала на землю. Адена, стуча зубами, попятилась назад. Из глаз брызнули слезы.

— С.с. сол… В.в. вир… ий, — забормотала она и еле подняла правую руку, выставив перед собой нож. Та тряслась от ужаса, а Адена продолжала пятиться назад. Пес на ее глазах подобрал остатки тела девушки и проглотил их. Взглянул на нее и обнажил окровавленные огромные клыки.

— Адена, ложись! — послышался позади крик. Она, поняв, что это Вирий, начала наклоняться. Но пес резко подался вперед. Адена в ужасе выставила руку, заваливаясь назад.

Челюсть звучно щелкнула на ее руке, скрывая ее из виду по самый локоть.

На мгновение всё замерло. В глазах помутилось. Пес содрогнулся и скрылся в мути. Руку пронзила невыносимая боль. Адена устремила взгляд на окровавленный лоскут рукава, остатками сознания понимая, что случилось, и провалилась в забвение.