Падение

2. Временное пристанище

Силы постепенно оставляли Адену. Перед глазами всё расплывалось, боль в ноге усиливалась с каждым шагом, и ей казалось, что она вот-вот упадёт и не сможет подняться.

— Подожди, — сказала она, стуча зубами от холода.

Незнакомец остановился и обернулся. Адена попыталась выпрямиться, но только сильнее съёжилась от боли и холода. Она тяжело дышала ртом, упираясь ладонями в колени. Всё тело дрожало.

— Я больше не могу. Кажется, я потеряла слишком много крови… — задыхаясь, сказала она.

Мужчина подошёл к ней и протянул копьё. Адена дрожащей замёрзшей рукой попыталась схватиться за древко, но не смогла сжать пальцы. Они словно онемели. Она с трудом чувствовала их. Да и всё тело пронизывала гудящая боль от переохлаждения. Зубы стучали друг о друга. И в этот момент в голове мелькнула ужасная мысль: «Неужели ей всё-таки суждено умереть здесь?»

— Ответишь на один вопрос, я помогу тебе добраться, — неожиданно сказал незнакомец.

— Спрашивай. Я всё скажу, — подняв на него отчаянный взгляд, простучала зубами Адена.

— У вас там много селенита?

— Да-а. Оч-чень много. Мы украшаем им замки, храмы и даже улицы. Он там повсюду, — сказала она, задыхаясь от боли.

Глаза незнакомца на миг расширились.

— У моего отца его так много, что хватит на целый замок, — из последних сил сказала она. Больше не ощущая ног, она плавно повалилась на землю. Сквозь тускнеющее сознание почувствовала, как сильные руки оторвали её от земли. Но сил открыть глаза уже не было. Адена зажмурилась и прижалась к чужой груди, чувствуя согревающее тепло, которое шло от неё.

И её снова поглотила чёрная мгла.

«Твое тело должно оставаться непорочным, Адена, иначе позор падёт на наш род. Дева должна оставаться невинной до замужества. Её нетронутость и чистота — это дар будущему мужу, который взамен дарит её семье богатство и статус», — глухо прозвучали в её голове слова матери, и тело почувствовало лёгкость. Тёплая влага ласково нежила кожу. Ощущения были настолько приятными, словно она оказалась в утробе матери. Губы дрогнули в невесомой улыбке. И Адена наконец приоткрыла глаза. Она увидела высоко над головой кристаллы, подвешенные к скалистым стенам. Они мерцали, словно большие звёзды, и освещали всё вокруг. И она тут же вспомнила, что с ней случилось.

Она вздрогнула и охнула. Почувствовала, как мягкая тёплая вода ласкает тело, а каменное дно под ней дарит прохладу. Боль в бедре пульсировала.

Повернув голову, Адена увидела его — своего спасителя. Он сидел на камне рядом с ней, сгорбив спину и уперевшись локтями в колени. На этот раз его лицо было открыто. Сердце её испуганно забилось. Она посмотрела на него.

Кожа его была тёмно-серо-синего цвета, испещрённая шрамами, нарывами и сыпью. Черты лица были резкими, напоминая череп, с которого содрали мясо. И наконец, она заглянула в его жуткие чёрные глаза, которые не мигая смотрели на неё.

— Я Девятый, — сказал он и слабо улыбнулся рассечёнными местами губами, покрытыми мелкими почти чёрными волдырями. И неожиданно посмотрел на область её груди. — Я убедился, что ты из верхних. Ни сыпи, ни волдырей от местной еды на тебе нет.

Адена опустила глаза и побледнела. Она была одета только в тонкую сорочку, и влажная ткань прилипла к её телу, став почти прозрачной.

— Нет. Не смотри. Не смей, — в ужасе воскликнула она и отвернулась, прикрывшись руками. Но в следующий момент содрогнулась всем телом, когда крепкие руки Девятого обхватили её. Одна его ладонь закрыла ей рот, а другая обняла за плечи.

— Ни звука, — прозвучал тихий шёпот у её уха, и по коже побежали мурашки. Сердце гулко забилось в груди. И тут она наконец услышала звук, похожий на скрип колёс. В страхе она оглянулась и поняла, что они находятся на маленьком каменистом участке, который был неровно огорожен высоким и плотным забором, сделанным из массивных кусков коры, веток и корявых стволов деревьев.

— Если хочешь жить, молчи, — сказал ещё тише Девятый. Адена судорожно вдохнула и съёжилась. Её лицо пылало от стыда и страха. Она обняла колени и испуганно посмотрела на Девятого. Он молча встал и направился к одной из стенок.

Треск снаружи становился всё громче, и её сердце забилось с новой силой. Девятый прислонился к стене и заглянул в щель.

— Слизней и лишайник меняю на селенит! Кому?! Выходите, нижние! — неожиданно раздался мужской голос, похожий на хрюканье.

Адена вздрогнула и посмотрела на Девятого. Он сглотнул и внимательно взглянул на неё. Нахмурился и подошёл к лежанке, которая была похожа на кучу прутьев и соломы. Вытащил из-под неё мешочек, а потом быстро вернулся и махнул Адене рукой, чтобы она спряталась. Она в страхе припала ко дну углубления, оставив над водой только голову. Девятый отодвинул кусок коры и выскользнул наружу. Адена напряжённо замерла, прислушиваясь.

— О-о, ты снова спускался в бездну? Неплохой улов. Чего тебе взамен? Выбирай.

— Это возьму и вон то. И еще дай двух слизней, — послышался голос Девятого. Адена покрылась мурашками. С самого детства она боялась слизней и старалась поменьше гулять в саду ранним утром. Зачем они ему?

Снова раздался треск и скрип, похожий на звук телеги, и торговец начал кричать те же слова об обмене.

Кора наконец сдвинулась, и глаза Адены расширились от ужаса. В одной руке Девятый держал какие-то тёмные, рваные одежды и грязный мешочек. А в другой — крюки с подвешенными на них огромными коричневыми слизнями, которые лениво шевелились и свисали до самой земли.

По коже Адены пробежала волна мурашек. Она стиснула зубы и сама не заметила, как отползла в другой конец ванны. Сжалась и обхватила себя руками, а волосы на её затылке встали дыбом от отвращения.

— Нет-нет-нет, какой ужас, — не выдержала она и тихо захныкала. — Зачем они тебе?

Девятый взглянул на неё и слегка улыбнулся.

— Это наша еда. Я не собираюсь идти голодным.

— Что? — пискнула Адена, покрываясь испариной. Судорожно помотала головой. — Ой, нет. Я не голодна. Спасибо, я не буду это есть.

Девятый молча подошёл и навис над ней. Бросил тряпьё у её изголовья. Она сразу почувствовала мерзкий запах, исходящий от одежды, но не подала виду.

— Вылезай и одевайся. Не отморозила ничего, рану я склеил. И давно уже согрелась, — сухо сказал Девятый и пошёл к лежанке. Присев возле обтёсанного валуна, он положил на него слизней. Они начали шевелиться чуть активнее, и Адену передёрнуло. Однако Девятый ловко снял с них крючки и достал из-под валуна свой самодельный большой нож.

Адена сразу же отвернулась, не желая смотреть. Она глубоко вдохнула и выдохнула, чтобы собраться с духом. Наконец, смогла взять себя в руки, ведь от этого зависела её жизнь. Быстро сняв с себя сырую сорочку, она начала рыться в тряпках, которые дал ей Девятый.

— Я видел твоё тело. И поверь мне, тебе нечего стыдиться. Любая женщина из подземного города может лишь мечтать о таком теле, — неожиданно раздался голос Девятого. Адену охватила дрожь. Она услышала, как что-то чавкнуло, словно лезвие рассекало рыхлую плоть.

— А что касается мужчин, то они бы многое отдали, чтобы иметь в своей коллекции такую служанку, — продолжил Девятый. — Поэтому тебе следует тщательно скрывать своё тело от людей, живущих в этом месте.

Адена вздрогнула, когда после его слов на землю с отвратительным звуком упало что-то. Она скривилась и схватила тряпку, похожую на рубаху. Спешно надев её, она вышла из воды. Рубаха доходила ей до середины бедра, скрывая под собой мокрые панталоны. Адена поспешно выжала их и надела поверх широкие рваные штаны. Затем она подпоясалась длинной чёрной тряпкой, похожей на ленту. Наспех отжав волосы, она заплела их в тугую косу и уложила её в пучок на затылке. Наконец, она повернулась, но её передёрнуло от ужаса.

На камне лежали выпотрошенные и порезанные на куски слизни. Девятый сидел рядом и быстро ел один кусок, глядя на неё. Он тряхнул головой, подзывая её. Адена сжала руки в кулаки и, преодолевая отвращение, подошла к нему и присела рядом. Только сейчас она заметила, что каменная плита под ногами была удивительно тёплой. Да и воздух тоже. Но эти мысли исчезли, когда Девятый протянул ей студенистый кусок. К горлу Адены подступила тошнота, и она поморщилась.

— Если мерзко, не жуй, — сказал Девятый. — Откусывай по чуть-чуть и глотай. Но съешьте хотя бы кусок, иначе не дойдёшь до ночлежки восьмого уровня.

Адена глубоко вдохнула и задержала дыхание. Она выхватила скользкий кусок из его руки, чуть не выронив его. Кусок был холодным и противным на ощупь. Адена сморщилась и открыла рот. Резким движением она прокусила плоть и начала лихорадочно жевать.

К её удивлению, слизень оказался не таким уж отвратительным на вкус. По вкусу он напоминал кальмара, но с лёгкой горчинкой.

Прожевав кусок более внимательно, Адена наконец почувствовала себя спокойнее и смогла проглотить его.

Она подняла глаза и увидела, что Девятый пристально смотрит на неё. Адена почувствовала, как кровь приливает к её лицу, и неловко улыбнулась ему. Её взгляд невольно задержался на его болезненной коже.

— Не так ужасно, как я думала, — сказала она и опустила глаза. Потом продолжила есть.

— Кожа испортится не сразу. Думаю, когда мы доберёмся до вершины, она немного посереет и, может быть, местами появятся волдыри. Но когда ты окажешься у себя и перестанешь это есть, всё пройдёт. Должно пройти.

Адена с тревогой оглядела его лицо и заглянула ему в глаза.

— А тут разве нет другой еды?

— Выше есть, но до туда нужно еще дойти и суметь ее добыть, — сказал Девятый и отправил в очередной кусок пищи. Адена сглотнула.

— У меня больше нет селенита, поэтому придётся искать работу. Я понимаю, что ты не станешь выполнять интимные услуги за еду, поэтому будем искать другие способы. Возможно, нам придётся грабить кого-то на нижних уровнях. Что касается верхних уровней, то я не знаю, как там всё устроено сейчас. Слышал только, что на одном круге произошёл кровавый бунт и там больше нет единого правителя.

— А сколько всего кругов нам надо пройти, прежде чем я окажусь дома? — спросила она, наконец решившись.

— Восемь. Сейчас мы находимся между восьмым и девятым.

— Ясно, — сказала она и опустила взгляд на слизня. И подумала, что, возможно, за еду им придётся бороться не на жизнь, а на смерть. Она решительно взяла второй кусок и принялась жадно его есть. Перевела взгляд на Девятого и заметила блеск в его глазах. Он молча взял следующий кусок и продолжил есть.

Закончив трапезу, они вымыли руки в углублении, где она до этого лежала. Девятый протянул ей мешочек, который он выменял у торговца.

— Намажь это на лицо, уши, шею и руки, чтобы никто не увидел твою светлую и чистую кожу.

Адена кивнула, раскрыла мешочек и достала баночку с чёрно-серой кашицей. Сразу же почувствовав неприятный едкий запах, она не стала медлить и начала наносить маскировку на своё лицо, наблюдая за тем, как Девятый собирается в поход. Он закрепил копьё на спине, вытер нож, которым разделывал слизней, о штанину и убрал его за пазуху. Затем он достал из лежанки ещё два небольших ножа и один из них спрятал в сапоге.

— Этот твой, засунь в сапог, как закончишь, — сказал он, не поворачиваясь к ней. Снял со стены небольшую сумку-котомку и мантию, которые висели на коряге, и надел их.

Адена закончила маскироваться и быстро надела свои чёрные сапожки. Затем она спрятала в них нож и накинула на плечи рваную, грязную чёрную мантию.

Девушка подошла к Девятому, который уже ожидал её у выхода. Он внимательно осмотрел её и достал из кармана штанов тканевый колпак с отверстием для глаз, который был надет на него до этого. Девятый вывернул колпак наизнанку и протянул его Адене.

— Надень пока как шапку. Когда будем в городе, расправь до конца, а сверху накинь капюшон, на всякий случай.

Адена решительно кивнула и выполнила просьбу, спрятав под тканью свои чёрные волосы, заплетённые в пучок. Она почувствовала солёный запах грязной ткани, но он был не таким резким, как у её предыдущего наряда. Затем она надела чёрную мантию поверх своего наряда и посмотрела на Девятого.

Он с удовлетворением посмотрел на неё. Её тело было завёрнуто в чёрную рваную ткань, а лицо было испачкано тёмной грязью. Мужчина отодвинул кору и вышел. Адина последовала за ним, чувствуя, как сильно бьётся её сердце.