Развод. Безумие истинности

Глава 46. Дракон

Дверь моих покоев захлопнулась с такой силой, что штукатурка посыпалась с потолка. Тишина. Проклятая, давящая тишина, которая звенела в ушах громче любого крика.

Я сделал шаг и почувствовал, как внутри что-то лопнуло. Плотина, которую я держал силой воли весь путь от тронного зала, рухнула. И чувства вырвались наружу, смешанные с ядом неудовлетворенного желания.

— Аааарррр!

Рык вырвался из горла, человеческий голос сорвался на звериный рёв.

Рука метнулась к столу. Тяжёлый дуб разлетелся в щепки под моим ударом. Осколки от мраморной каминной полки взорвались градом. Я крушил всё, что попадалось под руку. Кресло, светильники, зеркала. Мне нужно было физическое разрушение, чтобы заглушить то, что происходило внутри.

Но больнее всего было не от потери контроля. Больнее всего было от того, что моё тело горело.

Она уехала. Я отпустил её.

Разум твердил, что это правильно. Безумие опасно. Война невыгодна. Империя важнее.

Но дракон выл. Он скреб когтями мои рёбра изнутри, требуя вернуть её. Вернуть свою Истинную.

— Заткнись! — прошипел я, хватаясь за маску. Золото раскалено. Боль пульсировала в такт сердцу, отдаваясь жаром внизу живота. — Я сказал, заткнись!

Я надеялся, что боль утихомирит зверя. Раньше она помогала. Но не сейчас. Сейчас он рвался к ней, а я жал на маску до тех пор, пока по щеке не потекла кровь.

“Хватит! Заткнись!” — рычал я сам себе. — “Прекрати думать о ней!”

Мне нужно было забыть. Выжечь её запах из памяти. Заглушить этот зов крови чем-то другим. Чем-то простым. Животным. Любым телом, чтобы доказать себе, что я контролирую ситуацию. Что я не раб этой связи.

Я выпрямился, отряхивая осколки стекла с рукавов. Грудь ходила ходуном. Штаны стали тесны, кровь приливала к паху, требуя выхода, требуя обладания ею. Сейчас же. Немедленно.

Из Императора я превратился в животное, которое готово было поставить на кон всё ради того, чтобы со стоном наслаждения прижать её бёдра к своим.

— Позвать Корнелию, — бросил я в пустоту. — Немедленно.

Стража не заставила себя ждать. Они знали: когда Император в такой ярости, лучше не перечить.

Прошло меньше десяти минут, когда дверь открылась снова.

Корнелия вошла быстро, словно боялась, что я передумаю. На ней было лёгкое шёлковое платье, которое она не стала переодевать. Она поняла намёк.

— Ангрис… — начала она, но я оборвал её взглядом.

Я опустился в уцелевшее кресло в углу комнаты. Тень накрыла меня, скрывая горящие глаза.

— Раздевайся, — произнёс я. Голос был холодным, мёртвым. Без эмоций.

Она замерла на секунду, затем пальцы потянулись к застёгжкам. Ткань скользнула по полу. Она была прекрасна. Идеальное тело, которое раньше сводило меня с ума. Сейчас оно казалось просто плотью. Куском мяса.

Моё тело реагировало на её наготу механически, но душа оставалась холодной. Там, внутри, бушевал пожар, разожжённый другой.

— Иди сюда, — приказал я.

Глава 47. Дракон

Она подошла. Плавно, как кошка, но я видел, что она дрожала. Ей быстро страшно. Обнаженная кожа сияла в полумраке. Она присела между моих колен, положила руки на мои колени. Ее запах — ночные цветы, пряности — ударил в нос.

Я закрыл глаз, чувствуя, как ее руки скользят по моим штанам, как она медленно начинает расстёгивать ремень. Я пытался захотеть её. Её, а не ту, которую отпустил. Я пытался вспомнить вкус её губ, чтобы перекрыть вкус ванили и страха, который преследовал меня.

Дракон внутри взревел: «Не она! Вон!»

— Заткнись! — мысленно гаркнул я на зверя. — Я хочу забыть.

Я положил руку на голову и потянул ее за волосы к себе, словно пальцами шепча: «Помоги мне забыть её!» Она стиснула зубы от боли. Но постаралась улыбнуться. Она знала, что я бываю очень жесток в постели. Она была готова принять меня и стать инструментом моего забвения.

Корнелия наклонилась. Ее губы приблизились к моим штанам.

Я уже почти решился. Уже почти позволил себе погрузиться в эту пустоту, чтобы не чувствовать той, другой боли. Пусть лучше пустота, чем всё это. Сейчас я просто закрою глаза и представлю, что это другая… Что это её шею я кусаю. Её бедро сжимаю…

И тут мир раскололся.

Не звук. Удар. Прямо в сознание. Острый, как нож, как крик, оборванный на полувдохе.

Боль.

Страх.

Смерть.

Дракон внутри меня не просто взревел. Он перевернулся, расправляя крылья, которые вдруг стали реальными, плотными.

«ОНА В ОПАСНОСТИ!»

Этот вопль заглушил всё. Разум, политику, Корнелию, боль маски.

Я дёрнулся.

— Уйди! — Я оттолкнул её так сильно, что она отлетела к стене, едва удержавшись на ногах. Моё тело отвергло её прикосновение с физической тошнотой.

— Ангрис?! — В её голосе был ужас.

Я не слушал. Я уже был на ногах. Ноги сами понесли меня к балкону. Ветер ударил в лицо, но мне было мало воздуха.

Связь, которую я пытался оборвать, натянулась как струна. Она звала меня. Сквозь стены, сквозь расстояния, сквозь боль.

Я чувствовал её страх. И обезумел.

Боль в лице исчезла. Магия Дракона захлестнула тело, ломая кости, меняя форму. Это не было медленно. Это было мгновенно.

Я взмыл в небо. Огромная тень закрыла луну.

Полет был стремительным. Ветер свистел в ушах. Я не летел — я падал на зов. Дракон знал дорогу. Он чувствовал запах её крови даже сквозь расстояние.

И этот запах сводил меня с ума. Он требовал не просто спасти. Он требовал пометить. Защитить. Присвоить. Никто не имеет права проливать её кровь, кроме меня. Никто не имеет права мучить её. Кроме меня…

Лес мелькнул внизу темным пятном.

И я увидел кареты, застывшие среди деревьев. Магические факелы на каретах освещали поляну зловещим светом.

И она.

Моя Истинная.

Её держали за волосы. Голова запрокинута. Глаза полны слёз, но в них нет мольбы. Только ярость. Она была прекрасна в своем отчаянии. Прекрасна и желанна.

Алая капля крови скатилась по её руке.

Вид этой крови ударил в меня сильнее любого заклинания. Внутри всё сжалось в тугой узел. Желание убить тех, кто смеет касаться её, смешалось с желанием прижать её к себе, почувствовать, как бьётся её сердце под моей ладонью. Я хотел вдохнуть её боль, чтобы она стала моей. Я хотел лизать эту рану, чтобы она зажила от моего прикосновения.

«Моя», — прорычал Дракон, и этот звук вибрацией прошёл через всё моё тело. «Только моя».

Я снизился. Тень накрыла их. Они даже не успели вскрикнуть.