Дело в ридикюле

Глава 25

Иви вернулась из школы, и мы дружно пообедали. Я занялась изготовлением второго портфеля. А дом наполнился уютом и вкусным ароматом томящегося на огне мяса. Сегодня к вечеру горшочки с тушёнкой перекочуют в погреб. Я вспомнила о жуткой находке и спросила у подруги:

— Ты ничего не слышала о найденных останках якобы графини Шетленд?

— Сегодня отец Оппит рассказал, что граф похоронил их в семейном склепе, — ответила Иви. — Кстати, я познакомилась с той самой Розитой, которой его сиятельство уделяет внимание. Милая, простая деревенская девушка. Почти дитя. Неужели у Шетленда такие странные наклонности?

— Мы многого не знаем. Да, я согласна: внимание графа к четырнадцатилетней девочке выглядит очень уж подозрительно. Но давай не будем делать поспешных выводов, — я отложила шило и задумчиво подпёрла голову кулаком. Он хороший хозяин. Его деревня процветает, да и жители отзываются о Шетленде хорошо. Чуть не забыла! Граф устраивает танцевальный вечер в ратуше, и мы тоже приглашены.

— Танцы? — глаза Иви загорелись. — Я очень хочу на танцы!

Мне тоже хотелось развеяться, повеселиться, но бытовые проблемы давили своим грузом. Поэтому я возразила:

— У нас нет подходящих платьев. Даже если мы купим их, это будет недальновидная трата, ибо вряд ли появится повод нарядиться ещё раз.

— Адди, ну пожалуйста! Ну нельзя же жить только школой и домом! Мы можем купить недорогую ткань и пошить себе наряды! Украсим платья кружевами, лентами, а потом просто срежем их! И платья станут повседневными!

— Ладно! — я поддалась на уговоры подруги. — Ты права. Мы ещё молодые и нам нужно развлекаться. Вот только я не сильна в кройке и шитье.

— Я умею шить! Матушка учила нас управляться с иглой, — с гордостью заявила Иви. — Вот видишь, не только ты что-то умеешь! От тебя потребуется небольшая помощь и всё!

— Тогда нам нужно заняться своими нарядами как можно скорее. До праздника осталось всего две недели.

Иви ушла на кухню, а я вернулась к своему занятию. Но оказалось, что мне не хватает кожи. Пришлось идти в сарай.

Зайдя в полутёмное помещение, пронизанное лучиками солнца, пробивающимися в щели между досками, я подошла к столу. На нём лежали аккуратно сложенные мною куски кожи. И тут мой взгляд упал на несколько небольших квадратов. А что если смастерить для нас с Иви клатчи? В это время дамы носили ридикюли, но мне хотелось чего-то более современного. Эх… как жаль, что выделанной кожи осталось немного! Я бы с удовольствием занялась изготовлением сумок! Вот только для этого мне нужно покупать кожу, красить её, полировать… Пока это оставалось только мечтами. Но на праздник мы с подругой всё равно пойдём с шикарными сумочками!

Когда стемнело, я отвлеклась на некоторое время от будущего портфеля. Мы с Иви разложили по прожаренным на огне горшочкам приготовленное мясо, а сверху залили его растопленным смальцем. Горшочки прикрыли вощённой бумагой и понесли их в подвал.

Я спустилась вниз, а подруга, сидя на краю лаза, подавала мне тушёнку. Её я размещала в старом деревянном ящике, который мы притащили из сарая. Когда последний горшочек занял своё место, я покосилась в тёмный угол, где совсем недавно находился скелет.

— Адди, ну что ты замерла там? — недовольно произнесла подруга. — Давай уже закроем этот подвал!

— Сейчас! — я подняла свечу и, не зная, зачем это делаю, медленно пошла вперёд. — Что, если здесь есть ещё что-нибудь?

— Господи, Адди! — раздражённо застонала подруга, спускаясь в подвал. — Оказывается, ты ещё большая авантюристка, чем я!

Поставив свечу на пол, я внимательно осмотрела угол. Ничего.

— Адди, взгляни! — прошептала за моей спиной Иви. — Что это?

Из-за меня показалась её рука, указывающая на стык стены и пола. Я встала на колени и подползла ближе. Под слоем песка лежала какая-то пожелтевшая бумажка, свёрнутая в несколько раз. Значит, предчувствие не обмануло меня.

Осторожно взяв находку двумя пальцами, я сдула с неё песок.

— У меня мурашки! — возбуждённо зашептала подруга. — Что, если это нечто важное?

— Сейчас посмотрим, — я аккуратно развернула сложенный лист. Это было письмо. Чернила немного выцвели, но всё же разобрать, что там написано, я смогла.

— «Мой дорогой Патрик, помнишь, где солнце целует землю на закате? Ищи там. Подле старой мельницы, где камень помнит тепло наших рук, что его касались. Где три сосны сплелись в объятиях, а четвертая стоит особняком. Возможно, мы уже никогда не увидимся. Я люблю тебя всей душой.».

— Это письмо графини к смотрителю! — догадалась Иви. — Но она не успела его передать своему возлюбленному!

— Скорее всего, у них было тайное место, где они обменивались посланиями, — я сложила письмо. — И что нам делать с этим?

— Наверное, нужно отдать графу, — пожала плечами подруга. — Нас не должны касаться тайны чужой семьи.

— Полностью поддерживаю, — поддержала я её. — При первой же возможности отдадим.

Мы выбрались из подвала, закрыли дверцу и вернули на место сундук.

— Интересно, что же там спрятано? У старой мельницы? — Иви мечтательно прикрыла глаза. — «Где солнце целует землю на закате.»… Как романтично…

Из соседней комнаты раздались крики. Похоже, близнецы снова вцепились друг другу в волосы.

— Это не наше дело, — прервала я её витания в облаках. — Я пойду ещё поработаю, а ты укладывай детей. Время уже позднее.

Подруга тяжело вздохнула и пошла к дерущимся мальчишкам. Их крики, наверное, были слышны в деревне.

На следующий день, оставив Иви с детьми, я пораньше вышла из дома. Мне нужно было перед школой зайти в скобяную лавку за застёжками для будущих клатчей. Выбор был невелик. Всё те же пряжки разных размеров. Но их можно будет состарить, чтобы придать благородный вид.

После этого я купила бусы из искусственного жемчуга, которые за копейки продавал уличный торговец. Мне пришла в голову ещё одна интересная идея, поэтому пришлось приобрести две длинные нити и короткую для украшения передней стенки клатча.

Дети уже ждали меня у школы. Они радостно бросились мне навстречу и наперебой принялись рассказывать о весёлой арифметике мисс Пинкертон. Мы вошли в класс, и я удивлённо огляделась. У стен стояли какие-то ящики.

— Что это такое?

— Миссис Холмс, а это помощь от маркиза Кессфорда! — из подсобки выглянула миссис Туки. — Мне так хочется посмотреть, что там! Я горю от нетерпения!

— Посмотрим? — я повернулась к детям, которые, как любопытные птенцы, вытягивали шеи, пытаясь рассмотреть, что же лежит в ящиках.

— Да! — ребята не могли устоять на месте. — Да! Да! Да!

В первом ящике были чернила с перьями и карандаши. А во втором — настоящие тетради! Они, конечно, отличались от современных. Листы были изготовлены из плотной крашеной бумаги, на первом из которых лежала промокашка. На обложке кремового цвета рамка для подписи. Листы скрепляли две скобы. А в третьем ящике ровными стопками лежало настоящее сокровище! Буквари, учебники по арифметике и иллюстрированные сказки.

— Миссис Холмс, мы будем читать сказки? — смущаясь, спросила маленькая Корни.

— После того, как закончим уроки, — пообещала я. — А теперь все идите на свои места.

Миссис Туки начала выносить из подсобки молоко и печенье, а также каждому ученику по вареному яйцу и бутерброду с кусочком сыра. Когда дети принялись за еду, она довольно шепнула:

— Теперь эта школа ничем не отличается от той, что у ратуши! Осталось только собрать одежду для детей.

После уроков я вывела ребят на улицу, чтобы почитать им сказки на свежем воздухе. Мы устроились в тени раскидистых дубов, но только я открыла книгу, как на дороге появился всадник. Это был маркиз Кессфорд.

Я положила сказки перед детьми.

— Рассматривайте картинки. Только аккуратно. К книгам нужно относиться уважительно.

Маркиз спешился, привязал лошадь и подошёл ко мне.

— Благодарю вас за помощь, ваше сиятельство, — первой заговорила я, глядя, как ветерок шевелит его и без того растрёпанные от быстрой езды волосы.

— Я надеюсь, что вскоре и в моей деревне появится школа, — сдержанно ответил Кессфорд. — Если что-то нужно ещё, говорите, миссис Холмс.

— Этого вполне достаточно. Пройдёт не один день, пока дети научатся читать и считать.

Меня продолжали мучить сомнения: рассказать ему о подслушанном мною разговоре или нет? Я терялась: а наше ли это дело? Однако молчать — тоже не выход. Ложь рано или поздно раскроется, и тогда последствия будут еще более катастрофическими. Обман оскорбит мужчину гораздо сильнее, чем правда, сказанная вовремя. И разве маркиз имеет право жениться, не зная всей правды о своей будущей жене? Разве честно обрекать его на брак с женщиной, носящей под сердцем плод чужой любви?

— Что ж, тогда не буду вам мешать, — маркиз склонил голову. — До свидания, миссис Холмс.

— Подождите, ваше сиятельство! — я собралась с духом. — Мне нужно поговорить с вами.