Дело в ридикюле

Глава 84

За три дня до свадьбы Иви и графа Шетленда, когда уже вовсю шли последние приготовления к торжеству, в Кессфорд-холл стремительно въехала карета. Оставив корзинку с розами, которые срезала в саду, я пошла к выходу. Интересно, кто бы это мог быть? Из экипажа, не дождавшись помощи лакея, выскочила Иви. Её лицо было заплаканным, шляпка сбилась набок, да и вообще весь вид подруги вызывал недоумение. Моё сердце тревожно сжалось.

— Иви! Что случилось? — я быстро подошла к девушке и увидела, что у неё в глазах стоят слёзы.

— О, Ади! — Иви разрыдалась, уткнувшись мне в плечо. — Это ужасно! Всё это ужасно!

— Ну-ка, пойдём со мной, — я взяла подругу под руку, и мы поднялись по лестнице. — Расскажешь, что случилось.

Я провела Иви в гостиную, усадила на диван и попросила принести воды. Когда девушка немного успокоилась, я мягко поинтересовалась:

— Что произошло? Снова отец?

— Нет… нет… — отрицательно покачала головой подруга. — Сегодня я была в деревне, хотела забрать кружева для подвенечного платья у миссис Хоббс. В общем… я видела графа. Он стоял у старого дуба, который растёт у школы, и разговаривал с этой девочкой… Розитой. Помнишь, мы ещё замечали, как он на неё смотрит?

Я кивнула, напряжённо ожидая продолжения.

— Граф держал её за руку, Адди! — голос Иви снова задрожал. — Так нежно, так… интимно. Потом он достал из кармана кошелёк. Розита взяла деньги, а мой будущий муж наклонился к ней и что-то прошептал на ухо. Девочка при этом потупилась, смутилась… А он смотрел на неё… смотрел так, как смотрят на предмет обожания, понимаешь? Я видела, как граф поправил ей локон, упавший на щеку… О, Адди, это было ужасно! Я всегда чувствовала, что-то не так с его вниманием к Розите, но гнала эти мысли! Но теперь у меня не осталось сомнений! Граф добивается внимания этой девочки! Да он просто чудовище!

Иви снова зарыдала, закрыв лицо руками.

Слова Иви резанули по сердцу. Я крепче сжала руку подруги, чувствуя, что она ещё не всё сказала.

— Адди, ты ведь знаешь, что я смирилась с тем, что мне придётся стать женой Шетленда, — вдруг прошептала Иви, поднимая на меня заплаканные глаза. — Потом даже убедила себя, что этот брак ничем не хуже, чем союзы остальных пар из высшего общества… Даже чем-то лучше. И я решила принять судьбу, оставив все надежды на то, что когда-то испытаю глубокие чувства.

Подруга прерывисто вздохнула, словно пытаясь собраться с мыслями. Я молча поглаживала её по спине, ожидая продолжения.

— Но потом всё изменилось. Когда я переехала в дом графа, когда мы начали проводить столько времени вместе… Я увидела его доброту, его заботу, его тонкое чувство юмора, смелость… Мне кажется, что я начала влюбляться в Итона, Адель. По-настоящему.

Глаза Иви были полны невыносимой боли.

— И вот теперь… — её голос снова надломился. — Теперь я видела, как он смотрел на эту девочку… Как он касался её. Адди. Мне больно и стыдно.

Я крепко обняла подругу, чувствуя всю глубину её страдания. А что, если Иви права? Что, если за респектабельным фасадом графа Шетленда скрывается что-то недостойное? Эта мысль была неприятной и колючей.

Но я быстро взяла себя в руки. Паника подруги была заразительна, но сейчас она как никогда нуждалась в трезвом взгляде со стороны.

— Иви, дорогая, я понимаю, как тебе сейчас тяжело, — мягко начала я, поглаживая подругу по плечу. — И я не стану говорить, что тебе всё показалось, потому что мы обе замечали странное внимание графа к Розите раньше. Но прежде чем обвинять Шетленда, может, стоит попытаться разобраться? Понимаю, сейчас тебе кажется, что всё очевидно, но, может быть, есть какое-то объяснение? Очень простое или, наоборот, очень сложное. Нюансы, о которых мы не знаем?

Я смотрела на подругу с сочувствием, надеясь, что она прислушается.

— Можно я останусь сегодня у вас? — Иви ничего не ответила. Её взгляд блуждал где-то далеко.

— Да, конечно. Я отправлю слугу, чтобы он предупредил его сиятельство, — ответила я. — А ты примешь ванну и выпьешь мятного чая.

Как взрослая женщина, я понимала, что предложить Иви прямо сейчас спокойно поговорить с Шетлендом — это почти невыполнимая задача Но и оставлять всё как есть, основываясь только на одном увиденном эпизоде, каким бы он ни был красноречивым, казалось неправильным. Поэтому у меня появился план.

Наутро, когда первые лучи солнца начали рассеивать предрассветный туман, я уже была в пути. Единственный способ прояснить ситуацию, как мне казалось, это поговорить с тем, кто, возможно, знал правду: с дедушкой Розиты.

Естественно, я сразу же направилась к отцу Оппиту. Священник с тревогой выслушал меня, а потом сказал:

— Ты правильно поступаешь, дитя. Если все подозрения леди Баллихан верны, то мы должны оградить Розиту от позора… Всеми возможными способами. Но если всё не так, то правда успокоит будущую графиню… Розита с дедушкой живут в конце деревни, почти у самого леса. В доме с зелёной дверью.

Найти дом, где жили Розита и её дедушка, оказалось несложно. Он действительно стоял немного в стороне, у самого леса. Рядом был разбит небольшой, но ухоженный палисадник. Немного волнуясь и совершенно не представляя, что буду говорить, я постучала в дверь, Дело было очень деликатным. Мне открыл пожилой мужчина с добрыми глазами, вокруг которых залегли глубокие морщины.

— Я чем-то могу помочь, леди? — он посмотрел на меня с лёгкой настороженностью.

— Добрый день. Меня зовут Адель Флетчер, — я улыбнулась старику. — Я бы хотела поговорить с вами… О Розите.

Лицо старика моментально напряглось, уголки губ опустились. Он не пригласил меня войти, лишь сильнее сжал дверной косяк.

— О Розите? А что вам до моей внучки, леди? Она никого не трогает. Мы живём своей жизнью.

Господи… как же тяжело!

— Я понимаю, — продолжила я, смущаясь от его внимательного взгляда. — Но ситуация очень деликатная. Это касается графа Шетленда…

Но старик не дал мне договорить:

— Я не знаю, о чём вы толкуете. Розита хорошая девочка. И мы ни в какие дела знати не вмешиваемся.

— Послушайте, я здесь не для того, чтобы навредить Розите или вам. Наоборот. Я беспокоюсь за неё, быстро заговорила я. — Иногда молчание может привести к гораздо худшим последствиям, чем правда, какой бы сложной она ни была. Я готова выслушать вас и, если это необходимо, сохранить всё в тайне. Но мне нужно понять, что происходит, чтобы иметь возможность помочь!

— Я ничего вам не скажу, миледи, — упрямо произнёс старик, его голос был твёрдым, почти холодным. — Моя внучка ни в чём не виновата. И никаких тайн у нас нет. Прошу вас, оставьте нас в покое.

— Дедушка, кто там? — послышался из дома девичий голос. — Милли пришла за мной?

— Нет, моя хорошая, это ко мне! — оглянувшись, ответил старик, а потом снова взглянул на меня. — Уходите. Уходите, леди.

Он скрылся в доме, оставив меня растерянно стоять перед закрытой дверью. Итак, тайна всё-таки была. Причём очень неприятная.