Жена с условиями, или Спасённое свадебное платье

ГЛАВА 25. Трубы, стены и немного мрака

Когда у тебя закрыты глаза, то и звуки могут много чего рассказать.

Раздался глухой щелчок, будто глубоко под землёй провернулся засов. Затем — протяжный скрип, словно кто-то с усилием сдвигал старые шестерёнки. Где-то за стеной послышался лязг цепей. Пол задрожал. Натали вздрогнула и открыла глаза.

Казалось, дорожало всё: и стены, и растения, и грифон. Одна из облицовочных плит в основании статуи медленно отъехала в сторону, открывая тёмный проём. Из него потянуло прохладой и сыростью.

И тут же скрежет и лязг стихли. Натали смотрела на происходящее с изумлением и восхищением. Ещё ни разу в жизни она не становилась свидетелем такого завораживающего и непонятного события. Впрочем, когда это в Вальмонте случалось что-то простое и понятное? Будь сейчас рядом Виола — обязательно вспомнила бы какой-нибудь роман, где вот так же герои привели в действие древний механизм, а потом пожалели.

Но то в романе, а вот в жизни всё было наоборот. Поль, к примеру, обескураженным не выглядел. Наоборот, его глаза в свете фонаря блестели воодушевлением и азартом.

— Полагаю, нам туда, — кивнул он в зияющий чернотой проём.

За проёмом начиналась узкая лестница, ведущая вниз. Ступени были грубо вытесаны из камня и покрыты влагой.

Поль первым начал спуск. Натали за ним. Она ступала осторожно, чтобы не поскользнуться. Лестница вывела их к двери. Та была из чёрного металла, грубо сварена, с ржавыми заклёпками.

— И как ты думаешь, что там? — спросил Поль, вынимая из кармана медальоны-ключи.

— Разве вы не знаете? Вы там ещё не были?

— Не был. Могу только предполагать, — Поль изучал замочную скважину, пытаясь понять, какой из трёх ключей подойдёт. — Я нашёл этот проход — и сразу отправился за фонарём. И за своей любопытной супругой, — он обернулся и добавил с лукавой улыбкой: — Подумал, что она будет в ярости, если я полезу исследовать всё один.

— Вы поступили благоразумно, — Натали невольно улыбнулась.

Поль прав, она бы испытала крайнюю досаду, если бы он не взял её с собой. У неё свежи ещё были воспоминания, как однажды здесь, в оранжерее, они поделились друг с другом тайнами и договорились разгадывать их вместе.

— Похоже, вот этот медальон подойдёт, — Поль вставил в замочную скважину один из ключей.

Сухой щелчок. Металл дрогнул, словно что-то тяжёлое отцепилось изнутри. Дверь открылась с глухим скрежетом, и перед ними предстал узкий проход.

Если Натали ждала чего-то магического, таинственной красоты, то зря. Только мокрые каменные стены, и тянущиеся вдоль потолка и стен трубы разного диаметра. Возможно, по ним когда-то подавался воздух или вода. Здесь было сыро, темно, и пахло так, как пахнет в давно покинутом подвале — старой пылью, плесенью и железом.

Они двинулись по коридору, и вдруг позади с лязгом захлопнулась дверь.

Натали вздрогнула.

— Сквозняк?

Поль кивнул:

— Похоже.

Они пошли дальше. Но Натали боязливо обернулась. А вдруг это ловушка? Что если сработал какой-то механизм, который заблокировал дверь и теперь её уже ключом не откроешь?

Такие мысли кого угодно могли бы заставить паниковать, но Натали, как ни странно, панике не поддалась. Вместо этого её всё больше и больше охватывал азарт и предвкушение чего-то грандиозного. Эти чувства передавались ей от Поля, на лице которого было написано, насколько сильно нравится ему это приключение. Натали догадывалась почему. Возможно, он вот-вот отыщет то, что так давно искал.

— Думаете, это и есть путь к лаборатории Августина? — спросила она.

— Уверен, — в голосе Поля слышался странный сплав решимости и трепета. — Всё указывает на это. — Он усмехнулся: — Во всяком случае, буду очень удивлён, если проход выведет нас в винный погреб или кладовую с запасами варенья.

Они шли дальше, ускоряя шаг. Коридор сужался, становился всё теснее, а потолок всё ниже. Изредка по трубам пробегал лёгкий дрожащий звук, как будто где-то в глубине всё ещё работал неведомый агрегат.

Вскоре они упёрлись во вторую дверь. Она выглядела почти как первая, только была ещё более заржавевшей и обросшей слоем пыли. Местами виднелись какие-то знаки или буквы, выцарапанные на металле, но их невозможно было разобрать.

Поль достал оставшихся два ключа. Быстро выбрал подходящий. Вставил в замочную скважину. Щелчок. Скрежет.

Дверь со скрипом пошла внутрь.

За ней — помещение, больше предыдущего. Голые стены, вдоль которых снова шли трубы. Местами они сочились влагой. На полу — разводы, будто сюда частенько затекала вода. В углу тускло поблёскивал металлический щит с вентилями и рукоятками.

Поль и Натали продолжили путь.

Теперь они спускались по короткому наклонному тоннелю, и с каждым шагом воздух становился тяжелее. Где-то вдалеке слышалось глухое “кап… кап… кап…”.

Наконец, они остановились. Впереди — третья дверь. Металл тускло поблёскивал в свете фонаря, словно ждал.

Поль уже поднял руку с последним ключом, когда вдруг…

— Тсс… — прошептала Натали.

Он замер, глядя на неё. А она стояла напряжённая, будто прислушивалась всем телом.

— Вы это слышали? — прошептала так тихо, как только могла.

Они оба превратились в слух. И в ту же секунду — снова послышалось то, что насторожило Натали. За дверью. Довольно отчётливо: шаг… шаг… пауза… ещё шаг…

Звук был глухим, как если бы кто-то двигался по каменному полу. Медленно, осторожно.

Фонарь в руке Поля дрогнул.

— Там кто-то есть, — прошептала Натали. Голос прозвучал хрипло. Мурашки пробежали по шее, холодком скользнув ниже по спине.

Они оба уставились на дверь. Шаги за ней стихли.

Секунда. Другая. Тишина.

Казалось, за дверью тоже кто-то прислушивается.

— Может, это… животное? — выдохнул Поль, хотя явно сам в это не верил.

Сложно было объяснить, как туда могло попасть животное. Да и как туда мог попасть кто бы то ни был? Двери были заперты, ключи замурованы в статуях.

Натали и Поль переглянулись.

Они стояли в темноте, между двумя дверями, в забытом временем подземелье, и не знали — открыть ли путь дальше… или вернуться назад, пока не стало слишком поздно.