Жена с условиями, или Спасённое свадебное платье

ГЛАВА 46. Папина дочка

Очередное утро в Вальмонте началось весело и вкусно — то есть завтраком. Говорили, кто о чём, и Натали даже не заметила, каким образом родилась идея навести порядок в музыкальной беседке, однако её подхватили все. В доме уже практически не осталось ни одного запущенного уголка, а вот за парк ещё толком и не брались. Решено было перенести в беседку музыкальный аппарат и тогда можно будет устраивать вечерние музыкальные чаепития, как в те времена, когда Вальмонт процветал.

Команда добровольцев, готовых заняться благоустройством, собралась моментально. Сама Натали, а также Изабель и Себастьян, у которых не было на утро никаких важных дел.

Вскоре они уже шагали по аллее, обсуждая, что будут делать в первую очередь, а что потом. Над головами кружил Морти. Сначала Натали показалось, что ему любопытно, чем это собралась заниматься хозяйка и гости, и он оценивает, стоит ли ему присоединиться к авантюре. Но слишком уж у него был важный и озабоченный вид. Он то опережал их, то возвращался назад, то повисал в воздухе, время от времени выразительно каркая — как будто пытался предупредить о надвигающемся событии.

— Что с ним? — заинтересовалась Изабель. — Он какой-то… многозначительный.

— Может, предсказывает дождь? — неуверенно предположил Себастьян, взирая на голубое небо без единого облачка.

— Или скандал, — усмехнулась Изабель.

И предсказание сбылось быстрее, чем кто-либо ожидал. Не успели они пройти и полпути, как от аллеи к ним почти бегом направился один из слуг:

— Мадемуазель Изабель! Ваш отец месье Леопольд ван-Эльст только что прибыл в Вальмонт!

Натали едва не оступилась. Отец Изабель? От которого та сбежала? Здесь?

Хотя стоило ли удивляться? Разве Натали не предполагала, что едва родители Изабель узнают, что дочь в Вальмонте, отправят кого-то за ней или приедут сами.

Ох, но теперь уж точно скандала не избежать. Натали представляла, как отец зол на дочь. За одно мгновение десятки тревожных сценариев пронеслись в голове. Как поступит месье Леопольд? Что предпримет Изабель? С её склонностью к неожиданным порывам, она может снова куда-нибудь сбежать.

И не успела Натали об этом подумать, как “торнадо с кудряшками” действительно рванулась с места.

— Изабель! — окликнула Натали, но та удирала не в кусты — наоборот, мчалась навстречу уже спешащему от ворот мужчине.

Даже издалека было ясно: это её отец. Невысокий, плотненький, с такими же, как у Изабель, светлыми кудрями, придающими лицу безнадёжно добродушное выражение. Натали растерянно подумала, что её воображение рисовало отца Изабель совершенно по-другому: высокий худощавый брюнет с хмурым взглядом из-под кустистых бровей.

— Папочка! — вдруг пронзительно и радостно крикнула Изабель и, не сбавляя хода, повисла у него на шее. — Я так соскучилась!

— Доченька! — отозвался месье Леопольд, сжимая её в нежных объятиях. — Какое счастье, что с тобой всё в порядке! С тобой ведь всё в порядке?

Он немного отстранил Изабель, внимательно изучая, действительно ли его дочь в целости и сохранности. И не найдя на её румяном счастливом лице признаков неблагополучия, снова ласково обнял.

Натали смотрела на них с изумлением. Она и подумать не могла, что встреча отца и дочери будет такой тёплой.

— Мы с мамой чуть не поседели, ты нас так напугала! — беззлобно отчитывал дочь месье Леопольд. — Как ты могла сбежать? Что мы должны были подумать?

— Но я же оставила записку, чтобы вы не волновались!

— Нас должно было успокоить, что ты отправилась в кругосветное путешествие?! — возмутился месте Леопольд.

Натали улыбнулась. Успокаивать родителей такой фразой могла додуматься только Изабель.

— Папочка, прости меня… Ты же знаешь, я тебя очень-очень люблю… — Изабель уткнулась кудрявой головой в отцовское плечо.

— Ну что ты, что ты, — месье Леопольд ласково погладил Изабель по кудрявой голове. — Я давно тебя простил, глупышка. Я никогда не умел долго сердиться на мою любимую дочку. Если бы я только знал, что месье Себастьян настолько тебе отвратителен, что ты предпочла сбежать… никогда бы не настаивал на браке! Почему ты мне не сказала, что он вызывает у тебя такие омерзительные чувства?

Слово “омерзительные” было произнесено настолько выразительно, что Изабель притихла, не зная, что ответить.

— Я… эээ… как-то… — замялась она.

— Ничего! — решительно прервал её отец. — Мне уже сказали, что Себастьян здесь. Тем лучше! Не беспокойся: он больше не доставит тебе ни малейшего неудобства! Я сейчас же встречусь с ним и заявлю, что помолвка расторгнута! — заявил он решительно. — И запрещу ему на пушечный выстрел приближаться к тебе!

Натали краем глаза посмотрела на Себастьяна, который, как и она наблюдал сцену издали. Он стоял, как мраморная статуя, и только по изменившемуся лицу можно было понять, как обескуражили его последние слова месье Леопольда.

— Папа… — вдруг подала голос Изабель, — но может, не стоит так уж спешить?

— Нет! Я этого так не оставлю! — воинственно пообещал месье Леопольд.

— Но ведь это же не совсем… эээ… вежливо — вот так, сходу, запрещать кому-то подходить ко мне. Это… как-то чересчур.

— Чересчур? — переспросил он, явно сбитый с толку.

— Нельзя же так сразу рубить с плеча, — продолжила Изабель. — Нам с месье Себастьяном ещё… беседку облагораживать, — невинным голосом поделилась Изабель планами.

— Беседку? — месье Леопольд с недоумением почесал затылок.

Натали снова улыбнулась. На этот раз ещё шире. Себастьян из каменной статуи снова превратился в живого человека с весёлыми глазами.

— И, кстати, папочка, если ты решишь остаться погостить у Поля, то тебе нужно срочно озаботиться карнавальным костюмом, — ещё больше огорошила отца Изабель. — Через два дня у нас бал-маскарад!