Жена с условиями, или Спасённое свадебное платье

ГЛАВА 3. Соискатели и свёрток

Натали обрадовалась тому, что сказала новая соискательница. Настолько — что даже слегка ей не поверила. Но если Лизельда говорит правду, это невероятная удача.

— Я окончила Королевскую академию, — решила она дополнить рассказ о своих достижениях. — С отличием. Проходила практику в Королевском ботаническом саду под руководством профессора Ильсане Мондьера.

— Ваш наставник — Мондьер? — удивился Поль.

Натали не знала, кто это, но догадалась, что речь о неком светиле в мире ботаники.

— Да, — кивнула Лизельда. — Один из самых взыскательных и блестящих знатоков экзотической флоры. От него невозможно было скрыть ни одной неумелой обрезки.

Она открыла аккуратную кожаную папку и показала диплом с сургучной печатью. Всё выглядело безупречно.

— Я давно слышала об удивительной коллекции экзотических растений в оранжерее Вальмонта, — продолжала Лизельда. — И как только узнала, что у имения появились новые хозяева, сразу же решила приехать и предложить свои услуги. Это была бы для меня не просто работа, а дело всей жизни.

— Признаться, оранжерея сейчас не в лучшем состоянии, — счёл нужным уточнить Поль. — Многие растения погибли, другие, напротив, разрослись, образовав непроходимые джунгли.

Натали заметила, как при этих словах глаза Лизельды вспыхнули. Казалось, она не ужаснулась — наоборот, словно обрадовалась, что флора оранжереи переродилась.

— Жаль слышать, что коллекция пострадала, — произнесла она, — но при должном старании всё можно восстановить. Я исповедую истину, что хаос иногда — первый шаг к гармонии.

Слушая её, Натали ощущала нарастающее восхищение. Спокойная, уверенная, прекрасно говорит, производит впечатление человека образованного и преданного своему делу. И всё же… что-то вызывало в Натали смутное беспокойство. Словно в идеально исполненной мелодии звучала одна едва слышная фальшивая нота. Натали не могла понять, откуда она.

Тем временем Поль, видимо, решив проверить, так ли сильна Лизельда в ботанике, как об этом говорит, задал вопрос:

— А что вы можете сказать о цветении папоротников?

На мгновение повисла тишина. Затем Лизельда мягко улыбнулась:

— Только то, что его не существует, — ответила она сдержанно. — Папоротники не цветут. Они размножаются спорами. Сорусы формируются на нижней стороне листьев — вайи. У некоторых видов есть особые спорангии, но цветков они не образуют.

Натали не поняла почти ни слова, но по выражению лица Поля стало ясно — Лизельда проверку прошла.

— С какими экзотическими видами вы работали? — продолжил он задавать вопросы. — Что больше всего впечатлило?

— С самыми разными, — кивнула Лизельда. — Приходилось даже иметь дело с растениями-хищниками. Они заманивают насекомых особыми ароматами и захлопывают ловчие листья. Один из видов, например, выделяет вещество, напоминающее мед.

— Никогда не видела ничего подобного, — изумилась Натали.

— Это не такие уж редкости, — с улыбкой ответила Лизельда. — А вот действительно редкое растение — это Тень-Сердца. Вот с ним я мечтаю поработать.

Натали почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Уж не слишком ли много совпадений за один день?

— Что вы знаете о нём? — спросила она, стараясь сохранить нейтральный тон.

— Немного, — призналась Лизельда. — Мало кто вообще слышал об этом растении, а те, кто слышал, считают, что это не больше, чем красивый миф. Цветёт один раз в столетие, может — в два. Растение крайне ядовито, но, если верить легендам, обладает поразительными свойствами. Чего только ему не приписывают. А одной из особенностей является то, что оно может иметь разные формы и размеры — всё зависит от ухода. Но добыть Тень-Сердца для вашей коллекции, к сожалению, пообещать не могу. А вот другие редкие растения — вполне. У меня богатые связи в среде коллекционеров. Надеюсь, вы доверите мне восстановление оранжереи?

Повисла пауза. Натали и Поль переглянулись. Он послал безмолвный сигнал: “Я же вам доверил приём работников, вам и решать”.

И какое решение принять? Лучшего кандидата на должность смотрителя оранжереи им не найти. Она и с высадкой Тени-Сердца справилась бы, наверное. Но Натали никак не могла избавиться от смутных сомнений.

И тут сама Лизельда подсказала выход:

— Я понимаю, что оранжерея — это сердце Вальмонта. Её нельзя доверить первому встречному. Сначала кандидата нужно испытать. Дайте мне испытательный срок — месяц, и вы увидите, как преобразится оранжерея.

Звучало разумно. Даже слишком разумно. Но всё-таки — разумно. И потому, хоть сомнения и остались, Натали кивнула.

— Хорошо, мадмуазель Лизельда. Добро пожаловать в Вальмонт.

Со следующими соискателями проблем было гораздо меньше. Но были проблемы с их количеством. Собеседования пришлось проводить и до ужина и после ужина. Под конец Натали чувствовала себя почти так же, как в день, когда сама впервые прибыла в Вальмонт — слегка выжатой, слегка воодушевлённой, с лёгкой головной болью от переизбытка впечатлений. К счастью, большинство соискателей оказались вполне подходящими, а значит, скоро можно будет затеять настоящую генеральную уборку или даже грандиозный ремонт.

Когда Натали с Полем вернулись в дом, за окнами уже вовсю царствовала ночь — с прохладой, звёздами и тишиной, которая после целого дня разговоров казалась настоящим блаженством.

Но как только они миновали холл, Поль с напускной строгостью произнёс:

— Итак, моя прелестная супруга, сегодня вы не отвертитесь. Слуг, благодаря вам, полон дом. Каждый второй, полагаю, шпион. Поэтому партия в лото должна быть сыграна непременно.

Лото?! Точно! В сумасшедшей кутерьме сегодняшнего дня Натали совсем забыла об этой злосчастной игре. Но это было не самой большой бедой. Куда хуже, что она забыла о фотографии, которая должна была стать подарком-сюрпризом, если Поль победит. Месье Бельфуа обещал принести её сегодня вечером. Но весь вечер Натали провела с Полем, занимаясь наймом слуг. Вот и выходит, что фотограф так и не сумел найти момент, чтобы вручить ей фотографию. А Натали, как назло, забыла об этом напрочь.

Поль беззастенчиво зашёл вместе с ней в комнату, а у неё в голове лихорадочно крутился вопрос: что она ему подарит, если он выиграет?

Не теряя времени, он начал раскладывать на столе принадлежности для лото, подтрунивая над ней обещанием одержать сокрушительную победу.

Натали ответила ему что-то невпопад, и вдруг её взгляд упал на тумбу. А там… аккуратно и даже торжественно лежал прямоугольный свёрток, перевязанный красивой красной лентой. Упаковочная бумага празднично поблёскивала в свете лампы. Натали сразу всё поняла. Видимо, Эмиль, не застав её, просто передал свёрток кому-то из слуг, и тот добросовестно положил его туда, где она точно найдёт.

Натали непроизвольно заулыбалась от радости, посылая мысленные благодарности “печных дел мастеру”, который из любой ситуации найдёт выход.

Немного жаль, конечно, что не удалось заранее увидеть фотографию. Что там придумал Эмиль — цветочную композицию или потрясающий вид на особняк — оставалось загадкой. Но Натали не сомневалась: снимок будет необыкновенно красивым. Поль придёт в восторг.

Она села в кресло напротив него, и партия началась.

— Тридцать семь, — радостно объявил Поль, достав первый бочонок. — О. моё число. Я же говорил, что решительно настроен победить.

Он опустил руку в мешочек за следующим бочонком, а Натали чувствовала, как разгорается в ней азарт, хоть она никогда не относила себя к азартным людям. В чью пользу всё же закончится партия?