Жена с условиями, или Спасённое свадебное платье

ГЛАВА 8. Охотничьи страсти и солнцезащитный козырёк

Сигизмунд, откинувшись на спинку мягкого сиденья экипажа, разглядывал в окно живописную дорогу, которая вела в Хельбрук. Здесь всё было как надо: птицы щебечут, поля благоухают, деревья шелестят листвой на ветру. Даже лошади, казалось, уважительно относились к сегодняшней цели поездки, ступая особенно грациозно.

А цель была вдохновляющая.

Сигизмунд не переставал восхищаться мадам Боше, сидящей напротив. Это была её идея, что нельзя довольствоваться только лишь надеждами на манерную Лизельду, прозябая в заплесневелой таверне, а нужно самим — самим! — выдвинуться в разведку. Решено было сегодня же вечером незаметно подобраться к поместью и понаблюдать за его жизнью. Пока что издалека. Но вдруг бросится в глаза что-то интересное?

Сигизмунд уже представлял, как они в вечерних сумерках крадутся к стенам Вальмонта, как серебряная брошь на шляпке мадам Боше ловит отблески луны, как он, решительно вскинув бинокль, наблюдает за любым подозрительным движением…

Но бикноклей-то пока у них как раз и не было. А нужны были хорошие, охотничьи. Гризельда подсказала, что ближайшее место, где их можно добыть — “Лавка охотника” в Хельбруке. И хоть дорога до города занимала не меньше трёх часов, Сигизмунд и не заметил, как они добрались.

Когда экипаж свернул к нужной улице, Сигизмунд наклонился к окну и уже собирался предложить мадам Боше эффектно выйти под руку — но замер.

— Это ещё что такое? — пробормотал он. — Любопытно…

У лавки, как ни в чём не бывало, стоял другой экипаж. Из него неспешно выбирались…

— Поль?! — удивился Сигизмунд. узнав племянника.

— И его добродетельная “супруга”… — процедила мадам Боше, сжав веер.

— А их-то как сюда занесло? — продолжал недоумевать Сигизмунд. — Не за пирожками же они в Хельбрук приехали.

— Особенно в “Лавку охотника”, — хмыкнула мадам Боше.

— Что же им могло в этой лавке понадобиться? — любопытство Сигизмунда росло.

Поль никогда не проявлял интереса к охоте и максимум охотился разве что на аромат ванили в парфюмерной лаборатории.

— Ох, хитёр племянничек, — Сигизмунд, наконец, сообразил, в чём может быть дело. — Видимо, хочет купить подарок для “супруги”, чтобы их брак выглядел достоверней.

— В “Лавке охотника”? — скептически глянула на него мадам Боше. — Подарит ей ружьё, чтобы она охотилась на новых родственничков?

— М-да, — протянул Сигизмунд, но других версий в голову не приходило.

Они с мадам Боше переглянулись. Решение было очевидным.

— Мы тоже заходим, — скомандовала она. — Но нужно сделать всё, чтобы они нас не заметили.

План был не идеален, но сработал. Как только Сигизмунд и мадам Боше вошли в лавку, сразу нырнули в дальний угол, где раскинулась целая выставка приспособлений для рыбалки: мормышки, блёсны и какие-то подозрительно блестящие поплавки. Они устроились за стеллажами, изображая живейший интерес к мормышкам. Сигизмунд даже взял одну упаковку и стал пристально её изучать. Мадам Боше же демонстративно свела брови и сделала вид, что сравнивает качество крючков.

Владелец лавки, элегантный до кончиков лакированных усов, вежливо приподнял бровь и жестом попросил подождать. Поль и Натали стояли к двери спиной и не обратили внимания на новых посетителей, что, по мнению Сигизмунда, было необыкновенной удачей.

В “Лавке охотника” Поля удивил в первую очередь запах. Чем тут только не пахло: от брезента до засохших насекомых. Он сразу понял, что им с Натали удастся купить всё, что нужно, даже бинокли, хоть их и нечасто встретишь в провинциальном магазинчике.

— Мадам, месье, добро пожаловать! — владелец встретил их любезнейшей улыбкой. — Что бы ни потребовалось — у меня есть всё. От арбалета до чехла для фляги.

У него было лицо обаятельного жулика с налётом элегантности, будто он ещё вчера выступал в оперетте, а сегодня торгует мушками для ловли щук.

— Вы, я вижу, охотник начинающий, — прошёлся он по Полю цепким взглядом, — но это не беда! Скажите только, на кого собираетесь охотиться, и я снабжу вас всем необходимым.

Поль с улыбкой глянул на Натали.

— Речь об охоте на… дичь.

— О, какой чудесный выбор! Утки, перепёлки, фазаны! Могу предложить…

— Нам бы экипировку, — Поль решил, что лучше сам будет руководить процессом. — Из прочного материала. Брезент, кожа. Что-нибудь, в чём не страшно повиснуть на кусте.

— Пожалуйста! Вот, взгляните!

Торговец с театральным размахом выложил на прилавок охотничьи штаны, куртки, комбинезоны. Поль без лишних слов выбрал себе подходящий комплект.

Натали же, озадаченно оглядев брезентовые наряды, осторожно спросила:

— А у вас есть... эээ… дамская модель?

На одно мгновение лицо владельца лавкой дрогнуло, но уже в следующее он широко улыбнулся:

— О, мадам тоже собирается на охоту? Как это прелестно! Конечно же, у нас есть специальные комплекты для прекрасных дам, — он с гордым видом выложил на прилавок точно такой же костюм, как у Поля, только меньшего размера. — Удобство и изящество — всё учтено.

Поль кашлянул, сдерживая смешок.

— Берём, — кивнул он.

Потом были выбраны два фонаря и два бинокля. Поль рассчитался с торговцем, и они с Натали уже собирались уходить, но тот не терял надежды продать что-нибудь ещё.

— Ах, месье, постойте, есть вещь, без которой любая охота — преступное легкомыслие! Фуражка с солнцезащитным полупрозрачным козырьком! Взгляните!

С видом человека, приберёгшего самое ценное на десерт, владелец лавки извлёк из-под прилавка головной убор. Фуражка отличалась от обычной лишь тем, что её козырёк действительно был полупрозрачным — сделан из того же материала, из которого делают дамские кружевные зонтики от солнца.

— Обратите внимание, фуражка в два раза повышает точность стрельбы по уткам, за счёт того, что не даёт солнцу ослепить глаза, — продолжал нахваливать товар торговец.

Поль уставился на фуражку. В ней было всё: абсурд, изящество и полное непонимание физики. Он даже немного восхищался.

— А цена… только подумайте, всего сто эстронов!

Сто? Фуражка по цене костюма от известного кутюрье? Ох и прохвост этот торговец. С таким вдохновением пытаться сбыть вещь, которая без сомнения является неходовым товаром. Какой охотник купит фуражку с кружевным козырьком?

Натали посмотрела на Поля и многозначительно закатила глаза. Его милая рачительная “супруга”, которая, как он успел заметить, очень не любит напрасных трат, всем видом показывала, что торговец пытается их провести.

— Мы охотимся по вечерам, — заявил Поль, — поэтому солнцезащитная фуражка нам не нужна.

Натали одобрительно кивнула.

— Но такая фуражка нужна не только на охоте, — возразил торговец, — она незаменима и в обычной жизни. Защищает от солнца, дождя и ветра не только глаза, но, благодаря большому козырьку — и всё лицо, поэтому при регулярном ношении способствует оздоровлению и даже омоложению кожи лица.

Поль снова едва сдержал смех. Омолаживающая фуражка? В этот момент послышался какой-то шорох из дальнего угла лавки. Торговец переключил внимание на других посетителей, которые уже давно что-то разглядывали за стеллажами, и Натали, пользуясь случаем, потянула Поля на выход.

Они попрощались и удалились.

Сигизмунду никак не удавалось рассмотреть, что там за фуражку предлагает продавец племяннику. Сто эстронов? Что может стоить, как три порции омаров с трюфелями в “Grand Piof’ur”?

Он вытягивал шею, но мадам Боше тут же цыкнула, и Сигизмунд снова юркнул за мормышки.

Оставалось вернуться мыслями к тому, что его сейчас занимало больше всего: на какую охоту собрался Поль да ещё и вместе со своей “супругой”? Это было настолько нереалистично, что у Сигизмунда даже мелькнула мысль: может, у них, и правда, настоящий брак и речь о каких-то взрослых играх: охотник и охотница?

Но тут его внимание снова переключилось на торговца, который продолжал расхваливать товар:

— …поэтому при регулярном ношении она способствует оздоровлению и даже омоложению кожи лица.

Последние слова неожиданно вызвали живой интерес мадам Боше. И теперь уже она вовсю вытягивала шею, пытаясь рассмотреть фуражку. Приподнявшись на носочки, она, не удержав равновесие, вдруг сделала резкое движение — и задела грудью стеллаж. С верхней полки слетела коробочка и ударилась об пол. Крышка отскочила, и по полу запрыгали какие-то вялые, но всё же живые насекомые. Видимо, это была наживка для ловли рыбы.

Мадам Боше замерла. Лицо её исказилось смесью отвращения и аристократического оскорбления.

Весь ужас происходящего смягчал только тот факт, что Поль и Натали уже ушли и так не узнали, что за ними следили.

— Мадам, не бойтесь, я вас спасу, — бесстрашно заявил Сигизмунд, но как спасать от того, что уже жужжало в воздухе, он слабо представлял.

На помощь тут же бросился владелец лавки. Он получил самый ледяной и уничижительный взгляд, на какой только способна мадам Боше:

— Если вы торгуете такой… отвратительной живностью, почему не потрудились предусмотреть ёмкость понадёжнее?

О, как она была восхитительна в своей презрительности! Сигизмунд заботливо стряхнул нечто крылатое и зелёное с её плеча.

— Прекрасно, просто прекрасно, — продолжала она изливать на торговца сарказм. — Осталось только, чтобы вы раздавали пиявок в подарок к каждой покупке.

Тот нисколько не смутился и принялся ловко, как дирижёр, размахивать руками перед её лицом, отгоняя насекомых.

— Ах, сущая мелочь, мадам! Стоит ли обращать внимание на это ничтожное недоразумение, когда сама удача плывёт к вам! Уникальный товар — омолаживающая фуражка почти ушёл в руки предыдущих покупателей, но я специально придержал её для вас.

Взгляд мадам Боше слегка оттаял. А торговец вдохновенно продолжал.

— Теперь эта фуражка достанется вам. И я готов сделать невероятную скидку. Только для вас! Отдам практически даром, всего за девяносто девять эстронов. Где ещё можно купить молодость так дёшево?

— Девяносто девять? — переспросила мадам Боше. — Берём.

Она глянула на Сигизмунда, и он тут же достал кошелёк и отсчитал нужную сумму.

— И ещё нам нужны два бинокля, — запросил он.

— О, мне так жаль, месье, но последние два бинокля забрали предыдущие покупатели. Однако могу предложить вам добротные походные фляги или чудесный набор наживок для рыбной ловли.

— Нет-нет, благодарю, — быстро отказался он.

Сигизмунд и мадам Боше вышли из “Лавки охотника” без биноклей, ради которых они тащились сюда три часа, но зато с фуражкой с кружевным козырьком и омолаживающим эффектом, приобретённой “почти даром”.