Позор для истинной. Фальшивая свадьба

Глава 75

Я позволила себе слабость. Уткнулась лицом в его грудь, слушая глухой, мощный стук сердца. Оно билось ровно, тяжело, в отличие от моего сбивчивого ритма.

Его руки скользнули по моей спине, не сжимая, а скорее накрывая, защищая от всего мира, словно заявляя права на территорию.

— Что с тобой? — его голос прозвучал низко, вибрируя прямо в моих костях, отдаваясь резонансом в метке.

В нем не было привычной хрипотцы Хаоса, только мягкость, которая пугала больше угрозы. Потому что угроза была понятна, а эта нежность была ловушкой.

Я подняла голову. В прорезях маски темнела ночь, но я чувствовала, что он смотрит мне в душу, видя все мои трещины.

— Все в порядке… — прошептала я, и сама поверила в эту ложь меньше, чем он.

— Неправда, — послышался голос. Твердый. Не терпящий возражений.

Я знала, что это, конечно же, неправда. Ложь висела в воздухе кислым привкусом.

— Ты можешь мне довериться. Можешь рассказать, — послышался настойчивый голос. В нем звучало обещание: что бы ни случилось, он справится. Или уничтожит причину.

Могу… Да, могу… Наверное… Я ведь доверила ему свою беду. И он помог… Ценой, о которой я боялась думать.

Несколько секунд я сомневалась. Но тут же мысль о том, что если я промолчу, это может плохо обернуться. Для папы… Ведь я вряд ли что-то смогу сделать… А он — сила, перед которой меркнут законы людей.

Он не торопил меня. Просто ждал, когда я скажу. Его терпение было хищным, выжидательным.

— Я очень переживаю за папу, — шепот сорвался с губ, признаваясь во всем. — Он меняется.

Его руки потянули меня к себе мягко. Не приказывая. Приглашая.

А потом слегка надавили на бедра, словно предлагая сесть ему на колени. Конечно же, это было верхом неприличия. Пропасть между нами была заполнена тайнами и опасностью. И если бы кто-то увидел такой жест, то меня бы закидали тухлыми помидорами. Но я вспомнила, что моей репутации и так конец. Что я уже продала душу. Что сидеть на коленях у демона намного безопасней, чем быть невестой герцога!

— Не бойся, — послышался шепот прямо у уха, обжигая кожу дыханием.

Я сделала неуверенное движение и села к нему на колени. Он принял мой вес легко, словно я ничего не весила, его руки мгновенно обхватили мою талию, фиксируя, согревая, не давая пути к отступлению.

Что-то внутри перехватило, а я пыталась осознать, что сижу на его коленях. Внизу живота что-то сладко заворочалось, откликаясь на близость его тела. Метка вспыхнула болью, смешанной с наслаждением.

— Он... Он ведет себя странно... Он раньше так не вел. Он запирается. Он что-то скрывает. Боится.

Его пальцы слегка сжались на моей талии.

Я почувствовала, как напряглись мышцы под тканью камзола... Он знал. Или догадывался.

Его молчание было тяжелым, наполненным невысказанными словами, обещаниями расправы. Он провел ладонью по моим волосам, и это движение было таким нежным, контрастирующим с его силой, что у меня защипало в носу.

— Я не дам ему исчезнуть, — наконец произнес он. Это не было обещанием человека. Это был приговор судьбы, вынесенный тем, кто стоит выше законов. — И тебе не дам.

Я закрыла глаза, позволяя себе поверить. В этой темноте, в его руках, проблемы казались решаемыми. Даже смерть можно было обмануть, если держать за руку того, кто сам является воплощением тьмы.

Внезапный стук в дверь разрезал тишину.

Я вздрогнула, пытаясь подняться, но его руки на мгновение удержали меня, успокаивая. Твердая сталь объятий. Затем он бесшумно, с грацией хищника, спустил меня на пол.

— Спрячься, — прошептала я, оглядываясь, глаза метались по комнате. — Быстро.

Он метнулся к окну, растворившись в складках тяжелой бархатной шторы так ловко, словно сам был сделан из теней. Ткань колыхнулась и замерла.

Я провела ладонью по лицу, пытаясь стереть следы эмоций, и громко крикнула:

— Сейчас открою!

Дверь отворилась. На пороге стояла Мэри. Новая горничная держала в руках небольшой конверт из плотной, сероватой бумаги.

— Простите, что беспокою, мадемуазель, — она присела в реверансе, опустив глаза. — Это просили передать вам. Лично в руки. Гонец не стал ждать ответа.

Я взяла конверт. Бумага была шершавой, неприятной на ощупь. На ней не было печати, только мое имя, написанное чернилами цвета запекшейся крови.

— Спасибо, Мэри. Можешь идти.

Когда шаги служанки затихли в коридоре, я повернулась спиной к окну, разрывая конверт. Пальцы дрожали. Внутри сжалось ледяное предчувствие. Я боялась увидеть там требование денег, угрозу отцу или еще что-то страшное… А вдруг это герцог? Может, это он прислал мне письмо? Ведь после того скандала он так и не появлялся!

Я развернула лист. Почерк был угловатым, нервным, буквы словно спешили убежать со страницы.

"Дорогая Адиана! Я рад сообщить вам новость. Мой друг, герцог, в плаще, в маске ходит возле вашего дома. Будьте осторожны. Доброжелатель".

Мир вокруг потерял цвета. Звук исчез. Я читала строки снова и снова, но смысл не менялся.

Медленно, словно тело стало деревянным, я повернулась к окну.