Связанные души

42

Шалла просунула руку в отверстие потолка и бросила взгляд через плечо на Кейла, Кира и Эйлин. Хотя молодая урити держала лицо нейтральным, в ее фиолетовых глазах заблестело волнение.

— Готовы?

Кейл кивнул, а Кир и Эйлин ответили одновременно, бодро:

— Да!

Уголки губ Шаллы дернулись вверх, и она отвернулась. Руки зашевелились, пальцы занялись в отсеке.

— Это унизительно, — пробурчал Трисс.

— Ты помогаешь, — отозвалась Шалла.

Трисс стоял на коленях на полу кокпита, наклоняясь корпусом вперед, а Шалла стояла у него на спине. Вдавленные места в твердом металлическом корпусе робота выглядели как ступеньки, и подросток-урити уперлась копытами в верхний ряд.

Маленькая голова робота медленно повернулась, чтобы посмотреть на Кейла и остальных.

— Я обладаю множеством ценных и критически важных навыков, — произнес Трисс.

— Да, — Эйлин мягко улыбнулась. — Мы видели, как ты применяешь их в последние дни. Спасибо, Трисс.

Кир усмехнулся, откинувшись назад и опершись руками о консоль управления.

— Но прямо сейчас, похоже, твой самый ценный навык — быть осознанной стремянкой, — сказал он.

— И все же ты сейчас полезнее, чем Кир был за весь ремонт, — заметил Кейл, сложив руки на груди, но долго сдерживать ухмылку не мог.

— Шалла, прикройся, — Эйлин покачала головой. — Тут по салону искры во все стороны летают.

Шалла выпрямила ноги и, балансируя краями копыт, потянулась глубже в отверстие. Несмотря на все возражения, Трисс немного выпрямился, дав Шалле дополнительный радиус действия. Урити вытянула шею, и верхняя половина ее головы исчезла в отсеке.

— И… — тихо прорычала она, напрягая руки. В отсеке раздался щелчок. — Готово.

Центр управления ожил. Голографические экраны и дисплеи засветились, бесчисленные кнопки и органы управления загорелись, а центральная консоль проецировала звездную карту локальной системы.

Компьютер корабля заполнил все дисплеи одним сообщением — ПЕРЕЗАГРУЗКА ПРЕРВАНА. ВОССТАНАВЛИВАЮСЬ… ВЫПОЛНЕНИЕ ДИАГНОСТИКИ И СКАНИРОВАНИЕ СИСТЕМЫ…

— Кажется, я сто лет не видела его таким, — сказала Эйлин, тепло улыбаясь и окидывая кокпит взглядом.

Кир последовал ее взгляду.

— Я почти забыл, насколько он продвинут. Я не знаю, для чего служит половина этих приблуд, — пробормотал он.

— Тогда хорошо, что я у нас пилот, — заметил Кейл.

Кир наклонился к Эйлин, приложил руку ко рту и громко прошептал:

— Он тоже не знает, для чего служит большинство из них, на’дия.

Кейл закатил глаза.

Шалла вылезла из отсека и, наклонившись, приняла от Трисса потолочную панель. Шалла вставила ее и подтолкнула вверх, панель со щелчком закрыла дыру.

Кейл повернулся к ближайшему дисплею, наблюдая, как по нему бегут символы, пока корабль сам себя проверяет. Его хвост взмахивал из стороны в сторону, он постукивал пальцем по бицепсу, как бы желая ускорить процесс.

Несомненно, нетерпение Кира начало сказываться и на Кейле — они слишком много времени проводили друг с другом.

Ты не можешь винить меня в этом, — пропульсировал Кир, когда он и Эйлин подошли к Кейлу у экрана.

И меня тоже не вини, — добавила Эйлин. — Хотя я и порой могу быть нетерпеливой.

Улыбка Кира растянулась в широкую ухмылку.

Более странно то, что Кейл раньше никогда не был нетерпелив.

Вы оба не правы, — ответил Кейл, хвост его качнулся чуть быстрее. — Я могу винить вас обоих, и мое прежнее поведение было вполне естественным.

Кир фыркнул.

Шалла спрыгнула со спины Триса, копыта стукнули об пол, но затем ее шаги стали тихими, когда она подошла к остальным. Она молчала, но Кейл почти чувствовал, как от подростка исходит предвкушение.

И было бы ложью сказать, что он сам не переполнен ожиданием, тем более что это предвкушение дико усиливалось возбуждением Кира и Эйлин.

Трио пережило многое на Омега IV, но время, проведенное здесь, было… волшебным. Оно во многом превзошло все, что Кейл считал возможным; многое казалось скорее сном наяву, чем явью. Особенно прошлой ночью, когда он и Кир занимались любовью со своей парой под открытым небом, а бесчисленные звезды и последние волны космического шторма мерцали над ними. Часть Кейла не хотела покидать эту планету, и он знал, что эта планета никогда не покинет его.

Он всегда будет дорожить этим миром как тем местом, где завершился их даэвалис.

Эйлин схватила правую руку Кейла и левую руку Кира, и камни на их браслетах засветились от удовольствия близости. Их сердца забились в унисон.

Этот миг… он стал кульминацией многих дней тяжелой работы, пота и боли, защемленных между металлическими панелями пальцев и шишек на лбу от столкновений с потолками и стенами отсеков, абсолютно не предназначенных для людей. Каждый из них трудился ради этой минуты, и хотя без Шаллы, Трисса и Таллиана ничего бы не получилось, завершить все столь быстро удалось лишь благодаря близнецам и Эйлин.

Впереди их ждет… будущее. «Клык» стал вратами, ведущими в любое место во Вселенной. Все, что им оставалось, — распахнуть эти врата.

В следующий раз, Кейл, советую тебе либо получше закрывать свои мысли, либо подобрать метафору поудачнее, — пульсировал Кир.

А ты хоть раз обращал внимание на собственные мысли, Кир? Уверяю тебя, они…

Эйлин крепче сжала их руки.

Мы ведь должны проживать момент.

Близнецы усмехнулись. Волнение в них ничуть не утихло, но в глубине души они знали: отчет не имел решающего значения. Пока рядом их пара, они будут счастливы.

Символы продолжали мелькать по экранам, перебирая сотни параметров за то время, за которое Кейл успел бы прочесть лишь один.

А потом, совершенно буднично, процесс завершился. На центральном дисплее всплыл итоговый диагностический отчет, а прочие экраны один за другим наполнялись привычными показателями, шкалами и системами управления. Те самые системы, что оставались отключенными уже несколько дней, вновь оживали.

Кейл и остальные обратили внимание на отчет.

Эйлин склонила голову, нахмурившись.

— Наверное, это только я так, но я вообще не понимаю, что вижу.

Опершись рукой о консоль, Шалла подалась вперед, прищурившись.

— Не только ты.

Близнецы рассмеялись.

Кир мягко высвободил руку из ладони Эйлин и пересел в привычное место за центральной консолью, вызывая командный экран.

— Это потому, что все написано на тал’син.

Эйлин посмотрела на Кира, затем вопросительно — на Кейла.

С улыбкой тот сказал:

— Это родной язык нашего народа. Алфавит даэв.

Даже в цифровом виде эти символы выглядели текучими и изящными, вычерченными тонкими изгибами и острыми углами. Кейл учился читать и писать их давным-давно, и казалось, прошло столько же времени с тех пор, как он в последний раз видел эти письмена.

Шалла кивнула, выпрямившись.

— Ага. Система перезапустилась и вернулась к исходному языку.

Кир коснулся нескольких опций, и надписи на дисплеях сменились простыми, ровными символами Универсальной Речи.

— Так лучше?

Скрестив руки на груди, Эйлин уставилась на отчет.

— Хуже. По крайней мере, раньше все выглядело красиво. А теперь еще и уныло, да к тому же все еще ни черта не понятно.

Когда новый приступ смеха угас, Кейл и Шалла вновь сосредоточились на отчете, негромко обсуждая детали, а Кир и Эйлин стояли рядом, с преувеличенно серьезными лицами.

— Ну и? — наконец спросила Эйлин, подперев подбородок и проводя указательным пальцем по щеке.

Кейл покачал головой.

— Вы оба просто нелепы.

Кир провел рукой по волосам.

— Увы, но нам приходится идти на такие меры, чтобы уравновесить, насколько ты скучен, брат. Иначе наш даэвалиc был бы нарушен.

— Вижу, ты до сих пор путаешь скуку и ответственность, Кир.

— Некоторые вспомогательные системы все еще работают с ограниченной мощностью, — заметила Шалла, скользя пальцами по голограмме и прокручивая текст. — Преобразователи энергии действуют не на полную, так что топливо будет расходоваться чуть быстрее обычного, но ядра заряжаются и распределяют в пределах нормы, хоть и на нижнем уровне. Прыжковый двигатель стабилен. Повезло, что вы разбились на планете, где фальдриум в каждой песчинке. В генераторе щита мы заменили дуговые ядра, так что щиты будут, но не выдержат многого — разве что при входе в атмосферу. Так что… ну, главное — не лезьте пока больше в космические баталии, и все будет нормально, пока не поменяете детали на лучшие.

— И это все хорошо, да? — спросила Эйлин.

Улыбнувшись, Шалла бросила на нее взгляд.

— В целом — да. Это хорошо.

— Он полетит, — сказал Кейл. Его душа уже взлетела: «Клык» ожил. Вселенная была перед ними. Все, что нужно — выбрать направление и… лететь.

Нашей первой целью, пожалуй, должен стать Артос, — пульсировал Кир. — Именно там больше всего шансов найти нужные детали для корабля, особенно если мы заручимся помощью Аркантуса.

Кейл застонал про себя. Он никогда не любил толпу, а годы охоты на пиратов и работорговцев, которые прятались в опасных городах и станциях на нейтральных территориях, сделали его еще менее терпимым к местам с большим количеством рас. Бесконечный Город был шумным, опасным, непредсказуемым…

Я всегда хотела увидеть Артос, — пульсировала Эйлин, улыбаясь Кейлу. — Говорят, это одно из чудес Вселенной.

Выдохнув через нос, Кейл ответил:

Ради тебя, на’дия. Ради тебя я снова выдержу Артос.

Кира хлопнул по ноге Кейла хвостом.

Перестань драматизировать, брат.

Можно ли винить меня за то, что я не хочу делиться видом Эйлин?

На щеках Эйлин проступил легкий румянец, и по пси-связи прокатилась искра возбуждения, осевшая внизу живота Кейла.

Кир посмотрел на свою пару с голодным блеском в глазах.

Нет. К чему нам остальная Вселенная, если у нас есть она?

Эйлин сжала губы и медленно, протяжно выдохнула. На ее лице отразилась строгая решимость.

Вы двое должны вести себя прилично. Мы не одни.

К счастью, Шалла снова погрузилась в отчет, перебирая данные и переходя по меню на дополнительном экране. Спустя несколько минут она опустила глаза и сказала:

— Я тут подумала…

На лице Эйлин отразилось легкое недоумение.

— Что такое, Шалла?

— Вы, наверное, не поверите, если я скажу, но… — Шалла замялась, и это в очередной раз напомнило Кейлу, какая она все же юная. — Сколько бы я ни ремонтировала подобное, я никогда в жизни не летала на космическом корабле. Ну, у меня есть ховербайк, который мы с отцом починили, когда нужно было проверять технику за пределами поселения, но это же не… — Урити обвела взглядом кабину и вскинула руки, указывая на «Клык» вокруг них. — Это же не то же самое.

— Ты просишь прокатить тебя? — сухо уточнил Кейл.

— Ну, вам все равно нужно протестировать корабль, не так ли? И я должна присутствовать при испытательном полете, если что-то придется подправить. Мы можем просто слетать в поселение! Уверена, отец будет счастлив увидеть этот корабль своими глазами, и сможет перепроверить все, так что вы будете знать точно…

Кир рассмеялся и плюхнулся в кресло.

— Можно было просто попросить.

Урити засияла.

— Правда?

Кейл опустился в кресло пилота. Это было странное чувство — и привычное, и непривычное одновременно. Казалось, с момента катастрофы прошла вечность, но панели и рукояти оставались прежними, и он поймал себя на том, что сгорает от нетерпения вновь поднять «Клык» в небо.

Он взглянул на Шаллу.

— А твой ховертрак?

Сияя от восторга, урити уселась в одно из вторичных кресел.

— Трисс отвезет его обратно.

— Но я тоже хочу полетать, — раздалось из задней части кабины.

— Ты ведь поднимался с Гарлаханом, когда он чинил спутник геолокации пару месяцев назад, — заметила Шалла, прищурившись на робота.

— То была работа. Это нечестно.

— У меня тоже работа!

— Ты делаешь это только потому, что хочешь.

— Эм, не хочу мешать, — вмешалась Эйлин, — но Трисс вообще влезет в кабину того грузовика?

Шалла отмахнулась.

— Он подключится сзади и будет везти его дистанционно.

— У меня нет водительских прав, — сказал Трисс. Он поднялся с пола, все еще стоя спиной к остальным, но голова повернулась к ним.

— На этой планете никто не имеет прав, Трисс, — ответила Шалла. — Местное правительство действует по принципу «делай что хочешь, пока не оторвешь себе руку, и Иалла тебя не отругает».

— Ладно, — медленно проворчал робот, и, пригнувшись, вышел из кабины. — Но не ждите меня скоро.

Закрыв лицо рукой, Шалла пробормотала:

— Клянусь, рхунаи явно шутил, когда программировал тебя, Трисс.

— Может, если бы ко мне относились лучше, я тоже мог бы шутить, — раздался металлический голос. Шаги робота гулко отдавались в коридоре, не становясь тише, будто специально.

— С ним все будет в порядке? — спросила Эйлин, усаживаясь в оставшееся кресло и потянувшись к ремням.

Шалла хмыкнула.

— Конечно. Трисс знает, насколько он ценен. Проблема в другом: он, как и все в Навайре, умирает от скуки и вынужден сами искать себе развлечения.

Кейл приподнял бровь.

— Его развлечение — постоянно вести себя так?

— И ты считал ужасным меня, брат, — пробормотал Кир.

— Так это правда, — парировал Кейл, когда все начали застегивать ремни.

— Трисс для меня… ну, вроде как лучший друг, — тихо сказала Шалла. — Даже имя я ему дала. Ну, почти.

— Почти? — мягко уточнила Эйлин.

— Ага, — урити усмехнулась. — Я была совсем маленькой, когда родители собирали Трисса. Я знала, что роботы сделаны из металла, а металл — это тристил. Только вот выговорить это слово у меня не получалось. Вместо тристил я говорила «трис-сталь». И так стала называть робота.

Близнецы улыбнулись, и Кир сказал:

— Так и появилось имя Трисс.

Шалла кивнула.

— Глупо, но…

— Совсем не глупо. Мне очень нравится, — сказала Эйлин.

Юная урити смущенно улыбнулась, щеки ее потемнели от румянца.

— Ну что, полетаем?

Эйлин пристегнулась и положила руки на колени, глубоко вдохнув.

— Да. Может, у меня и ПТСР начнется, но вперед.

Кир просунул хвост в вырез у основания кресла и коснулся им голени Эйлин.

— Не нервничай, на’дия. У корабля куда больше шансов взорваться, чем разбиться.

— Он не взорвется, — одновременно и одинаково твердо сказали Кейл и Шалла.

На экране, где отображалась схема корабля с отмеченными шлюзами и люками, символ задней рампы изменился, показывая, что она закрылась. Трисс покинул корабль.

Эйлин рассмеялась.

— Даже не знаю, чья уверенность звучит более вдохновляюще. — Она потянулась обеими руками вперед, но ремень остановил ее задолго до того, как она дотронулась до близнецов. Те протянули руки навстречу, сплетая пальцы с ее пальцами.

С улыбкой такой теплой и яркой, что она растопила сердце Кейла, Эйлин пульсировала:

Не могу дождаться, когда мы начнем нашу совместную жизнь.