В Питере - жить? Развод в 50 (СИ)

Глава 39

Александра

«Пытался уехать. Пустая бравада…»

В голове крутилось раз за разом, как заевшая пластинка.

Я еще застала виниловые пластинки. Нет, не просто застала, я на них выросла. У бабушки их было много, очень много. Мой покойный дед был настоящим меломаном. В основном классика, даже немного дореволюционных — с ангелом. Бабушка потом покупала и эстраду всякую. А еще сказки! Их я могла слушать часами. Иногда иглу заедало — на особо заслуженных и заслушанных.

Вот так заела песня, которую Ветер поставил на рингтон.

Ветер, Питер… Сон со львами…

Я правда думала, что тема закрыта? Что-то не похоже.

Лев Игоревич приехал, как и обещал, утром, к началу рабочего дня. В свои семьдесят все такой же бодрый и подтянутый, хотя и сдал заметно после смерти жены. Сразу уселся за компьютер изучать наследство Маргариты. Тут стоило отдать ей должное, дела у нее всегда были в полном порядке. Не будь она такой сукой, лучшей помощницы не найти. Не считая Левушки, конечно, тот вне конкуренции.

— Что в первую очередь? — спросил он, быстро просмотрев все рабочие файлы.

— Вернисаж. И закрытие. И… в общем, все остальное.

— Понял, — кивнул он. — Сделаем.

И даже не спросил про зарплату. Но ему я в любом случае собиралась платить больше, чем Марго. Просто потому, что это Левушка.

Одна головная боль ушла, зато другая заняла освободившееся место. То есть она была и вчера, но сегодня заполнила весь доступный объем.

Что за спешка с разводом? И не надо про «хочу быть с любимой», это в пользу бедных. Кто тебе мешает с ней быть? Давно мог уйти, для этого даже разводиться не надо. Ушел и ушел. Или, по крайней мере, развестись спокойно, без этой формулы-один.

Нет, господа, тут явно что-то нечисто. Я подумала об этом еще вчера утром, после разговора с Олегом. Встреча с Кириллом укрепила в этом мнении, а слова Лики о «каминг-ауте» дополнили картину.

До сих пор у меня не было оснований считать Олега нечестным человеком. Конечно, никто не ангел, все по мелочи подвирают, а иногда и не по мелочи. Но я доверяла ему, и не только в плане супружеской верности. Однако сейчас, когда он фактически меня предал, на некоторые вещи посмотрела совсем другими глазами.

Скажем так, в деловых вопросах грешки, а то и целые жирные грехи за ними водились. И оправдывал он себя тем, что бизнесом в белых перчатках не занимаются. А кто пытается, тот быстро прогорает.

Если бы Олег просто ушел и оставил нам с Ликой квартиру, я и то засомневалась бы, нет ли тут какого подвоха. Но когда он оставил ее фактически в обмен на быстрый развод… Я ничего не могла с собой поделать, мерещился мне в этом, если мягко, то обман, а если жестко, то самый натуральный наёб.

Я даже залезла в интернет и погуглила, можно ли подарить квартиру с обременением — например, заложенную. Выяснилось, что можно, но это обязательно должно быть указано в договоре дарения. То есть втюхать нам вместе с квартирой свои долги в темную голову не получилось бы.

Чем больше я думала, тем меньше понимала, но тем больше крепла уверенность, что главная фишечка не в Марго и его предстоящей женитьбе на ней, а именно в экспресс-разводе. На этом фоне предложение Лики «поулыбаться Кириллу» выглядело уже не таким бредовым.

Собственно, почему бы и нет? Связь Олега с женщиной, которую я сама привела в дом, освобождала меня от каких-либо моральных обязательств. Ну а Кирилл — человек взрослый и сам рисует себе пресловутые красные линии.

Он приехал после обеда, как мы и договорились.

— Кофе? — предложила я.

— Не откажусь, — улыбнулся Кирилл. — У вас новая секретарша?

— Старая. Во всех смыслах. Но мой очень хороший друг. И к нему муж уж точно не уйдет. Впрочем, мужа все равно уже нет.

— Формально пока есть, — возразил он, на что я не ответила.

Кофе сделала сама — еще не хватало просить об этом Левушку. Референт не секретарша. Поставила перед Кириллом чашку, сахарницу, достала коробку конфет. К теме подъехали, можно начинать.

— Кирилл… — Я посмотрела на него из-под ресниц. — Дарственную будем заверять у нотариуса.

— Вы близкие родственники, это не обязательно. Пока еще не обязательно. Только лишние расходы.

— Кирилл, дарственную будем заверять у нотариуса, — повторила я как дебильному ребенку. — С проверкой обременений, разумеется.

Он чуть приподнял брови. Я поймала его взгляд и не отпускала. Глаза в глаза, зрачки в зрачки. Кто кого?

Он не сдался, но что-то дрогнуло. Не губы, нет. Что-то в глазах. Тонкий-тонкий, едва заметный намек на улыбку.

— Не там копаете, Александра, — сказал тихо, как будто кто-то мог подслушать.

Я подалась вперед, навстречу. Положила подбородок на сцепленные пальцы, по-прежнему глядя на него в упор.

— Подскажете направление?

Это была провокация, и она сработала.

— Поужинаете со мной?

— Охотно.

Я не солгала. Мне и правда хотелось. И не только ради попытки расколоть его. Именно сейчас, в этой перестрелке, он стал мне капельку интереснее. Как мужчина.

— Отлично. У меня еще одна встреча сегодня. Во сколько за вами заехать? В шесть, в семь? Какие-то предпочтения?

— Лучше в семь. Место выберите сами, я всеядна.

— Там и поговорим. Олег Константинович рассчитывает все сделать быстро, чтобы на этой неделе подать заявление на развод.

Олег Константинович может засунуть свои расчеты туда, откуда не достанет ни один проктолог, даже если сделает в процессе полный массаж простаты. Но озвучивать это я пока не собиралась. Сначала дарственная и все остальное, а там посмотрим. Супружеская измена — лучшее лекарство от бескорыстия.