В Питере - жить? Развод в 50 (СИ)

Глава 71

Александра

Гостиницу я забронировала ту же самую, на Стремянной — Стремной. Зачем? Словно подтолкнуло что-то, и объяснить это я не смогла бы. И билет взяла на тот же самый поезд. И завтракала в «Дю норде». Даже официантка оказалась той же самой. Был соблазн подразнить ее большим двойным, но не стала.

Во всем этом дне сурка был какой-то тайный смысл. Что-то должно было случиться.

Ну разумеется. Свадьбы Лики и Данилы.

Нет, не только.

Я думала об этом, когда катила чемодан по Невскому. Точно так же, как в то утро. Двадцать второе июня. День рождения Лики — и Андрея. Думала — и старательно отпихивала эти мысли.

Все будет так, как должно быть, Саша. Неужели ты этого до сих пор не поняла?

Мама с Зораном прилетели в Питер еще вчера и остановились у его родни. Моя бывшая свекровь хотела приехать, но заболела. Да, бывшая. Эпопея с разводом закончилась, осталось только поменять паспорт, потому что я снова стала Микульской. От свекрови я знала, что Олегу о свадьбе известно, но он на нее не собирается.

Баба с возу!

Я хотела приехать на день раньше, но пришлось остаться на открытие выставки. Вот и получилось, что с корабля на бал. Всего час на то, чтобы привести себя в порядок.

Из гостиницы я написала Лике, что приехала. Она ответила, что ее заканчивают причесывать, увидимся во дворце.

Я сильно морочиться на этот счет не стала. Платье и туфли купила новые, стрижку подновила накануне, с остальным рассчитывала справиться самостоятельно. Тайминг получился не самый удачный: регистрация в одиннадцать утра и банкет в шесть вечера. Как рассказывала Лика, Вероника пыталась организовать для гостей промежуточный фуршет и прогулку, но погода в ноябре к этому не располагала. Во дворец пригласили самых близких и тех, кто был готов к двум заходам. Основную массу гостей ждали на на банкет в «Этаж 41».

Последний раз я была во дворце бракосочетаний на Фурштатской, когда женился клавишник «Перевала» Игорь. Через полгода он погиб, Боба с братом уехали в Израиль, а админом в группу пришла Вероника. К тому времени у нас с Андреем все уже пошло вразнос. Нужен был только повод — и она стала поводом. Я практически сразу заметила ее влюбленность. Разрыв был лишь вопросом времени.

За двадцать семь лет Вероника мало изменилась. Нет, выглядела на свой полтос с хвостиком, но энергия по-прежнему била ключом.

— Кто бы мог подумать, Александра, что все сложится вот так, — сказала она, нервно поправляя перед зеркалом ворот синего шелкового платья.

Мы ждали в фойе приглашения на регистрацию. Веронику сопровождал импозантный мужчина чуть за сорок. Странно было бы, останься она после развода одна. Андрей, в элегантном сером костюме и переливчатом галстуке, подошел, поцеловал меня в щеку и сказал ободряюще:

— Все будет хорошо, девочки.

Наконец нас впустили в зал: гости жениха с одной стороны, невесты — с другой. Родители в первом ряду. Андрей с Вероникой, через проход — я. Одна. Кольнуло слегка — вспомнила, как сидели рядом с Олегом на первой Ликиной свадьбе. Могли бы и сейчас…

Нет. Не могли бы. Если бы не его измена, не было бы и этой свадьбы.

Но вот двери распахнулись, вошли Лика с Данилой. Под марш Мендельсона, разумеется. У меня аж дух захватило. Платье у Лики было роскошное — цвета шампанского, с открытыми плечами, идеально облегающее и подчеркивающее фигуру. Все было великолепно: и прическа, и украшения, и туфли, и костюм Данилы. Да, Вероника постаралась, конечно. Но даже будь они в джинсах и футболках, все равно были бы прекрасными — настолько светились от счастья.

И радость эта оказалась заразной. От нее защипало в носу, затуманило глаза, а губы сами сложились в улыбку. Невольно покосилась через проход — и поймала взгляд Андрея. А потом мы оба перевели глаза на наших детей. Как два луча, которые скрестились в одной точке.

Наши дети… У нас мог быть общий ребенок, но не сложилось. А теперь, возможно, все равно будут общие внуки. Как странно… и удивительно.

Наконец все закончилось. Поздравления, цветы, фотографии. Молодожены упорхнули — кататься и фотографироваться дальше. Остальные потихоньку разбредались. Я тоже вышла: должно было подъехать такси.

— Куда ты сейчас, Саша?

Я вздрогнула: Андрей подошел неслышно.

— В гостиницу.

Мы стояли и смотрели друг на друга. Молча. Как будто на границе, которую никак было не перешагнуть. Спасло такси.

— До вечера, Саш. — Он коснулся моего рукава. — Ну вот… мы теперь родственники.

— До вечера.

В машину я села в полном раздрае. Благо ехать было недалеко. В гостиничном номере сняла платье, легла на кровать.

Я ждала этой встречи. Все эти недели, пока мы переписывались по вечерам. Но чего именно ждала от нее? Кто бы знал!

И снова время тянулось томительно медленно. Наконец подобрался вечер, и я вызвала такси. Немного застряли в пробке, в ресторан я поднялась, когда почти все уже сидели за столами. Мама помахала мне рукой, но девушка-хостес подвела меня к главному столу.

Поймав взгляд Андрея, я вспомнила вечер нашего знакомства — короткой вспышкой-флешем. Как мы сидели за столом друг против друга, то и дело встречаясь глазами. И как ушли вдвоем.

Тосты, болтовня тамады, изысканное меню, музыка. Лика с Данилой уехали через час — прямо в аэропорт, куда еще днем отвезли багаж. Их ждал медовый месяц на Борнео.

Взлетную полосу, кстати, было видно из окон: самый высотный ресторан Питера — а может, и всей Северной Европы. Сто пятьдесят метров! Огни, крыши домов, залив… магия города, его темного, хмурого неба.

— Можно тебя пригласить?

Андрей вывел меня на танцпол, обнял за талию. Музыка — что-то сладко-печальное. Совсем как тогда — на нашем первом свидании. «Гора»? Или «Дыра»? В общем, какой-то стремный клуб на Лиговке.

Я почувствовала себя той самой девчонкой в мини-юбке, с начесанной и залитой лаком челкой. Девчонкой, у которой сердце отчаянно колотится в горле и в кончиках пальцев, которой не хватает воздуха от сладкого, нетерпеливого предвкушения. Эта тяжесть его рук, чуть спустившихся на бедра, это тепло дыхания у виска, этот запах, наотмашь бьющий по рецепторам…

И в то же время я была уже совсем другой. Мы оба — совсем другие. Все изменилось, изменился весь мир — и мы вместе с ним.

Когда музыка закончилась, я вышла в холл, полутемный и пустой. Только прошмыгнул кто-то в поисках туалета.

Шаги за спиной, руки на плечах. Развернувшись резко, я утонула в его глазах и невольно подалась навстречу. Навстречу губам, которые, как оказалось, за столько лет так и не смогла забыть…