Жестокая кровь

Глава 27

Хантир

Я проспала полтора дня, прежде чем наконец заставила себя выбраться из постели. Вульф приносил мне еду, но мысли о еде были последним, что меня заботило.

Свадьба — завтра. У нас официально закончилось время.

Я посмотрела на свое отражение, разглядывая копну спутанных кудрей и острые скулы на лице. У Вульфа был план, да, но казалось, будто Асмодей все равно получает все, что хочет.

Королева Крови выходит замуж за его сына.

— Ты нервничаешь. — Я вздрогнула от звука голоса Вульфа, раздавшегося из спальни у меня за спиной.

Я фыркнула и покачала головой. Конечно, я нервничала. Завтра меня насильно выдают замуж, и этот союз должен дать злобному архангелу власть над всем видом вампиров.

«Нервничаю» — это мягко сказано.

— Скорее уж я в ужасе, — призналась я. — Я всю жизнь училась убивать, училась защищать себя. Но это? Эта политическая неразбериха за пределами моих способностей. Я не знаю, как в этом ориентироваться.

Вульф небрежной походкой вошел в ванную и встал позади меня, пока я всматривалась в свое отражение, отчаянно пытаясь узнать человека перед собой.

— Как только это закончится, мы встанем на путь к свободе, хорошо? Как только завтрашний день останется позади, мы сможем наконец вздохнуть полной грудью.

— Ты кажешься очень уверенным в этом.

— Потому что так и есть. — Он стоял достаточно близко, чтобы я чувствовала исходящий от его тела жар, но он не прикасался ко мне. Он просто замер рядом, и запах сосны и клена наполнил ванную комнату.

Моя способность чувствовать его запах, казалось, становилась все сильнее теперь, когда во мне пробудились вампирские чувства. Помимо обостренного обоняния, я стала быстрее. Сильнее. Моя магия становилась все мощнее, и мне становилось все легче ее контролировать. К тому же, я до сих пор не спалила весь замок дотла — что не было бы таким уж плохим исходом, но все же.

Я даже гордилась собой, хотя до сих пор пыталась переварить тот факт, что всю жизнь убивала вампиров, только чтобы узнать, что я — одна из них.

Я не хотела быть монстром. Я не хотела быть тем гнусным, сосущим кровь существом, о которых слышала в рассказах Лорда.

Я просто хотела… я просто хотела покоя.

— Я все думаю о Лорде. Думаю о том, почему он отправил меня сюда, чего он на самом деле от меня хочет.

Вульф замер.

— Откуда ты знаешь, что он вообще чего-то от тебя хотел? Что если он отправил тебя сюда, потому что считал, что ты заслуживаешь быть среди элиты?

В груди сдавило.

— Это было бы на него не похоже.

— Он ведь вырастил тебя, верно? Он практически твой отец. Почему бы ему не хотеть, чтобы ты выбралась из трущоб Мидгрейва?

Я опустила голову, наконец отводя взгляд от отражения, которое не узнавала.

— Он хотел, чтобы я была сильной и свирепой, чтобы я могла выжить вместе с ним. В Мидгрейве. Если бы он хотел, чтобы я ушла, он бы просто сказал мне об этом.

Вульф обдумал эти слова.

— Это нормально — скучать по нему. И даже нормально скучать по всей своей жизни в Мидгрейве.

— Я скучаю. — Черт, слова сорвались с губ прежде, чем я успела подумать. — Я скучаю по Лорду. Скучаю по той чертовой пекарне каждое утро. Я скучаю по… — Дыхание перехватило. — Я скучаю по всему этому.

Вульф наклонился ближе, заставляя волоски на моем затылке встать дыбом.

— Я скучаю по свободе.

— А была ли у тебя когда-нибудь настоящая свобода, Охотница? — Его дыхание коснулось моей обнаженной шеи. — Ты жила в тени, даже не зная, кто ты на самом деле.

— Это было лучше, чем вот так — быть вынужденной жить в этом замке с ним.

Глаза Вульфа потемнели.

— Я заглажу это перед тобой. Клянусь жизнью, совсем скоро ты будешь самой счастливой чертовой вампиршей во всем Ваэхатисе.

Я попыталась улыбнуться, но лицо казалось одеревеневшим. Счастье. Эта мысль казалась такой чуждой. Даже несправедливой. Почему я, из всех людей, заслуживаю счастья? Почему мне должен выпасть шанс на свободную, мирную жизнь?

Нет, с такими, как я, подобного не случается.

У меня было предназначение. У меня была судьба. Я была этой проклятой Королевой Крови.

Но когда Вульф положил руку мне на плечо, я на мгновение забыла обо всем этом.

Я придвинулась к нему.

— Никогда не думала, что выйду замуж, — произнесла я вслух. — Но если это необходимо, полагаю, я не совсем уж в ярости от того, что моим мужем будешь ты.

Его улыбка не коснулась глаз.

— Это музыка для моих ушей, Охотница.