Жестокая кровь

Глава 45

Хантир

Рычание рокотало в его груди, а за ним последовала озорная ухмылка, которая лишь на мгновение заставила меня пожалеть о своем требовании.

Но даже под палящим солнцем, даже когда все мое тело было открыто его взору, я хотела большего.

Голод в моем нутре не был жаждой еды или крови. Я просто хотела его.

Руки Вульфа на моих бедрах сжались сильнее, когда он пристроился у входа в меня. Он терял контроль, и мне это, черт возьми, нравилось. Мне нравилось видеть, как он теряет самообладание, как он распадается на части от каждого моего прикосновения.

Он был моим — для пытки, для того, чтобы разобрать его по кусочкам, и я хотела видеть его крах. Я осознала, что желала этого уже довольно давно.

Вульф начал медленно входить в меня, осторожно подстраивая мое тело под свое. Я держалась, крепко обхватив его шею руками, прижимаясь грудью к нему и позволяя ему двигать мной так, как ему было угодно.

Я резко вдохнула, когда он вошел полностью, наполняя меня так глубоко, что я чуть не потеряла сознание.

— Этого ты хочешь, дорогая жена? — спросил он. Наше дыхание смешивалось в крошечном пространстве между губами. Его слова слетали с губ прямо мне в рот. — Это то, что ты хочешь чувствовать?

Он скользнул моим телом вверх, затем снова вниз, снова рыча от этого ощущения.

Дыхание сбилось.

— Еще, — прошептала я. — Я хочу еще.

Вульф улыбнулся, кончики его губ коснулись моих. Вода стекала с моих волос ему на грудь, пока я смотрела на него, сжимая в объятиях.

Он начал двигаться быстрее.

Жестче.

Входя в меня идеально, без усилий направляя мои бедра, чтобы скользить внутрь и наружу в безупречном, контролируемом ритме.

Даже в воде я знала, что вся исхожу влагой из-за него. Так было еще до того, как мы добрались до этой чертовой реки, и он это знал.

Он чувствовал это на вкус.

— Еще, Вульф, — потребовала я, запрокидывая голову и впитывая наслаждение, которое растекалось по всему моему гребаному телу. Я хотела большего, хотела чувствовать его на себе везде, хотела касаться его, смотреть на него вне воды.

Он мгновенно понял, что я имела в виду. В два широких шага он вынес нас из воды, направляя наши обнаженные тела к ближайшему дереву. Он не давал мне разжать ноги на его талии, прижимая мою голую спину к коре.

— Я так долго хотел обладать тобой вот так, Охотница. И теперь ты моя жена. — Он прикусил мочку моего уха. — Теперь ты моя, и я больше никогда не выпущу тебя из виду.

Я застонала от удовольствия, когда он снова толкнулся в меня, заставляя мою спину тереться о грубую кору дерева. Я прижалась головой к стволу и отклонилась, чтобы посмотреть на Вульфа во всем его невероятном, великолепном блеске.

Пекло, я до безумия любила этого мужчину.

Он трахал меня так, словно это был наш первый раз, словно он годами изнывал без меня, словно никогда в жизни не чувствовал ничего столь приятного.

— Открой связь, — прошептала я. — Я хочу это чувствовать.

Он лишь слегка замедлился, его глаза приоткрылись и встретились с моими, прежде чем он сдвинул брови.

А затем он обрушил стены своей связи, позволяя всем эмоциям хлынуть потоком.

Я ахнула от неожиданности — не только от ощущения любви и света, переполнивших мое сердце, но и от этого желания. От тоски. От облегчения и покоя, которые он тоже чувствовал.

Это была не просто похоть. Не просто первобытная тяга, акт слияния наших тел. Он действительно желал этого уже давно, и не только моего тела.

Он хотел меня вот такой. Он хотел, чтобы я вот так отдала себя ему.

— Это то, что ты хочешь чувствовать? — спросил он, посылая еще больше любви, еще больше света, пока я не почувствовала, что моя грудь сейчас разорвется от эмоций. — Хочешь почувствовать, как я сжег бы весь этот мир ради тебя? — Он снова толкнулся в меня. — Хочешь почувствовать, насколько я одержим всем, что ты делаешь? Каждым твоим движением, Охотница?

Еще больше любви. Больше света. Больше силы.

— Потому что я позволю тебе чувствовать это каждый гребаный день до конца нашей жизни, если ты этого хочешь. Мое сердце бьется ради тебя. — Он наклонился и поцеловал мою шею, слегка засасывая кожу. Я простонала его имя громче, чем было безопасно посреди этого леса.

Вульф. Вульф. Вульф. Я потеряла дар речи, абсолютно ошеломленная этим захлестывающим потоком чувств.

Но мгновение спустя Вульф замер и отстранился.

— Скажи мне, что ты моя. — Я почувствовала это через связь — крошечную, ничтожную каплю страха, которая все еще тлела там. — Скажи мне, что ты не уйдешь, что отныне мы в этом вместе.

Я провела рукой по его лицу, по губам, по густым мокрым ресницам. О, Вульф. Неужели он правда думал, что я стала бы делать все это, проходить через этот гребаный адский путь, защищать его, позволять ему пить мою кровь, если бы я не была его? Если бы я не была с ним заодно?

Но я знала это чувство. Страх. Отчаяние от того, что ты можешь снова потерять все, что у тебя может ничего не остаться. Снова.

Я знала это слишком хорошо.

— Я твоя, — сказала я, и мой голос сорвался. Затем я обрушила собственные стены и позволила ему почувствовать любовь за каждым моим словом: — Я так глубоко и полностью твоя, Вульф. Я была твоей задолго до свадьбы, задолго до всего этого. Я никогда не переставала быть твоей, даже когда была в ярости, даже когда ненавидела тебя за предательство.

Он сглотнул.

— Я твоя, Вульф, и ничто этого не изменит.

Мои слова отперли что-то внутри него, дали тот финальный толчок, которого мы оба ждали. Его движения стали сильнее, грубее, когда он входил в меня и выходил, прижимая к этому дереву. Тени листьев ложились на нас причудливыми узорами, но когда мои глаза закрылись, когда я почувствовала пик оргазма, пронзающий мое тело, мне было плевать, где мы находимся и кто может быть рядом в этом лесу.

У меня был Вульф, и это было все, что мне, черт возьми, когда-либо было нужно.

Он простонал мое имя, когда тоже достиг пика, и мы оба, обессиленные, прижались друг к другу так, словно во всем мире имели значение только мы двое.

Я была его. Это было правдой, и это оставалось правдой дольше, чем мне хотелось признавать.

К тому времени, как мы добрались до Скарлаты, я уже не была уверена, что мои ноги вообще работают. Я словно плыла над пыльной тропой, едва живая.

Нам не встретились жаждущие, хвала богине. Если бы это случилось, мы бы ни за что на свете не смогли отбиться; у нас просто не осталось сил на самозащиту.

Даже после того, как он выпил моей крови, Вульфу было тяжело. Его шаги становились все короче и медленнее. Вчера он начал хромать, и я всерьез испугалась, что мне придется призывать крылья и нести нас обоих по воздуху остаток пути до Скарлаты.

Мы бы наверняка рухнули и разбились насмерть.

Но впереди показалось это полуразрушенное, пришедшее в упадок королевство, и я в облегчении прислонилась к Вульфу, когда мы вышли на открытое пространство Империи Скарлата.

Наше новое королевство.

Я увидела Войлер и остальных мятежников, которые ждали нас, но мое внимание тут же переключилось на две фигуры, бегущие нам навстречу. Рамми и Джессайя рванули к нам, как только мы сделали пару шагов по их земле. Я упала на колени, и Вульф тоже. Рамми оказалась передо мной и вцепилась в мои плечи.

Мы оба были живы.

Джессайя засыпал Вульфа вопросами, пока они осматривали друг друга.

— Чтобы ты больше никогда так не делала, сучка! — закричала Рамми, слегка ударив меня по плечу. — Ты напугала меня до чертиков! О чем ты думала? Тебя могли убить!

Вульф и Джессайя замолчали. Все повернулись ко мне.

Я была чертовски измотана. Рамми была права — то, что я сделала, было глупостью. Но я не могла сдержать улыбку, которая расплылась по моему лицу.

— Что? — спросила Рамми. — Почему ты так улыбаешься? Сработало? — Ее глаза метались между мной и Вульфом в ожидании подтверждения. — Вы убили его?

— Сработало, — ответила я. — Все получилось.

И тогда мы четверо рассмеялись вместе; мы с Вульфом едва не валились с ног, пока волна чистого облегчения накрывала нас.

Сработало. Все кончено. Главное препятствие на пути к нашей свободе исчезло.

— Но мы еще не в безопасности, — прервал нас Вульф. — Я не сомневаюсь, что люди моего отца нанесут ответный удар. Не он один жаждал власти для Золотого города. Они придут за нами. — Он посмотрел на меня. — Они придут за тобой.

— Значит, мы будем готовы. — Я сжала протянутую руку Рамми. — Мы будем готовы, когда бы они ни пришли.

Джессайя и Рамми переглянулись, а затем оба посмотрели на меня.

— Что? — спросила я.

— Мы хотим вам кое-что показать. Обоим.

Вульф шел позади меня, пока мы следовали за Джессайей сквозь руины. В этот раз Скарлата не пугала меня так сильно. Осыпающиеся серые стены, разросшаяся зелень королевства — теперь все это казалось странно знакомым. Здесь было уютно, словно я вернулась домой после долгого странствия.

— Когда Джессайя привел меня сюда несколько дней назад, я не поверила собственным глазам, — Рамми говорила с воодушевлением, которого я не слышала от нее… да, пожалуй, никогда. В Мидгрейве особо нечему было радоваться.

— Вы заставляете меня нервничать, — сказала я. — Скажите уже, куда мы идем.

Она широко улыбнулась, подхватив меня под локоть.

— Лучше увидишь сама.

Тело покалывало от волнения. Отчасти это было волнение Вульфа. Я чувствовала каждый дюйм его присутствия, пока он молча шел в двух шагах за нами, беспрекословно следуя за братом.

Мы подошли к части руин, скрытой за огромной каменной стеной. Похоже, когда-то это было центральное место сборов королевства. Я представила себе королеву — мою мать, — как она созывает здесь свой народ, чтобы говорить с ним. Чтобы править.

Мы обогнули край стены.

И у меня внутри все оборвалось.

Десятки… нет, сотни вампиров сидели и ждали.

И все они смотрели на меня.