Мое имя Морган

Глава 45

Однако на коронацию нас все равно призвали строгим королевским указом. Уриен прилюдно высмеял его, но ослушаться не посмел. Герольд короля-юноши прибыл поздно, и в сочетании с горийским твердолобием это оставило нам очень мало времени на сборы, а незнание лондонских улиц привело к тому, что мы едва-едва успели в Вестминстерское аббатство к началу церемонии.

Проникнув в громадный кафедральный собор, мы оказались на задах большой толпы. Воздух был густ от благовоний и горячего дыхания множества людей, богато разодетых в узорчатые шелка, роскошные меха и тонкий лен – ни при одном дворе я не видела такого великолепия. Волшебный свет струился сквозь ряды витражных окон, сверкая на самоцветах и драгоценной утвари.

Наконец настал главный момент.

– Я короную тебя, Артур, верховным королем всея Британии во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. – Голос архиепископа разносился по высоким сводам, отражался от них и обрушивался на наши головы, будто глас самого Бога.

Даже вытянув шею, я увидела только отблеск света на гранях простой короны из золота. Когда миропомазание было завершено, новый король вышел через другую дверь, и мы последовали за ним в потоке толкающихся тел.

– Ты его видишь? – спросила я, для устойчивости держа мужа под руку. – Какой он?

– Тихо, женщина, – цыкнул Уриен. – Что тебе за дело, как он выглядит?

Мы продолжили путь, и я смотрела поверх голов на зубчатые стены Белого дворца, нынешней обители юного короля, где должен был состояться пир в честь коронации. На каждом его флагштоке развевались золотые знамена безо всяких изображений, напоминая об отсутствии у нынешнего властителя серьезной родословной.

Теперь я шла рядом с Элис, которую не видела с тех пор, как Уриен буквально затолкал меня в наполнявшую собор толпу. Нас обогнала леди Флора с остальными моими дамами, они, сбившись в кучку, жаловались на запах рыбы с реки и на то, как унизительно идти пешком пусть даже столь небольшое расстояние.

– Видела что-нибудь интересное? – спросила я. – Например, верховного короля?

Элис улыбнулась и покачала головой.

– К несчастью, нет. Но сэр Арон наконец-то нашел для нас ночлег в нескольких милях к северу от города.

– Придется ехать в ночи невесть куда, чтобы поспать в лошадиных яслях. Как подумаю об этом, так заранее становится плохо.

Подруга нахмурилась.

– Тебе все еще нездоровится?

Во время всего нашего неспокойного путешествия на юг я так переживала из-за предстоящих событий, что все мое тело взбунтовалось. Перед нашим выездом из Гора несколько недель шли проливные дожди, воздух пропитался запахами приторно-сладких перезрелых фруктов, палых листьев, увядших лепестков летних цветов, и эта смесь оскорбляла мое вдруг обострившееся и закапризничавшее обоняние. Я едва могла смотреть на пищу и вино, сон был тяжелым и неглубоким. Элис тревожилась, кружила как коршун, бросаясь ко мне при виде каждой гримасы, когда меня подташнивало, но я лишь отмахивалась. Каким-то образом мне было известно, что это пройдет и я не больна, а просто пребываю в ожидании неизбежного и непонятного будущего.

– Мне то лучше, то хуже, – ответила я. – Вот узнаем, что с нами будет, и все пройдет.

– Ну, наверное, тебе лучше знать, – с некоторым сомнением произнесла Элис. – У меня есть еще одна новость: здесь твоя леди-мать.

Живот снова скрутило, но на этот раз по-другому.

– Правда? Где же она?

– Статус у нее такой, что она должна быть где-то в голове процессии.

Под ликующий перезвон колоколов мы прошли в арку с подъемными воротами и оказались в просторном, залитом солнцем дворе. Принарядившаяся толпа широкой рекой текла к главному входу дворца и постепенно просачивалась в него под надзором герольдов в золотых шелковых одеждах. Элис двинулась вперед, но я задержалась, чтобы избежать давки, неизбежно связанной с запахами пота и чужого дыхания.

– Неужели это ты! – Почувствовав ласковое прикосновение к локтю, я обернулась и увидела кареглазое лицо, улыбающееся мне словно из прошлого.

– Элейн! – Я обняла сестру. – Господи, сколько же лет прошло? Как я рада тебя видеть!

– Ох, Морган, ну и суета. – Элейн отстранилась и оправила свое красновато-коричневое платье. – Право же, я удивлена, что ты тут. В последнее время ходили слухи, что вы там у себя в Горе хотите примкнуть к восставшим северянам.

Я подумала о нерешительности Уриена, его упрямстве, о встречах с престарелыми, охочими до славы лордами, кровожадность и гордыня в которых сильнее стремления к безопасности и здравого смысла. В конце концов муж капитулировал перед очевидным, но какой ценой?

– Ничего подобного, мы же здесь, – смущенно возразила я.

– А Моргауза не приехала. Удивительно, что она решилась пропустить такое помпезное торжество.

– Лотиан участвует в северном восстании, так что она не могла приехать.

– Все не так просто, – ответила Элейн. – Судя по всему, она долго гостила у герцогини Ричмондской и даже познакомилась с новым королем, когда тот там останавливался. Поговаривают, они на дружеской ноге. Неловко получается – муж-то ее Артуру войну объявил!

– Она наверняка знает, что делает, – сказала я. О том, как хорошо разбирается в политике наша старшая сестра, знали все, как и о том, что она преданная и честолюбивая мать, одержимая желанием обеспечить своим сыновьям будущее. – Если Моргауза предала собственное королевство, то это ради детей.

Элейн задумчиво кивнула.

– А как дела у тебя? Муж, дети?

– Ну, знаешь, мужья есть мужья, – ответила я с напускной беспечностью. – А детьми Бог нас пока не благословил, так что я лучше послушаю тебя. Ты довольна жизнью, Элейн?

Сестра бросила взгляд на короля Нентреса, который стоял в несколько ярдах от нас и беседовал со своими людьми. Он выглядел все таким же непримечательным, к тому же раздался вширь, а в мышиных волосах заблестела седина – но от нежности в глазах Элейн на сердце стало теплее.

– Бог дал нам счастье, – сказала она. – У нас сын и дочка, оба здоровы. Нентрес – человек хороший, он предан нам и своей стране. В Гарлоте спокойная жизнь, и муж неустанно стремится уберечь королевство от невзгод. Я никогда не ожидала от брака любви, но едва мы встретились, почувствовала… правильность какую-то, будто цветок распустился. Думаю, он мне был предназначен судьбой.

Мне стало куда легче оттого, что искра, которую я заметила между ними во время свадебных торжеств, оказалась настоящей. Но при этом с сожалением поняла, что, даже если сестра сама предложит мне убежище в своем королевстве, я ни за что на это не решусь, чтобы не нарушить столь старательно поддерживаемый мир.

– Очень за тебя рада, – сказала я. – Похоже, Гарлот стал тебе настоящим домом.

– Так и есть, – ответила она. – Мы с мужем искренне надеялись, что ты примешь наши приглашения погостить. Но я знаю, что жизнь королевы накладывает множество обязанностей.

– Приглашения? – озадачилась я. – Я ничего не получала.

– Я посылала четырех гонцов, в разное время. Они сказали, что их развернули у ворот. Возможно, они просто приехали не в тот замок. – В голове у меня заметались вопросы, но Элейн коснулась моей щеки, возвращая в реальность. – Дорогая Морган, если бы я знала, что ты тут будешь, устроила бы все иначе. А так, боюсь, мы уже уезжаем.

– Но мы едва повидались! Разве верховный король не ждет вас на пиру?

– Мой супруг поклялся королю Артуру в верности уже несколько месяцев назад и получил разрешение уехать сразу после коронации. У нас есть на то уважительная причина. – Она положила ладонь на обтянутый тканью животик. – Мы, по воле Господа, третьего ждем. Когда вернемся в Гарлот, мой срок будет уже близок.

Теперь я заметила под слоями материи изменения в ее фигуре, хотя живот казался довольно плоским и широким; Элис сказала бы, что моя сестра ждет девочку. Я снова обняла Элейн.

– Поздравляю. Ты героиня, что вообще решилась на путешествие.

– Средние месяцы самые легкие, тогда и настроение хорошее, и сил полно. А вот в самом начале я бы никуда ехать не захотела, у меня всегда слабость такая, подташнивает от любого запаха и в сон все время клонит. Даже от вина никакого удовольствия. Да ты и сама скоро узнаешь, я уверена. – Она непринужденно поцеловала меня в щеку, и эта ее непосредственная прямота, как всегда, помогла мне почувствовать себя лучше. – А когда я благополучно разрешусь от бремени и ворота Гарлота снова откроются, обязательно приезжай. Племянникам и племянницам наверняка понравится очаровательная тетушка Морган. До свидания, сестричка дорогая.

– До свидания, – сказала я ей вслед.

Элейн направилась к своему мужу, который нежно улыбнулся ей, а она ласково коснулась ладонью его лица и легонько поцеловала. Затем они рука об руку пошли прочь и скрылись в толпе. Погруженная в думы, я оглянулась и увидела, что Элис уже возле входа и машет мне, освещенная солнечными лучами.

– У тебя календарь с собой? – спросила я, подойдя к ней, имея в виду маленький переплетенный томик, в котором она записывала для меня всевозможные события моей королевской жизни.

– Где-то в вещах, – ответила она. – А что?

– Мне нужно, чтобы ты проверила для меня одну вещь.