Нашла коса на камень, или приручение строптивого монарха.

Глава 11. Монарх всегда прав! Если он не прав, смотри п.1

Император Эдуард в это же время

Все же, видимо, Рикардо уже был слишком стар, так как он долго водил меня по потайным пыльным ходам, забыв дорогу к тайному окошку за стеной кухни. Вот когда я пожалел, что в детстве мало интересовался ими, тогда как Артан изучил эти ходы вдоль и поперек. Вот уж кто точно бы не заблудился.

Наконец, я оказался у искомого оконца и в нетерпении приник к нему. Сначала за мельтешением поваров и поварят я не увидел Вингельмину. Но затем, наконец, обнаружил девушку, сидящую на стуле. На принцессе было миленькое простое, но очень ей идущее платье необычного розового оттенка, а поверх него был повязан белоснежный передник. К Вингельмине время от времени подходили повара и что-то спрашивали, она отвечала и вновь застывала на месте, о чем-то крепко задумавшись.

Странно. Почему она сидит и ничего не делает? Неужели я был прав, и она попросту наняла работников моей кухни, а сама лишь прохлаждается!? Помимо воли я почувствовал, как мое едва оттаявшее сердце вновь затягивает ледяной коркой, кулаки вдруг сжались, до крови впиваясь ногтями в ладонь. Обманула! Она такая же, как все! Не желая больше смотреть на эту обманщицу, я развернулся и поспешил назад.

Весь вечер я, не давая себе и своим спарринг-партнерам отдыха, где бился на мечах во внутреннем дворе замка. Когда уже совсем стало темно, и луна осветила мое импровизированное поле брани, я отпустил выбившихся из сил помощников и вернулся в свои покои. Быстро ополоснувшись, буквально рухнул в постель, забывшись крепким, но беспокойным сном, в котором Вингельмина громко смеялась, указывая на меня пальцем.

К завтраку я спустился мрачнее тучи, предвкушая, как выведу обманщицу на чистую воду, и как она будет передо мной оправдываться. К тому же еще час назад я попросил экономку сообщить принцессам, что я жду их к завтраку в тех нарядах, в коих они вчера в своей комнате вышивали герб Русии, ну а кто-то «готовил» на кухне.

Ожидаемо, принцессы явились при полном параде, да еще и увешанные драгоценностями! Можно подумать, что они именно в таком виде сидят у себя в спальне. Женщины! А их суть — само коварство и притворство!

Хотя… Мой взгляд остановился на Вингельмине. Она сидела в том самом, необычного розового оттенка, скромном платье с повязанным поверх него белым фартуком. И да, именно в нем я вчера видел ее на кухне. Надо же, не солгала, не пришла в дорогом наряде! Но я тут же одернул себя, напомнив, что, не солгав в малом, она это сделала в другом, наняв работников кухни готовить вместо себя.

Не обращая внимания на стол, уставленный блюдами для завтрака, я решил сначала обвинить Вингельмину в обмане. Моя совесть, загнанная насильно куда подальше, изо всех сил кричала мне, что все остальные принцессы тоже не вышивали сами и даже не в тех нарядах пришли. Но мне не было до них никакого дела. Мое сердце рвалось от обиды и разочарования! Ведь я уже был готов назвать эту девушку своей женой! Но обмана я не потерплю! Видимо, я уже долго молчал, хмуро оглядывая притихших и испуганно переглядывающихся принцесс, и, наконец, заговорил.

— Всем доброго утра! Хотя, боюсь, что интонация моего рычащего голоса обещала им скорее все кары небесные, потому что принцессы вздрогнули после моего пожелания. Прошу вас предъявить мне свою работу!

Тотчас за столом зашуршали, завозились, и вот ко мне протянулось пять очаровательных женских рук с клочками пурпурной ткани. Вышивки на них в полной мере отображали герб Русии, но качество исполнения все, же различалось. Хотя мне это было безразлично. Мне не терпелось перейти к обсуждению блюда, обещанного Вингельминой.

Похвалив девушек за старание и усердие, я повернулся к принцессе Вергии.

Вингельмина светло и открыто мне улыбнулась и протянула овальное блюдо, на котором горкой был выложен этот самый салат. Сверху он был свекольного цвета с белоснежной шапкой неизвестного мне соуса.

Я осторожно принял это блюдо, поставил перед собой и бросил взгляд на девушку. Она по-прежнему смотрела на меня с открытой улыбкой, ожидая моего вердикта и, по-видимому, не сомневаясь в высокой его оценке.

— Аппетита не было совершенно, но все формальности должны быть соблюдены. Поэтому я, заставив себя взять вилку, ковырнул салат и пожал плечами. Бурак — бураком, только с каким-то белым соусом. Вкус приятный, но ничего особенного!

Ваше Величество! — прозвенел голосок девушки. — Этот салат состоит из нескольких слоев! Чтобы почувствовать его вкус, нужно сразу брать кусочек сверху донизу и положить в рот сразу все слои. Позвольте, я вам покажу!

Я удивленно приподнял брови. Но еще больше я удивился, когда Вингельмина, легко поднявшись из-за стола, сама подошла ко мне и вместо лакея положила на тарелку свой салат! За столом от шока повисла тишина. Даже лакеи, казалось, застыли каменными истуканами. Но Вингельмина, как, ни в чем не бывало, продолжила говорить.

— Ваше Величество! Вот смотрите, видите, какой салат красивый на разрезе!? Такой разноцветный, слоеный! И вот так нужно его кушать!

Она моей вилкой отломила аккуратный кусочек сверху донизу и поднесла его к моему рту. Я, шокированный происходящим, принял из ее рук угощение, но в ту, же секунду забыл о недавней неловкости, всецело растворившись в необычном солено-сладком вкусе этого невероятного блюда. Взяв у девушки свою вилку, я съел еще и еще. Не припомню, чтобы мне когда-то так сильно нравилось какое-либо блюдо. И всё было бы хорошо, если бы я не знал правды! Увы. Мне пришлось буквально заставить себя отложить вилку и строго посмотреть на Вингельмину.

— Что, вам не понравилось!? — на лице девушки отразилась вся гамма обуреваемых ее чувств.

Я увидел растерянность, шок, удивление и затем сильное огорчение. Конечно, она же хотела быть во всем первой! Да вот не вышло, и сейчас ее ждет разоблачение. Только вот как начать этот неприятный разговор? Но, по счастью, девушка мне сама помогла.

— Не может быть! Это очень вкусный салат! И я так старалась!

— Вы ли? — Я медленно встал и смерил девушку презрительным взглядом. Это не вы его делали! — Последние слова прозвучали обличительно и очень громко. Принцессы довольно зашушукались и даже захихикали. А я тут же пожалел о содеянном! Нужно было или всех обличать в мошенничестве, или сделать это один на один. Но что сделано, то сделано. Я как император уже не мог остановиться, необходимо было довести дело до конца.

— Я проходил вчера вечером мимо кухни и видел, как вы сидели, сложив руки, в то время, пока повара готовили за вас, лишь подходя к вам и уточняя рецепт! На лицо девушки набежала тень, ее губы сжались, а в глазах, как мне показалось, блеснули злые слезы. Но стыда или страха я в них не увидел. Оказывается, это прожженная лгунья, раз даже стыда не испытывает за раскрытый при всех обман.

— И как же долго вы мимо кухни... проходили? — тихим, но твердым голосом спросила Вингельмина. А я даже мысленно ей поаплодировал. Надо же, как мастерски она умеет держать удар!

Краем глаза я заметил, как лакеи удивленно переглянулись. Уж они-то знали, что, заглянув в кухню, проходя мимо ее двери, невозможно ничего разглядеть с того ракурса. Зато принцессы сидели, радостно ловя каждое сказанное мною слово и наблюдая, как топят одну из них.

— Достаточно долго... проходил, — в тон дерзкой принцессе ответил я, сверля ее взглядом. Щеки девушки покрылись лихорадочным румянцем, но в глазах уже не было слез, в них светилась злая решимость.

— Не знала, что дверь королевской кухни настолько широка, что ее можно проходить почти полтора часа. Возможно, вы застали те несколько минут, когда я присела отдохнуть? — девушка прямо и без страха смотрела мне в глаза.

— Не думаю, что это так, — сердце кольнула неприятная мысль, что, возможно, принцесса права. Но также может быть, она просто до последнего не желает сдаваться, загнанная буквально в угол.

— Хорошо, — уже почти спокойно ответила она, — я предлагаю пари! Я в это время пил вино и чуть было не подавился, услышав подобное предложение от девушки королевской крови!

— И в чем же оно заключается? — усмехнулся я, все больше поражаясь ее выдержке.

— Вы сейчас позовете поваров. Двух, трех или всех, на Ваше усмотрение, и по одному их опросите. Думаю, Вам, Ваше Величество, они не посмеют лгать. Так вот, если хоть один из них скажет, что я их просила готовить вместо меня, то я тут же собираю вещи и уезжаю в Вергию! Более того! Я от имени своих родителей отказываюсь от спорной реки Ольшанки в пользу Русии! Но если я смогу доказать свою правоту, то я также уезжаю отсюда прямо сейчас, ни минуты не хочу находиться там, где меня бездоказательно при всех назвали лгуньей! Но перед этим Вы письменно признаете эту реку… общей!

По залу пронесся удивленный вздох.

— Почему это общей? — непослушными губами произнес я.

— Это будет выгодно обеим нашим странам. И я бы объяснила, в чем именно эта выгода, но Вы, Ваше Величество, предпочли устраивать… не совсем мне понятные соревнования за трон рядом с Вами. Хотя лично мне он не очень-то и интересен. Шум, охи, ахи, взволнованный шепот, и похоже, звук падения в обморок, тела одной из принцесс. Я же отчетливо понимал, что теперь, ведет она, а вовсе не я, император этой страны. Эта девчонка, смело говорила просто невозможные по своей дерзости, вещи. Виновный человек так не станет себя вести. Или станет, если его загнать в угол? Решение пришло мгновенно, хотя, впрочем, другого и не было. Я сам горел желанием, наконец, узнать правду. Тем более и предложенные Вингельминой условия, меня вполне устраивали. Ведь даже в случае своего проигрыша я не терял реку окончательно.

— Эй, — я махнул рукой, стоявшему у двери швейцару. Тот сделал несколько шагов вперед и почтительно замер.

— Позови мне одного из охраны. Швейцар поклонился и, выглянув за дверь, что-то быстро произнес. Тотчас вошел один из стражей и, щелкнув каблуками, замер в ожидании приказа.

Приведи ко мне шеф-повара Аржу, его сестру Даяну и еще несколько поваров и поварят на твой выбор. Как только охранник ушел выполнять мой приказ, я повернулся к девушке.

— Так вас устроит? Выбор поваров произвольный, страж не знает о нашем споре. — Вполне, — спокойно ответила девушка, села на свое место и приказала лакею положить себе еды. Я же, еле сдержавшись, чтобы не открыть от удивления рот, поразился ее самообладанию. В полной тишине Вингельмина спокойно завтракала, пока я и пять принцесс лишь растерянно на нее посматривали.

Наконец распахнулись двери, и вошел шеф-повар с сестрой, три повара и два поваренка.

Приказав остаться Аржу, а остальным ждать своей очереди, я приступил к допросу. Опрос проходил быстро. Я задавал то прямые четкие вопросы, то с подвохом, но ни один из опрашиваемых не сбился и отвечал быстро и по существу. Вызывая следующего, я оставлял опрошенного в зале, дабы они в коридоре меж собой не смогли договориться.

И вот уже опрошены все семь человек, но, ни от одного я и слова не услышал против Вингельмины. Напротив, каждый из них твердил, что принцесса очень хорошо владеет кухонным ножом, ловко чистит рыбу, прекрасно разбирается в продуктах и даже сложный соус смешивала самостоятельно.

На мой вопрос, почему я видел, что Вингельмина сидела, а они подходили к ней за подсказками, ответил один из поваров. Мужчина пояснил, что сам подошел к принцессе с просьбой повторить за ней новое блюдо для того, чтобы знать его рецепт, и в случае, если оно понравится мне, чтобы они могли его в точности воспроизвести.

В тот момент, когда он к ней подошел, девушка уже подготовила все основные продукты, и ей осталось только смешать ингредиенты для соуса и собрать салат послойно. Вот Вингельмина и присела отдохнуть, пока повара чистили овощи и рыбу для своего салата. Как раз именно этот момент я и застал, сделав слишком поспешные выводы и устроив это позорное судилище!

Отослав поваров, я встал и, чувствуя себя до ужаса унизительно и нелепо, при всех принес Вингельмине извинения. Девушка спокойно и с достоинством выслушала меня, едва кивнув головой, принимая их. Но затем, промокнув губы салфеткой, попросила разрешения удалиться, чтобы начать собирать вещи.

— Ваше Величество, после завтрака мы с вами подпишем оговоренное соглашение, и я хотела бы сразу уехать в Вергию, здесь мне делать больше нечего. Хотелось бы до ночи добраться до дворца.

Я лишь с трудом сглотнул и кивнул, наблюдая, как девушка покидает обеденный зал.

Меня хватило не более чем на пять минут, после чего я извинился перед принцессами, предложив им не прерывать завтрака, и поспешно вышел вслед за Вингельминой. Я не мог позволить ей вот так уехать. Я вообще не хотел, чтобы она уезжала.

Легко взбежав по лестнице на второй этаж, я не успел завернуть на пролет, ведущий на третий, как услышал жарко спорящие голоса и увидел в полутемном коридоре какое-то шевеление. Шагнув в ту сторону, я замер, не имея сил даже дышать. Мой брат зажимал в углу очередную красотку, но дело в том, что на девушке было, то самое, необычно розового цвета, платье и белый передник с кружевными оборками. Но самое ужасное заключалось в том, что девушка не сопротивлялась, напротив, ее пальчики ухватились за юбку и начали медленно скользить вверх по стройной ножке, оголяя то, что дозволительно видеть лишь супругу на брачном ложе.

Смотреть далее я не смог. Резко развернувшись, сбежал вниз и, скрежеща зубами, направился в оружейную.

— Быстро ко мне всех спарринг-партнёров! — крикнул я и успел заметить, как один из них спешно перекрестился.